Одинокая звезда - Ирина Касаткина

Дима скоро забыл об этом происшествии. Ведь, даже целуя Маринку, он думал о Лене. Первые дни после ее отъезда он смертельно скучал, потом как-то притерпелся – остались только тоска и тупая боль в груди. Очень трудно было по вечерам. Перед сном он звонил ей и, разговаривая, смотрел на ее фотографию – а после долго не мог уснуть.

Физику Дима написал на тройку, а Саша – на четверку. Правда, варианты на Сашином факультете были раза в два легче, чем у Димы. Когда Саша рассказал, что ему попалось, то Дима даже позавидовал.

– Если бы мне это досталось, – уверенно заявил он, – так я бы и пятерню отхватил.

Диктант Дима написал на четверку – сказались Ленины диктовки. Саша с Маринкой тоже не подкачали. И когда тридцатого июля все трое увидели свои фамилии в списках зачисленных, их радости не было предела.

Обняв Диму и Маринку за плечи, Саша повел их в кафе, где его уже поджидала Ирочка. Там они вчетвером просадили уйму денег, выпив за поступление и основательно закусив всякими вкусностями. Ирочка со своей золотой медалью поступила в медицинский институт, чем очень гордилась. Всю зиму она занималась с репетиторами оттуда, поэтому в ее поступлении можно было не сомневаться. Собственно, ей достаточно было сдать на пятерку одну химию – но добросовестная Ирочка готовилась по всем предметам. Мало ли что!

– Когда Ленка приезжает? – спросил Саша приятеля перед тем, как они расстались.

– Второго или третьего августа.

– А путевки в лагерь у вас уже есть?

– Да, я купил вчера в профкоме. А ты?

– Я тоже купил. На себя и на Ирку. Слушай, Димка, поехали завтра. Займем лучшие палатки. Все там узнаем, где и что. Немного поработаем до приезда основной массы, зато директор обещает бесплатную жратву. Ленка приедет со всеми, а ты ее ждешь в палатке с видом на море. А то попадется какая-нибудь возле туалета или кухни – нанюхаетесь таких амбре. Весь кайф будет испорчен.

– Н-не знаю, – задумался Дима. – Я по ней безумно соскучился. Хотел ехать вместе.

– Ну что день-два изменят? Больше ждал. Поехали! И я тебе там все организую – помнишь наш разговор? Это надо обязательно сделать. Иначе можешь сам опозориться и ее напугать – вот посмотришь! Я же тебе, как друг, советую.

– Ладно, я вечером ей позвоню. Действительно, насчет палатки ты прав. Хорошо бы, чтоб она была в тени и в красивом месте. Если Лена согласится – едем.

Лена очень удивилась неожиданному Диминому предложению ехать на море врозь, но, подумав, согласилась. Встретиться после столь долгой разлуки на море – это так романтично! И от места, где будет стоять их палатка, тоже многое зависит.

– Езжай, Димочка! – сказала она. – Я тебе дам телеграмму, когда меня встречать.

«Езжай, Димочка! – злорадно подумал Гена, снимая наушники. – Я тоже все организую. Вы у меня надолго запомните это море».

Гена сам поставил «жука» Диме на сумку, когда тот, бросив ее со всеми вместе в коридоре, писал диктант. Ведь в аудиторию, где сдавали экзамен, заходить с сумками не разрешалось – вот и сваливали их абитуриенты под дверью, вместо того чтобы сдать в гардероб. Никто и не задумывался, что сумки могут обыскать или «приделать им ноги». Гена спокойно вытащил из общей кучи Димину сумку, проделал все, что надо, и швырнул обратно. Никто и внимания не обратил.

И подслушивать телефонные разговоры оказалось совсем нетрудно. Знакомый с радиорынка, которому Гена наврал про доставший его рэкет, за сравнительно небольшую мзду все сделал. Гена даже поразился простоте столь важного устройства. И теперь все их объяснения в любви он прослушивал в любое время – с зубовным скрежетом.

Выяснив срок отъезда обоих негодяев на море, Гена сел в один с ними поезд – но, естественно, в другой вагон. Билета он не брал – дал «на лапу» проводнице, и она его впустила, правда, без спального места. Но это его не огорчило. Дело великое – поспать одну ночь сидя.

Теперь нужно было выяснить главное – удастся Оленю осуществить его своднический план или нет? А если удастся, то когда и с кем? И с усердием добросовестной ищейки Гена принялся следить за сводником.

Сделать это было нетрудно. Сам лагерь располагался на горе, очень близко от станции. Под горой, рядом со станцией, был небольшой поселок – в одном из его домов Гена остановился, заплатив хозяевам за неделю вперед. Территория лагеря обросла высоким кустарником, оплетенным какими-то ползучими растениями, – в нем так хорошо было прятаться. Правда, выбирался Гена оттуда весь исцарапанный – но он этого даже не замечал.

Как Саша и рассчитывал, им была предоставлена возможность выбрать себе лучшие палатки – за что они целый день разгружали какие-то коробки и мебель. Палатки были хорошие, добротные, с деревянным полом и навесом.

Дима выбрал себе палатку на отшибе, под большой чинарой, рядом с огромной клумбой калл, похожих на языки пламени. Над клумбой постоянно кружили дивной красоты бабочки. Диме удалось поймать одну из них. Не дыша, он приблизил два пальца к ее сомкнутым крылышкам и быстро соединил. Снаружи крылышки оказались жемчужно-голубыми, а изнутри красновато-коричневыми, со сложным, изумительно красивым узором. Чем-то бабочка напомнила ему Лену – своей беззащитной красотой, что ли? Впрочем, все прекрасное, что ему доводилось видеть, напоминало ему Лену.

Внутри палатки имелись две деревянные кровати, две тумбочки, небольшой столик и две табуретки. Поминутно выглядывая, Дима быстро сдвинул кровати и плотно задвинул змейку. За этим занятием и застал его Саша. Со словами «идем, чего скажу» – он подтащил его поближе к кустам.

– Димка, я договорился! Хочешь сегодня, хочешь завтра. Девка – что надо. Губастая, грудастая, а чемодан – во! И имя подходящее – Маша Быкова. Она посудомойкой работает, здешняя. Что скажешь?

– Ладно, шепни ей – завтра после завтрака. Когда все будут на море. А что я ей буду должен? Она же, наверно, не за просто так?

– Да ничего не должен. Говорит: если парень хороший, то и за так согласна. Здесь мало хороших парней – одни чучмеки.

Через час Гена, примчавшись на почту, отправил телеграмму следующего содержания:

– Лена выезжай сегодня 652 встречу Дима.

Получив ее, Лена сначала удивилась, но потом подумала, что у Димы кончилось последнее терпение, – и засобиралась на вокзал, откуда они с Ольгой только что прибыли. Даже не поела как следует. Билетов на этот поезд не было, но ей удалось уговорить проводницу взять ее в свое купе. Когда та узнала о телеграмме, то посочувствовала влюбленным, не видевшимся целый месяц, и разрешила. Всего-то и ехать одну ночь – а утром уже там.

Поезд приходит в девять тридцать – лихорадочно соображал Ге – на. – Подниматься сюда от станции минут пятнадцать. Значит, надо, чтобы свидание началось около десяти. Надо подстраховаться.

Он перехватил Машу уже в поселке, когда та возвращалась с работы, и, показав ей сто долларов, предложил:

– Мне известно, что у тебя завтра свидание с одним парнем. Если начнешь его в такое-то время, эта зелень твоя.