Одержимый тобой - Линн Грэхем

Она проснулась около девяти и поняла, что умирает от голода. Макс распаковал ее багаж и развесил вещи во встроенных шкафах в коридорчике, ведущем в ванную. Элла выбрала джинсы и майку с длинными рукавами, прежде чем отправилась в душ. Николай не вернулся ночью. Он или ночевал в другом месте, или все еще занимался последствиями пожара. Она слегка подкрасилась, снова вспоминая поцелуй в лимузине и размышляя, отчего всего один поцелуй может быть таким особенным.

Вернувшись в спальню, она увидела входящего Николая. Он выглядел измученным, и от него пахло едким дымом. Он взглянул на Эллу покрасневшими глазами, будто не понимая, кто она и что здесь делает.

– Как там было? – неуверенно спросила она.

Николай прикрыл глаза, содрогнувшись всем телом.

– Кошмар… – устало произнес он, сбрасывая пиджак на пол. – Я весь провонял дымом. Мне нужно в душ.

– Кто-нибудь пострадал? – продолжила расспрос Элла.

– Да, три человека из обслуживающего персонала. У одного сильные ожоги. Я только что из больницы, – ответил Николай, расстегивая рубашку.

– Мне очень жаль, Николай. Вы знали их лично?

Он молча кивнул.

– В студенческие годы я работал на кухне и в баре. Пожар начался на заднем дворе отеля. Произошел взрыв. Два помощника шеф-повара ранены, а управляющий баром получил такие серьезные ожоги, что потребуется не одна операция, – хрипло закончил Николай.

– Мне очень, очень жаль, – снова повторила Элла.

По его напряженному лицу она видела, как тяжело он переживает случившееся. Он в буквальном смысле боролся с собой, стараясь сохранить самообладание, но в глазах его блестели слезы. К своему стыду, Элла была заворожена этим зрелищем.

– Все могло закончиться гораздо хуже. К счастью, всех гостей удалось эвакуировать. Отель сильно пострадал, но стены можно восстановить, в отличие от людей.

Николай снял ботинки и носки, стянул брюки. Он был настолько опустошен и расстроен, что не осознавал присутствия постороннего человека. Элла впервые видела его в подобном состоянии.

– Вам что-нибудь принести?

– Макс встретил меня, когда я вошел. Он принесет завтрак, хотя я не уверен, что смогу проглотить что-нибудь, – пробормотал Николай.

Элла осмелела. Подойдя к двери в ванную, она сказала:

– В случившемся нет вашей вины, Николай.

– Но кто-то же сделал это! – воскликнул он. – Полиция подозревает поджог, взорвались газовые баллоны.

– О боже! – прошептала Элла, возвращаясь в спальню.

Макс принес поднос с завтраком на двоих. Буч и Рори сопровождали его и явно хотели остаться, но Элла попросила Макса увести животных.

– Он очень устал, ему необходимо поспать, – согласился Макс. – После хорошего сна все выглядит в ином свете.

Николай вошел в спальню в полотенце, обернутом вокруг узких бедер, с волос капала вода. Он уселся на стул. Элла протянула ему чашку кофе.

– Вам нужно поесть. Организму необходимо топливо для выработки энергии, – настойчиво сказала она, подавая ему вилку и нож.

Ее забота и сочувствие, плескавшиеся в зеленых глазах, нервировали его. Он привык всегда полагаться только на самого себя, и это защитило его от многих опасных ошибок. Если он никому не доверяет, то и злоупотребить его доверием невозможно. Но кто-то же организовал этот пожар? Кто так его ненавидит, чтобы устроить поджог в отеле, полном гостей? Николай понимал, что ему крупно повезло, что никто из проживающих не пострадал.

Он выпил кофе, вяло поковырял яичницу с беконом и отодвинул тарелку. Элла хотела еще расспросить о пожаре, но тактично молчала.

– Я, пожалуй, посплю немного. Мне еще сегодня в полицию ехать, – устало сказал Николай, направляясь в ванную. Через минуту он снова вошел в спальню. Вместо полотенца на нем были белые хлопковые трусы. Элла невольно уставилась на его мускулистое тело, во рту у нее пересохло. Она с удивлением заметила на его плече татуировку с изображением крылатой богини и крошечного единорога. Что бы это значило? Элла спохватилась, что так пристально его разглядывает. Она в смятении схватила поднос со стола и выскочила из спальни, пожелав ему хорошего отдыха.

Невероятная усталость охватила Николая. Он что-то хотел сказать Элле до ее ухода, но забыл. Он вспоминал сейчас нежность и заботу, сквозившие в ее глазах, когда она уговаривала его поесть. Его сестра смотрела на него точно так же в детстве, когда он болел. Николай выругался про себя и отогнал от себя образы обеих.

Элла устроилась на кухне за столом и слушала Макса, который рассказывал о своей армейской жизни и одновременно замешивал тесто для кекса. Собаки резвились во дворе. Услышав дверной звонок, Элла зачем-то направилась в холл вслед за Максом. На пороге появился улыбающийся Сайрус с букетом в руках. Элла невольно напряглась, но, увидев теплую улыбку Сайруса, поняла, что уже не сердится на него за синяк на запястье, который к тому же уже почти рассосался.

– Сайрус… – растерянно сказала она, подавшись ему навстречу.

– Я очень надеялся застать тебя дома, – сказал он, протягивая Элле огромный букет цветов, который она беспокойно передала Максу.

Ситуация была не из приятных. Элла ощущала огромную неловкость. Она понимала, как разъярится Николай, узнав о непрошеном госте. Но перед ней был прежний Сайрус, с дружеской улыбкой и спокойной манерой поведения. Не почувствовав подвоха, Элла пригласила его войти.

– Я приготовлю вам чай, прежде чем отправлюсь за покупками, – пообещал Макс.

– Я знаю, ты не ждала меня, – сказал Сайрус, входя вслед за Эллой в гостиную. – Но после вчерашней встречи я понял, что должен поговорить с тобой.

– Да, неловко вчера получилось, – признала Элла.

Сайрус устроился в кресле и стал расспрашивать Эллу о семье. Она отвечала, осторожно подбирая слова, опасаясь, что он начнет задавать неудобные вопросы о банкротстве отца, а она обещала Николаю не обсуждать эту тему ни с кем. Но Сайрус ничего про это не спросил.

– Я задам тебе вопрос, который тебя может удивить, – предупредил Сайрус в тот момент, когда Макс принес поднос с чаем.

Элла неуверенно спросила:

– Это меня расстроит?

– Надеюсь, нет, – улыбнулся Сайрус, наблюдая, как Элла разливает чай. – Я знаком с тобой более четырех лет, Элла. Последнее время мы не так часто виделись, потому что я размышлял над вопросом, хочу ли я оставаться тебе только другом.

При этих словах Элла напряглась, но промолчала.

– Ты заслуживаешь гораздо больше, чем дешевую любовную интрижку с Дракосом. Я хочу забрать тебя отсюда сегодня же, – настойчиво сказал он. – Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Это официальное предложение.

Элла постаралась сохранить на лице нейтральное выражение, несмотря на абсурдность ситуации.