Путь Моргана - Колин Маккалоу

— Благодарю вас за сведения, мистер Кинг. — Росс прокашлялся. — Но больше всего меня беспокоит возможный мятеж. — Он перевел взгляд на морских офицеров. — И не обязательно мятеж каторжников. Среди моих подчиненных немало тех, кто не мыслит жизни без рома. А когда я говорил, что провизии нам хватит всего на три месяца, то имел в виду и ром. Чтобы его хватило офицерам, мне придется урезать норму рядовых. А ведь ром должны получать и матросы капитана Хантера — верно, капитан?

Хантер сглотнул.

— Боюсь, да, майор Росс.

— Итак, у нас есть только один выход, — подытожил Росс. — Военное положение и трибунал. Любого колониста, совершившего кражу, будь он свободным человеком или каторжником, придется приговаривать к смертной казни. И я не отступлю от своего решения, джентльмены, можете не сомневаться.

Это заявление было встречено мрачным молчанием. Снаружи доносились голоса колонистов, переносящих припасы с «Сириуса», — они напоминали о том, какой хаос царит в поселке.

— В восемь утра в понедельник, — продолжал Росс, — все жители этого острова должны собраться у флагштока — я сообщу им, как обстоят наши дела. А пока советую вам держать языки за зубами. Не вздумайте проболтаться! Если слухи о трибунале пройдут по острову до понедельника, я прикажу выпороть виновника, окажись он даже старшим офицером. А теперь все свободны.

С «Сириуса» продолжали перевозить на берег вещи и провизию; скот, овец и коз просто сбрасывали за борт и гнали к берегу, причем потери были невелики. С судна благополучно вывезли все бочонки, ящики и мешки. «Сириус» лежал бортом на рифе, то поднимаясь, то опускаясь, но не сдвигаясь с места даже под натиском ветра. Проходили дни, а воды в трюмах не прибавлялось.

В восемь часов утра в понедельник все островитяне столпились возле флагштока. Моряки и пехотинцы выстроились в шеренгу справа, а каторжники — слева от флага, офицеры расположились между ними.

— Пользуясь полномочиями коменданта этой английской колонии, объявляю, что с сего момента в силу вступают законы военного времени. — Командный голос майора Росса далеко разносил западный ветер. — До тех пор пока Бог и британское правительство не вспомнят о нас, мы предоставлены самим себе. Если мы хотим выжить, тогда все мужчины, женщины и дети должны трудиться, поставив перед собой две цели: выстроить жилища и обеспечить себя едой. По моим подсчетам, после отплытия «Запаса» на острове останется пятьсот четыре человека: численность населения утроилась всего за одну неделю. Не стану умалчивать о том, что всем нам грозит голодная смерть. Но заверяю вас: никто, ни один человек не будет питаться лучше, чем остальные. Бог послал нам испытание, как израильтянам в пустыне, но мы не можем похвалиться добродетелями, присущими этому древнему народу. Мы должны рассчитывать только на собственную находчивость, на силу воли, на трудолюбие. Помня о том, что для нас важнее всего, мы переживем даже самые страшные испытания!

Он сделал паузу, и те, кто стоял поблизости, увидели горечь на его лице.

— Увы, мы не израильтяне. Среди нас есть немало отбросов общества, изгоев, отщепенцев, с которыми надо обращаться соответственно. Тех, кто со смирением и покорностью терпит свою участь, ждут награды. Те же, кто посмеет вырывать еду изо рта своих ближних, будут казнены. Тех, кто станет воровать, чтобы обменять украденное, обеспечить себе удобства, удовлетворить пристрастие к спиртному и по другим причинам, я прикажу подвергать суровой порке. На снисхождение не смогут рассчитывать ни женщины, ни даже дети. На острове вводятся законы военного времени, а это означает, что я стану вашим судьей, судом присяжных и палачом. Мне нет дела до того, с кем вы будете совокупляться и как проводить свободное время, но я не потерплю ни малейшего неповиновения, угрожающего общему благу! В течение первых шести недель все собранные овощи и другие плоды этой земли предназначаются исключительно для правительственных складов, но я предлагаю всем мужчинам и женщинам начать самостоятельно выращивать овощи, чтобы пополнить наши запасы, и тогда через шесть недель вы будете сдавать на правительственный склад лишь две трети урожая. Мой девиз — «упорный труд — путь к процветанию», и это относится не только к каторжникам, но и к свободным колонистам.

