Конкурс комплиментов и другие рассказы от первого лица - Наталья Нестерова

– Серьезнее не бывает.

– Прекрасно! – От радости я даже в ладоши захлопала.

Юре давно следовало жениться. Мы с мамой терзались затаенными страхами (о которых постоянно говорили Юре в лицо), что он останется бобылем, до старости будет случайными связями опутан, греться у чужого (читай – моего) очага.

– Но есть проблема, – напомнил Сергей. – Девушка немного замужем?

– Нет.

– Она тебя не оценила? – насторожилась я.

– Вполне оценила.

– На «удовлетворительно»? – поинтересовался Сергей.

Я показала мужу кулак.

– На пять с плюсом! Но, ребята! У нее есть сестра.

– И тебя печальная доля не миновала, – напомнил Сергей.

– Тамарку (то есть меня) и Алису и близко сравнить нельзя!

– Алиса твоя невеста? – спросила я.

– Нет! Какие вы бестолковые! Алиса – это младшая сестра моей невесты.

– А старшей по рождению не забыли имя дать? – веселился Сергей.

– Не забыли! Вера! Ее зовут Вера. Еще вопросы есть?

– До Веры, – предположила я, – ты крутил роман с Алисой?

– Ничего я с ней не крутил! – возмутился Юра. – Стоп! Молчите! Никаких вопросов! Слушайте меня. Историческая справка.

Их две сестры, родители погибли, утонули в реке. Вере тогда было пятнадцать лет, младшей Алисе – десять. Вера очень боялась, что Алису заберут в детдом, не позволят старенькой бабушке опекунство оформить. Но из дома девочек не вырвали, вскоре бабушка умерла. Вера перешла в вечернюю школу и устроилась ученицей мотальщицы на прядильный комбинат. Далее она не училась, так и осталась в рабочем классе. Да и какая учеба, если весь дом, хозяйство, ребенок на ней. Вера в драных чулках ходила, копейки берегла, но старалась дать Алисе все возможное и одевать, как куколку. Дополнительные занятия по английскому, кружок при доме пионеров, секция фигурного катания и так далее.

Алиса в институт поступила, три месяца проучилась и привела жить парня – свою пламенную любовь. У Веры, таким образом, два нахлебника-студента на шее оказались. Через год Алиса родила сына и распрощалась с мужем – не сошлись характерами. Вера перешла работать в ночную смену, чтобы днем с малышом сидеть, дать сестричке спокойно доучиться.

– На данный момент, – подвел итог Юра, – обстановка следующая. Алиса институт закончила, работает на полставки корректором в газете. Вера племянника воспитывает. В садик, из садика, к врачам, на прививки – все Вера. А у младшей сестры – талант и вдохновение. Она стихи пишет! Дрыхнет каждый день до обеда, на два часа в редакцию заглянет, вечером к ней такие же поэты с вином приходят и всю ночь гудят.

– Твое отношение к Алисе понятно, – кивнула я.

– Избалованный трутень! – в сердцах обозвал будущую родственницу Юра. – На первый взгляд – зефир в шоколаде, но попробуй укусить – внутри камень. Голосок писклявенький, но чуть не по ее, включает ультразвуковой визг. Чтобы у меня на ночь остаться, Вера каждый раз у сестры отпрашивается! А та еще кочевряжится. – Юра стал передразнивать Алису: – Не знаю, если ты утром не задержишься, ведь надо Вадика в сад отвести. Представляете? Ни свет, ни заря Вера выскакивает из моей хаты и мчится к племяннику. Начинаю говорить, что, мол, у ребенка родная мать есть. Вера тут же замыкается, в скорлупку прячется, не достучишься. Для нее Алиса – священная корова. Скотина! Задушил бы ее!

– Нашими руками? – уточнил Сергей.

– В самом деле, братик, – вступила я, – в чем наша помощь должна заключаться?

– Во-первых, вам пора знакомиться с Верой. Во-вторых, у меня есть отличный план. В-третьих, вы посмотрите на ситуацию объективно. Может, я действительно на бедную девочку Алису напраслину возвожу? Или, как Вера говорит, слишком строг к малютке?

– Уф! – Сергей театрально смахнул пот со лба и повернулся к мне: – Пронесло! Думал, он заставит мать-одиночку отстреливать.

– Это я тебя отстрелю! – стукнула кулаком мужа по коленке. – Все хиханьки да хаханьки! Серьезное дело, у моего брата судьба решается, а ты юродствуешь!

– Я не виноват, что у тебя брат умственно отсталый, – скривился как бы от боли Сергей, поглаживая коленку. – Потому что только дебил может делать врагов из родственников будущей жены.

– Объясни нам, душевно скорбным, – попросил Юра.

– С кем ты сражаешься? – усмехнулся Сергей. – С кем войну затеял? Родственники жены, правильно, – священные коровы. У меня их, например, целое стадо. Сколько лет терплю, что ты, когда у нас ночуешь, утром моим бритвенным станком пользуешься. Хоть бы раз потом помыл!

– Не отвлекайся на мелочи! – потребовала я.

– Для кого мелочи, – ответил Сергей, – а для кого плевок в душу, то есть в лицо посредством грязных безопасных лезвий.

– Ты прав по сути, – задумчиво сказал Юра. – Лезвий, так и быть, подарю на пятилетку вперед, одноразовых. Верина сестра присосалась к ней, как пиявка, кровь и соки тянет.

– Тебе, что ли, мало остается? – хмыкнула я. – Вера не жалуется? Значит, положение дел ее устраивает.

– Начнешь резать пуповину между ними, – поддержал меня Сергей, – много крови прольется. И неизвестно, кто выживет. Вдруг не ты?

– Ребята! – покачал головой Юра. – Вы говорите как теоретики, приличные люди в окружении себе подобных. Вы последнюю рубашку для другого снимете, но в то же время знаете, что и для вас донорская почка всегда найдется. Там ситуация иная. Ладно! – махнул он рукой. – Разберемся и прорвемся! Кстати, в этом доме ужином кормят? Я на свидание с любимой девушкой опаздываю. И не мешало бы мне, – Юра провел по щеке, – побриться. Сереженька, ты как считаешь?

Хотя мы были настроены на мирное сосуществование, познакомившись с Верой и Алисой, полностью стали на сторону Юры.

Вера нам очень понравилась. Добрая, тихая, уютная, она напоминала ласковую кошку. Бывает так: придешь в гости, возьмешь хозяйскую кошку на руки, кошка испуганно замрет, но не царапается, не вырывается, терпит и молчаливо просит, чтобы ее отпустили. Потом в середине вечера прыгнет тебе эта кошка на колени, свернется клубочком, и, уходя из гостей, очень хочется забрать теплую кошку с собой. Так и Вера. Вначале она держалась скованно, робела. Но потом освоилась, ловко и незлобиво шутила, а чувство юмора в нашей семье всегда было камертоном душевного здоровья.

Алиса – совершенно иная статья, как от других родителей. Сигарету изо рта не вынимает. Нам, некурящим, находиться в табачном дыму, мягко говоря, неприятно. Это ладно. Вера тоже не курит, а привыкла вдыхать то, что выдыхает ее сестричка. Но перенести отношение Алисы к себе, как к пупу земли, мог не всякий.

Она смотрела на окружающих, будто на челядь – слуг, которые обязаны ее обслуживать и прихоти удовлетворять. «Сергей, у вас машина? Отвезете меня в субботу к приятелю на дачу! Тамара, кажется, вы – портниха? Я вам принесу юбку, ее нужно подшить».