Из плейбоев в идеальные мужья - Линн Грэхем

– Тебе надо переодеться к ужину, – сообщил Аполлон, обрадовавшись тому, что вовремя впустил пса. Хотя Аполлон очень редко полагался на волю случая. Аполлон умело обращался с женщинами, когда был еще ребенком, потому что его спокойствие зависело от его отношений со своими мачехами. Он избегал драм в общении с любовницами по той же схеме. Дорогое ювелирное украшение или новый гардероб творили чудеса с сердитой и обиженной женщиной. Однако Пикси относилась раздражающе безразлично к своей новой одежде и образу жизни, хотя у Аполлона пока не было возможности проверить это на практике. Возможно, она просто притворяется, стремясь произвести на него впечатление. Он смотрел на ее залитое слезами лицо, ее серые глаза смягчились, пока она гладила любимую маленькую собачку. Ему нравилось, что Пикси любит животных. Впервые за долгое время Аполлону так сильно что-то понравилось в женщине, и это его потрясло.

– Ты специально позволил мне думать, что мы с Гектором будем порознь несколько недель, – упрекнула его Пикси. – Зачем ты это сделал? Это метод кнута и пряника?

Аполлон пожал плечами:

– Я не люблю споры. Я знал, что ты расстроишься из-за своего брата. Гектор – твое поощрение за примерное поведение. Я знаю, как ты его любишь.

Пикси напряглась:

– Перестань мною манипулировать, Аполлон. Если ты чего-то хочешь от меня, просто скажи об этом. Ради разнообразия постарайся быть честным.

По-прежнему босая, Пикси вышла из кабинета на палубу, где ее ждал стюард, который собирался показать ей хозяйскую каюту. По пути она увидела тренажерный зал, медицинский кабинет, сауну, паровую баню и кинозал. «Цирцея» была массивной четырехпалубной яхтой, на которой, казалось, есть все, что может потребоваться Аполлону, если он решит жить на ней постоянно.

Огромная каюта с массивной кроватью, собственной палубой и ванной комнатой пугала Пикси, но не так сильно, как стюардесса, которая заговорила с ней на прекрасном английском языке, называя ее миссис Метраксис, и спросила, что она наденет. Пикси выбрала черный шелковый комбинезон. Она должна была переодеться к ужину прямо сейчас. Она старалась не поглядывать на широкую кровать.

Пикси напоминала один сплошной комок нервов, но решила, что пара бокалов вина ее успокоят. Нельзя паниковать. Аполлон не собирался причинять ей боль. Он не будет на нее нападать. Пусть он довольно хладнокровный, но он не станет разочарованно расспрашивать, почему у нее такая маленькая грудь, когда снимет с нее бюстгальтер. Однажды такая история в жизни Пикси уже случалась. Этого опыта, а также заявления одного парня о том, что ее худоба его не возбуждает, было достаточно, чтобы убить желание Пикси раздеться перед мужчиной хотя бы ради эксперимента. По правде говоря, она завидовала Холли, которая была очень самоуверенной и провела ночь с Вито в первый день знакомства. В подобных обстоятельствах Пикси запаниковала бы и ответила бы парню отказом.

Но теперь она замужем, и ей предстояла первая брачная ночь с мужчиной, желавшим как можно скорее обзавестись наследником. Заставляя себя улыбаться, Пикси поправила макияж и прическу. Она глубоко вдохнула и постаралась не наступать на брючины комбинезона, который предполагалось надевать с туфлями на высоких каблуках. Стюардесса принесла ей палубные туфли. С недовольным видом Пикси надела их и отправилась в столовую.

Аполлон уже ждал ее. Он выглядел блистательно в белом смокинге и узких черных брюках, которые облегали его длинные, мощные бедра. Черные волосы обрамляли его худое, суровое и красивое загорелое лицо. Он был великолепен, как кинозвезда, и очень-очень сексуален.

Он с изумлением подумал, что Пикси выглядит как ребенок в большеразмерном комбинезоне. Почему ей не пришло в голову надеть что-нибудь короткое? Она нервно посмотрела на него и поспешно отошла в сторону, а он задался вопросом, почему она так волнуется. Еще ни одна его любовница не была такой взволнованной. На самом деле большинство из них сгорали от нетерпения оказаться в его объятиях, потому что он имел репутацию хорошего любовника.

Аполлон видел соски Пикси через тонкую ткань костюма – она не надела бюстгальтер, и при виде ее маленькой округлой груди почувствовал сильное возбуждение. Он переступил с ноги на ногу, чтобы успокоиться.

– Как долго мы пробудем на яхте? – натянуто спросила Пикси.

Аполлон пожал плечами, взгляд его красивых зеленых глаз был непроницаем.

– Пока нам это не надоест. Я построил «Цирцею», чтобы работать на ней. Мы поплывем на Нексос.

– Нексос?

– Греческий остров, который мой дед купил для семьи Метраксис, – объяснил Аполлон. – У него было шестеро детей, мой отец был старшим ребенком. Раньше в семьях было намного больше детей. У моего отца был только я. У меня есть куча кузенов и кузин.

– А твой отец больше не хотел детей?

– После моего рождения он больше не мог иметь детей. В конце концов, он обнаружил, что после лечения от рака на сороковом году жизни стал бесплодным. Если бы он вовремя проверился у врача, то всем его женам не пришлось бы тратить время на лечение от бесплодия, – с кривой усмешкой признался Аполлон. – Вот поэтому я сходил к врачу.

Пикси допила первый бокал вина, и молчаливый официант снова его наполнил. Ее нервировало, что они беседуют в присутствии сотрудников Аполлона, но он ухитрился вести себя так, словно они были наедине.

Пища была превосходной, однако Пикси чувствовала себя так, будто поедает древесные опилки. Официант вышел из столовой, чтобы принести десерт.

– Ты пьешь четвертый бокал вина, – нахмурился Аполлон.

– Ты считаешь? – смущенно выдохнула она.

– Разве тебе можно пить перед зачатием?

– Я не думала об этом. – Пикси поставила бокал на стол. – Я не знаю.

– На борту есть врач. Я спрошу его. Кроме того, если ты напьешься, я не буду заниматься с тобой сексом, – угрюмо заявил Аполлон.

Пикси покраснела, словно он залепил ей пощечину.

– Я просто немного нервничаю.

Аполлон смотрел на нее с явным непониманием:

– Почему?

Пикси знала, что пора сказать ему правду. Но как она признается легендарному бабнику в своей невинности? Он решит, что она неполноценная и до сих пор ее не захотел ни один мужчина. Это будет ужасно унизительно. Но хуже всего, у Аполлона появится повод думать, что Пикси неуверенная в себе женщина. Он увидит ее страх и слабость и использует это против нее.

– Ты еще хочешь есть? – тихо спросил Аполлон.

– Нет, – честно ответила Пикси.

За доли секунды Аполлон поднялся со стула, подошел к Пикси и подхватил ее на руки. У нее перехватило дыхание, она удивленно уставилась на мужа.

– Пора начинать наш проект, куколка моя, – поддразнил он.

– Я пойду сама.

– Я не хочу, чтобы ты упала и сломала ногу.

– Конечно, ведь это помешает нашему проекту, – ответила Пикси.