Невеста Черного Ворона - Екатерина Бакулина

– Что случилось? – сказала я осторожно. – Чем я могу помочь?

– Родная наша, милая наша… да кто ж кроме тебя? Помираем мы совсем! Совсем житья не стало! И так эти вороны проклятые все вынесли, разграбили, до последней крошки из домов вынесли! Ничего не оставили! Отца убили, девочку мою убили! Осталась я с пятью малыми детками! Кушать нечего! Ни одной корочки, ни одного зернышка не осталось! Матушка, милая, помоги нам! Все помрем скоро… Матушка…

Она ползла за мной на коленях. Я отступала. Но что я могла сделать?

Что ей сказать? Чем я могу помочь?

Дать ей хлеба? Нужно позвать кого-то, чтобы принесли? Конечно! Пусть принесут…

Что…

Она пыталась уцепиться за мои ноги, и мне было страшно.

Мне было жаль ее. Я готова была расплакаться вместе с ней. Но я не понимала, что делать.

– Чем мне помочь? – пыталась спросить я.

Женщина лишь завыла громче.

– Что? Мне дать тебе еды? Да? Я сейчас попрошу, и мне принесут…

Слезы подкатывали к горлу. Почти паника.

Еще немного, и я бы сама бросилась бежать.

– Помираем мы! – выла женщина. – Все эти вороны проклятые! Только вы…

Я озиралась по сторонам, надеясь, что хоть кто-то увидит и подойдет, поможет мне. Что делать? Где-то же должны быть слуги? Стража? Так не бывает, чтобы вокруг никого!

Эрнан.

Я почти обрадовалась, увидев его.

Не такой помощи я ждала и все же на мгновенье испытала облегчение.

Он быстро шел по аллее, почти бежал ко мне. И двое замковых стражей едва поспевали за ним.

Лишь на мгновенье…

– Пошла вон! – рявкнул он издалека, так, что даже у меня сердце ушло в пятки, я чуть не бросилась бежать. И потом своим: – Взять ее!

– Нет! – я кинулась было, пытаясь преградить им путь. – Не трогайте ее!

Женщина затряслась в ужасе, вскочила на ноги, но не успела.

– Убивают! – заголосила она. – Убивают, изверги! Деточки мои, сиротки…

Ее уже схватили под руки.

Меня оттеснили в сторону.

– Допросить, кто провел сюда, и выкинуть за ворота, – велел Эрнан.

– Не трогай ее! Это просто несчастная женщина!

Я готова была сама броситься перед ним на колени. Что он сделает с ней?

– Не лезь, – холодно сказал Эрнан. – Это не твое дело.

– Мое! Она пришла ко мне за помощью!

Стражники уже волокли женщину прочь. Она попыталась было вырваться, но ее ударили по лицу.

Эрнан равнодушно смотрел на это.

– Чего она хотела?

– Помощи! – у меня слезы наворачивались на глаза. – Немного еды. Они голодают!

– Все голодают, – сказал Эрнан. – И с этим пока ничего не поделать. Я уже говорил тебе: амбары пусты, дороги слишком опасны, торговли нет.

– Они умирают! Как ты можешь?!

– Могу что? – он холодно смотрел на меня сверху вниз. – У меня нет средств, чтобы накормить каждого.

– Это же из-за тебя! Война, которую ты устроил!

– Да, из-за меня, – согласился он. – Это неизбежно. Ты хочешь, чтобы я расчувствовался и пустил слезу?

– Неужели тебе все равно?

– Мне не все равно, – сказал Эрнан. – Но сейчас я ничего не могу сделать. У меня нет возможности помочь всем. Помогу ей, и тогда придут другие.

– Хотя бы ей! Хоть кому-то! Она пришла за помощью ко мне!

– И какую помощь ты можешь ей оказать? – Почти насмешка.

Я…

Что я могу?

Я всего лишь пленница.

Задрожали губы.

– Я могла бы поделиться с ней едой, – сказала чуть слышно, голос внезапно подвел.

– Имбирным печеньем? – Эрнан криво ухмыльнулся. – Медовыми орешками? Фаршированной муреной?

У меня вспыхнули щеки.

Как он может!

Я…

«Бобы с луком – неплохой вариант, дешевый. Жизнь научила меня ценить даже сухие лепешки». Это воспоминание так и встало у меня перед глазами. Сама я не заметила разницы, для меня готовили так же, как и обычно, я не задумывалась… А вот Флир жаловалась мне, что пропали эосские конфеты, что апельсины, которые всегда лежали у нее в комнате, теперь приходится выпрашивать по одному, что перепелок стало меньше…

А в городе дела совсем плохи.

– Да хоть печенье! – обиженно сказала я. – Все, что у меня есть. Пусть все это раздают голодным. А я тоже буду есть бобы и тушеную капусту!

– Принцесса… – Эрнан нахмурился было, но все же, не удержавшись, засмеялся. – Какой же ты еще ребенок, Тиль! Никто не отбирает твое печенье, ешь спокойно. Уж одну принцессу мы как-нибудь прокормим. Но в городе не одна голодная девочка, там тысячи. А с тысячами все не так просто.

– Но ведь я могу что-то сделать?

– Ты? – он все еще улыбался. – Ты можешь, например, взять свои драгоценности, продать их и купить хлеб для бедных.

Продать драгоценности? Но разве… Мне было сложно такое представить. Дойти до такого?

– Все так плохо, да? – спросила я.

Эрнан вздохнул, чуть ухмыльнулся.

– Знаешь, Тиль, когда я смотрю на то, сколько должна корона, мне начинает казаться, что твой отец сам отравился от безысходности.

Так плохо.

– Ты же не отдал золото Тоуру? Там было много!

– Я раздал свои долги. Расплатился с большей частью наемников, которые пришли со мной, распустил их по домам. Но многие остались, и я все еще должен их кормить.

– Наемники… Они тебе дороже, чем…

– Да, – согласился он, – дороже. Я обязан им всем. Эти люди пошли за мной, сражались за меня, умирали за меня, и я должен выполнить свою часть договора. Да, часть людей пошла за мной, потому что это их долг, и я их сюзерен. Но Лохленн – бедная земля, достойных рыцарей там всегда было мало. Часть людей поддержала меня, рассчитывая получить что-то взамен. Лорд Йос, например, получил Белый Зубец и земли вокруг, лорд Миран – Альтаэль и ссуорские виноградники. А часть пошла просто за деньги. Победа стоит дорого. А знаешь, что будет, если не заплатить, и толпы обиженных наемников разбредутся по стране, в надежде так или иначе получить свое?

Я поджала губы.

Надо что-то решать.

– Хорошо, я продам драгоценности.

Кажется, Эрнана это позабавило.

– Не спеши, Тиль. Ты еще успеешь.

– Я хочу помочь.

– Удивительно, – он склонил голову набок, разглядывая меня, – ты ничуть не изменилась за эти годы. Совсем. Ты как была маленькой девочкой, так и осталась. Мне казалось, прошло столько лет, для меня самого все перевернулось с ног на голову. Но ведь для тебя не изменилось ничего. Твоя жизнь осталась прежней.