На крыльях. Музыкальный приворот - Анна Джейн

– Привет, – сказала я с улыбкой.

Она подошла ко мне и в знак приветствия дотронулась до моего предплечья.

– Привет. Не ожидала тебя увидеть, – ответила она.

– Я приехала к Алле. Ты, наверное, тоже к ней? – спросила я.

– Да, – тряхнула она хвостом, в который были собраны ее волосы. – Но видеть тебя намного приятнее, чем ее, – добавила она, и я ее понимала. – Хоть мне до сих пор стыдно, что я ударила твоего парня. Брата Кирилла.

– Все в порядке, – махнула я рукой. – Антон об этом уже забыл.

Кстати, это было неправда – Антон был человеком если не злопамятным и мстительным, то очень хорошо запоминающим обиды. И Дину он отлично помнил.

– Не люблю с ней встречаться, – вдруг сказала Дина. – Очень сложный человек.

– Вы хорошо с ней знакомы?

– Скорее, мои родители хорошо с ней знакомы. Она нормально к тебе относится? Не против ваших отношений с Антоном? – почему-то спросила она.

– Теперь – нет. А как у вас дела с Кириллом? – скорее из вежливости спросила я и вдруг поняла, что ее глаза моментально краснеют, отчего кажутся еще ярче.

– Свадьбы не будет, – проговорила Дина слабым голосом. – Ничего не будет.

– Как? – искренне удивилась я. – Вы поссорились?

– Нет… Он меня бросил. Извини, – закрыла она вдруг глаза ладонью. И прошептала: – Мне тяжело об этом говорить.

– Все в порядке, – несколько растерялась я. Только тут до меня дошла одна вещь: драка после клуба, где ранили Кирилла – Антон сказал, что это сделал брат Дины и его друзья. Как я могла забыть об этом. Уголовное дело тогда не завели только из-за вмешательства Адольской, которая не хотела никакой огласки.

– Извини, – снова сказала Дина и расплакалась, пряча лицо в ладонях.

– Я не знаю, что случилось, но не стоит так переживать, – говорила я, прекрасно понимая, что каждое мое слово ничего не значит. – Дин, не надо так. Чем я могу помочь?

Она молчала, лишь тихо плакала и ее худые плечи вздрагивали. Успокоилась она с трудом через несколько минут.

– Как идти к Алле? – выдохнула она, глядя на себя через камеру мобильного телефона. Тушь грязными потеками растекалась по ее лицу, нежная помада смазалась, глаза были красными и больными.

В таком виде к Алле я бы тоже заявляться не захотела – лишний повод для того, чтобы она унизила.

– У меня идея, – заявила я, доставая влажные салфетки. – Пойдем в кофейню, тут неподалеку есть хорошая. Посидим немного, ты успокоишься, съешь что-нибудь вкусное. А потом пойдешь к Алле. Только позвони, предупреди ее.

Наверняка Адольская относится к ней лучше, чем ко мне, и опоздание простит.

– Хорошо, – кивнула Дина, убирая влажными салфетками тушь с лица. – Только если тебе не сложно. А Алла и не знает, что я приду.

– Не сложно, – ответила я. – Идем?

В кофейню, находящуюся на углу, мы пришли минут пять спустя и сели за столик на двоих около окна – с видом на небо, которое должно было скоро озариться закатом. Людей тут было много, играла музыка и одурманивающе пахло кофе. Я, правда, заказывать его не стала – взяла горячий шоколад, такой густой, что в нем стояла ложка, и маршмелоу. А Дина заказала холодный кофейный напиток с мелким льдом и сливками сверху.

– Извини, что устроила при тебе истерику и отвлекаю, – в который раз сказала она.

– Ничего, я понимаю. Расставание – это всегда тяжело.

– Я не хотела расставаться. Кирилл сам меня бросил, по телефону, – тихо сказала Дина. – Позвонил моим родителям, все отменил.

Этого Кирилла захотелось придушить. Вот придурок! Даже лично не мог сказать!

– Они были в ярости, – продолжала она, отстраненно глядя на окна дома напротив. Возможно, ей нужно было выговориться. – Звонили ему, Алле, кричали, угрожали. На меня что-то нашло, и я плакала почти весь день. А потом двое суток просто лежала и ничего не чувствовала. Как бревно. Не ела, не разговаривала. Ко мне приходил брат и сидел рядом. А потом уехал. Вчера я узнала, что он и его друзья поехали в ваш город, чтобы найти Кирилла и отомстить ему. Глупый.

Я так и не поняла, к кому относилась последняя фраза, сказанная с нежностью – Кириллу или тому самому брату.

– И я приехала, чтобы попросить у Кирилла прощения за то, что сделал Рик. И поговорить с Аллой. Объяснить ей все. Я не хотела, чтобы так вышло.

Я потрясенно смотрела на эту хрупкую несчастную девушку с волшебными глазами. Ее бросил тот, кто должен был жениться на ней, тот, кого она любила и любит, но вместо того, чтобы разобраться с ним и понять, почему он это сделал, вместо отборных ругательств, звонкой пощечины и презрительного взгляда, Дина едет из другого города просить прощения за то, что сделал ее брат.

Это любовь или сумасшествие.

А сама-то ты далеко ушла?

Подошел официант – улыбчивый молодой человек, которому, кажется, очень понравилась Дина, и принес наши напитки. Пожелал приятного аппетита, он удалился.

– Наверное, я странная, – сказала Дина, из трубочки пробуя ледяной напиток. – Но я слишком сильно люблю Кирилла. А он любит ее.

Чертова Алина.

– Кирилл без ума от нее, – продолжала Дина. – Он постоянно приезжал к ней и проводил здесь недели. А недавно сделал свой выбор – в ее пользу.

Мне оставалось только головой качать. Ну что так привлекало обоих братьев Тропининых в этой девушке?! Да и она сама хороша – просто мастер портить жизнь другим. Мне, Антону, Кириллу, Дине. По крайней мере нас четверо. Сволочь.

– Я понимаю, что она намного лучше меня: красивая, эффектная, уверенная, – говорила Дина, – но я по-настоящему люблю Кирилла. А она им просто играет. Он для нее – заменитель Антона, – вдруг посмотрела она в мои глаза, и мне на мгновение сделалось не по себе.

– Откуда ты знаешь? – спросила я хрипло, перестав помешивать горячий шоколад ложечкой.

– Она сама мне сказала однажды.

– Вы общались? – нахмурилась я.

– Осенью. Я пыталась поговорить с ней. Просила, чтобы она оставила Кирилла в покое. Он ведь не нужен ей, Катя. Понимаешь? Но она только смеялась. – Голос у Дины был приглушенным, а взгляд – болезненным. – Знаешь, что она сказала мне тогда, Катя? – Девушка понизила голо почти до шепота, тревожного, дрожащего. – Она мне сказала: «Встань на колени, малышка. Я хочу видеть, насколько ты искренна. Насколько ты это хочешь».

– И что ты сделала? – с замиранием сердца спросила я, жалея, что не бахнула этой твари по голове вазой в тот раз. Да как она смеет быть такой высокомерной?!

– Там было много народа – я приехала следом за ней в клуб, – отстраненно проговорила Дина. – Она сидела на диванчике с подружками. И рядом было много парней. Они все это видели.