Сжигая за собой мосты - Татьяна Полякова

Он разжал руки и легонько толкнул меня. Пролетев по инерциипару метров и притормозив, я первым делом обернулась, несмотря напредупреждение. И никого не увидела. Мужчина, скорее всего, просто скрылся заколонной. Я осторожно приблизилась и стала медленно обходить ее. Надо полагать,он делал то же самое, правда, шагов я не слышала, но я их и раньше не слышала, двигаетсяэтот тип совершенно бесшумно. Я резко повернула и шагнула в противоположнуюсторону, потом побежала, то и дело меняя направление, пока не услышала смех изтемноты. Судя по всему, парень находился довольно далеко от меня.

– До чего ж по-дурацки ты выглядишь, – сказал он, а янахмурилась, хотя и вынуждена была с ним согласиться.

– Давайте поговорим, – предложила я и спросила,вспомнив предположение Дмитрия Сергеевича: – Вас отец послал?

– Ага, с того света.

– Я ведь серьезно. Почему бы вам мне все не объяснить?Зачем вы за мной ходите, ведь должен быть в этом смысл?

– Не хочу, чтобы ты отправилась вслед за отцом.

– Почему не хотите?

– По доброте душевной. Кстати, ты домой не собираешься?Мне здешние красоты уже поперек горла.

Я сделала еще пару шагов, очень рассчитывая на то, что мнеудастся его разговорить. Но тут в галерее появилась группа молодых людей, язамолчала, ожидая, когда они пройдут. Они поравнялись со мной, и выяснилось,что мы хорошо знакомы, ребята тоже возвращались в общежитие. Я пыталасьпридумать предлог, чтобы не пойти с ними, но, пока думала, один из нихподхватил меня под руку, и я, то и дело оборачиваясь, отправилась вместе скомпанией.

Ночью я, по обыкновению, разглядывала потолок, совершенноуверенная в двух вещах: я не шизофреник, а гибель отца действительно связана снекой тайной, которую я смогу разгадать. Если повезет. Этот тип спросил, несобираюсь ли я домой, и имел в виду вовсе не общежитие, что лишь укрепило моерешение вернуться на Родину.

В аэропорту меня встречала Яна, рядом с ней стоял молодойчеловек, высокий, худой, длинные волосы падали ему на глаза, он то и дело ихотбрасывал, наверное, поэтому создавалось впечатление, что он очень нервничает.Сестра рядом с ним казалась совсем маленького роста, на ней была короткая юбкаи светлая блузка с рюшами, которая ей совершенно не шла. Яна была в томвозрасте, когда любое замечание воспринимается в штыки, и я остерегалась даватьей советы. Наверное, ее мать помалкивала из тех же соображений. Я некстатиподумала, что Янка унаследовала от обоих родителей не самые лучшие черты: отМузы взбалмошность, от отца упрямство. От папы ей также достался высокий лоб идлинный нос, лицо отца он совершенно не портил, а вот сестре давал поводсчитать себя дурнушкой, хотя, с моей точки зрения, у нее была интереснаявнешность. Узкое лицо с небольшими, но выразительными глазами, маленький рот,который она неумело красила, стараясь сделать губы полнее. Янка былавспыльчивой, ленивой, заносчивой и не испытывала ни малейшего желаниязаниматься чем-то полезным. Учеба ей никогда не давалась, в восьмом классе еесобирались оставить на второй год, спасло лишь вмешательство отца. Школу оназакончила в прошлом году, папа пристроил ее в институт на платное отделение, нои там она проявила абсолютное равнодушие к учебе, папа с сожалением говорил,что туристическому бизнесу, как видно, придется обходиться без Яны. Сестрицупо-настоящему интересовали лишь тряпки, в которых она ничего не смыслила, ипарни, с которыми ей не везло. Отец возлагал на меня определенные надежды в томсмысле, что я благотворно повлияю на нее. Я очень любила Янку, но сомневалась,что на нее кто-то серьезно способен повлиять.

Увидев их еще издалека, я помахала им рукой, и через минутуЯнка уже заключила меня в объятия.

– Наконец-то ты приехала, – сказала она, когда споцелуями и приветствиями было покончено. Она нахмурилась, а я спросила:

– Как твои дела? – заподозрив, что меня ожидают плохиеновости.

– Нормально, – отмахнулась Янка. – Кстати, это Юра. Мывместе учимся.

Юра стоял рядом, с любопытством на меня поглядывая.

– Напрасно пыжишься, – добавила Янка с ноткой презренияв голосе, обращаясь к нему. – На таких, как ты, моя сестра внимания необращает.

Парень смутился, что доставило ей удовольствие, я не знала,как себя вести в такой ситуации, и решила вовсе не реагировать на ее слова.Парень взял мой багаж, и мы направились к машине.

– Я скоро получу водительское удостоверение, –похвастала Яна. – Как только мне исполнится восемнадцать. Буду ездить напапиной машине, жду не дождусь. Я так рада, что ты приехала, – повторила она,поцеловав меня.

– Как чувствует себя Муза?

– Мама, по-моему, спятила, – вновь нахмурившись,ответила сестра. – У нее одна идея – поскорее выйти замуж. При этом онаговорит, что папа – мужчина всей ее жизни. Мне кажется, она никогда его нелюбила.

– Перестань. Они были прекрасной парой, – ответила я.Вообще-то Муза из тех женщин, которые просто не способны любить кого-либо, новряд ли отца это очень волновало, поэтому их брак вполне можно было назвать счастливым.

– С ней совершенно невозможно ужиться, – продолжалаЯнка. – Она точно спятила.

Вчера нацепила короткую юбку и полдня вертелась передзеркалом. Доставала меня разглагольствованиями, что ноги у нее красивее моих.Говорят, многие бабы съезжают с катушек, когда начинается климакс, вот я идумаю, не спятила ли мамаша.

– Какой климакс? – буркнула я, косясь на Юру.

Он шел рядом, не особенно прислушиваясь к нашей болтовне, ноя все равно подумала, что Янке стоило бы подождать с рассказами до тех пор,пока мы не останемся одни.

То, что жалоб не избежать, я отлично знала, причем мнепредстоит выслушать еще и Музу. Мать с дочерью жили как кошка с собакой,наверное, потому, что были очень похожи.

– Меня тошнит, когда я слышу ее болтовню, – не утихалаЯнка. – Могла бы ради приличия подождать хоть год после смерти отца, как делаютнормальные люди. Но она ненормальная. Пристает ко всем с просьбой найти еймужа, даже не понимает, как это омерзительно выглядит. Может, хоть при тебеприсмиреет, – вздохнула сестра, а я подумала: «Это вряд ли».

– Почему вдруг такая спешка с замужеством?

– Потому что в голове у нее полный бардак. И под юбкойтоже. Она не в состоянии жить одна. Бедный папа, он заслуживал лучшей жены. Ждуне дождусь, когда смогу уйти из дома.

– Куда уйти? – насторожилась я, трудно было представитьЯнку самостоятельным человеком.

– Да куда угодно, лишь бы не жить с ней вместе. Мы ведьдолжны получить наследство после папы, я потребую свою долю.