Он приподнял верхнюю губу, оскалив зубы.

— Я — майор Роберт Росс, моя репутация всем известна! Я — вице-губернатор острова Норфолк, мое слово здесь — такой же закон, как слово самого короля! А теперь — троекратное «ура» в честь его величества короля Георга! Гип-гип!

— Ур-а-а! — дружно отозвались собравшиеся и повторили этот крик еще два раза.

— И троекратное «ура» в честь лейтенанта Кинга, способного творить чудеса. Мистер Кинг, желаем вам попутного ветра! Гип-гип!

«Ура» в честь Кинга прозвучало еще громче, чем в честь короля. Лейтенант стоял ошеломленный, сияющий, исполненный благодарности. В эту минуту он по-настоящему любил майора Росса.

— А теперь каждый должен пройти мимо флага Соединенного Королевства, склонив голову в знак преданности!

И островитяне вереницей потянулись мимо флага, храня почтительное молчание.

Хотя Ричард стоял среди своих пильщиков, у самого флага, он заметил в толпе вновь прибывших много знакомых лиц: Уилла Коннелли, Недди Перрота и Тэффи Эдмундса, Томми Киднера, — Аарона Дэвиса, Мики Деннисона, Стива Мартина, Джорджа Геста и его товарищей Эда Рисби и Джорджа Уитейкра. Среди новых пехотинцев были его помощник-оружейник Дэниел Стэнфилд, а также два рядовых с «Александера» — Элиас Бишоп и Джо Макколдрен. Несомненно, они тоже заметили Ричарда и вскоре должны были разыскать его, чтобы поприветствовать. Как объяснить им, что майор Росс вовсе не шутил? А если ему не понравится, что его старший пильщик заболтался со своими старыми товарищами? Но тут майор Росс разрешил дилемму Ричарда, выкрикнув его имя.

— Да, сэр? — отозвался Ричард, пробираясь сквозь толпу.

— Я приказал рядовому Стэнфилду разыскать Эдмундса. Ты будешь на третьей лесопилке?

— Да, сэр.

— С тобой поселится Джон Лоурелл — можешь распоряжаться им, как пожелаешь. Славный малый, но слишком уж медлительный. Поручи ему ухаживать за огородом. В течение первых двух недель Том Краудер будет забирать все, что выросло на нем, а потом станет брать только две трети.

— Да, сэр, — еще раз повторил Ричард и поспешно удалился. Джона Лоурелла он немного знал — тот пробыл на Норфолке уже целый год и был добродушным, неуклюжим корнуэльцем с «Дюнкерка» и «Скарборо». Прежде Лоурелл выполнял черную работу под началом Стивена. Что задумал майор Росс? По сути дела, он дал Ричарду слугу.

К тому времени как Ричард добрался до третьей лесопилки, где уже работали Сэм Хасси и Гарри Хамфрис, он понял, как рассудил майор: поскольку остров наводнили вновь прибывшие, прежние жители, имеющие свои огороды, рисковали лишиться урожая, несмотря на грозное предупреждение о военном положении и трибунале. Росс назначил охранника, которому предстояло стеречь огород Ричарда, и собирался поступить так же с другими ценными работниками. Именно поэтому он выбрал Лоурелла — одного из самых безобидных и туповатых колонистов. Подавив вздох, Ричард мысленно поклялся, что с сегодняшнего же дня начнет строить для Лоурелла отдельный дом. Он был готов обойтись скудным пайком, лишь бы не делить дом с чужим человеком.