Жемчужина на счастье - Скарлет Уилсон

Тристан радостно подпрыгнул, качнув каноэ. Во взгляде Аддисон мелькнула паника.

– Ты хочешь подпустить сына к скатам и акулам?

Калеб кивнул.

– Ты ведь слышала, что сказал гид. Еще ни один турист не пострадал. Это безопасно. Пусть Тристан поплавает с рыбами. Больше такого шанса ему может не представиться. Ну, всего несколько минут!

Остальные туристы уже были в воде: трогали рыб, плавающих среди них. Калеб взял Тристана на руки. Акулы и скаты вели себя дружелюбно: сновали вокруг, иногда натыкаясь на людей. Аддисон, наконец, расслабилась и начала фотографировать Калеба и Тристана. А потом она осмелела настолько, что даже сунула в воду ногу. Но это все, на что у нее хватило храбрости.

Взяв у нее камеру, Калеб сделал несколько снимков жены, сидящей в лодке. Аддисон была, как всегда, прекрасна, но в глазах ее по-прежнему читалась печаль. «Нам нужно поговорить, – сказал он себе. – Нам надо сесть и поговорить по душам».

Калеб ощутил укол стыда. Разве они не могли поговорить раньше? Почему он не признался жене, что изо всех сил откладывал их откровенный разговор, оправдываясь занятостью на работе? Ведь в таком случае не нужно было объяснять Аддисон, почему он не хочет заводить второго ребенка, которого, если честно, очень хочет. Но так страшно, что Аддисон, снова родив, опять отдалится, впадет в депрессию.

Калеб до сих пор помнил, какой разочарованный вид был у жены, когда он сказал ей, что больше не хочет детей. После того разговора Калеб избегал касаться этой темы, что не улучшало их отношений, напряжение между супругами росло.

Но сегодня все было иначе. Он ощущал себя абсолютно расслабленно и совершенно не думал о работе.

Когда каноэ направилось обратно к отелю, солнце уже начало сильно припекать, и так приятно было вернуться в здание отеля, где работали кондиционеры.

После того как Тристана сдали на руки воспитательнице в детском центре, Калеб предложил жене:

– Ну что, а теперь – шоколадный торт?

Аддисон покачала головой.

– Не сейчас. Может, позже. Давай прогуляемся. Мне бы хотелось пройтись по окрестностям.

Калеб кивнул:

– Конечно. Дай мне пять минут – я переоденусь. А то у меня песок во всех местах.

Она рассмеялась:

– Хорошо. А я пока закажу нам что-нибудь прохладительное.

Аддисон смотрела вслед мужу, любуясь его походкой, и чувствовала, как горят ладони при воспоминании о том, как прикасалась сегодня к Калебу.

Так тяжело понимать, что в последнее время между ней и мужем словно разрастается гигантская пропасть, которую не перепрыгнуть. Но сегодня все было иначе – Калеб провел весь день с семьей.

Аддисон наблюдала, как он возится с сыном в песке и плавает с Тристаном среди рыб, и ее сердце немного оттаяло. Казалось, перед ней снова тот парень, каким она знала Калеба когда-то давно. Это напомнило о том, что у них было, но одновременно и о том, как много они потеряли. Если придется идти дальше по жизни без мужа, Аддисон знала, что и она, и ее сын будут скучать именно по такому Калебу. И ее новому ребенку тоже будет сильно не доставать именно такого отца.

Едва Аддисон успела заказала две порции ледяного лимонада, как вернулся муж. Он уже переоделся в шорты цвета хаки и голубую рубашку поло.

Калеб взял свой бокал с лимонадом.

– Спасибо. Отлично, куда мы направимся теперь?

Аддисон указала на тропинку, ведущую за пределы территории отеля.

– Может, побродим немного по округе, осмотримся?

– Я не против.

Они зашагали по тропе. Навстречу им попадались люди на велосипедах. На Бора-Бора мало автомобилей. Дороги тут неважного качества, и на весь остров всего несколько такси.

Здесь было много небольших магазинов для туристов. Аддисон завернула в первый попавшийся. На полках лежали вырезанные из дерева фигурки различных животных, на стенах висели разноцветные парео, сотканные здесь, на острове, и платья с нарисованными на ткани вручную прекрасными таитянскими цветами.

Аддисон взяла в руки белое платье без бретелек. По краю его лифа и по подолу шла темно-розовая полоса, а юбка была замысловато расписана бледно-розовыми цветами и большими зелеными листьями.

Калеб подошел к жене и поинтересовался:

– Что ты нашла?

Она показала платье.

– Вот это. Правда, оно потрясающее?

Он прикоснулся к ткани.

– Кто-то нарисовал это вручную? В самом деле?

Муж смерил Аддисон взглядом с головы до ног, и она непроизвольно втянула живот.

Чего она боится? На ней ведь длинное просторное платье. В нем ее беременность совершенно незаметна.

– Тебе этот наряд будет к лицу, – уверенно сказал Калеб. – Покупай. – Он взял с полки несколько плюшевых акул и скатов. – Захватим их для Тристана?

Аддисон кивнула, все еще любуясь платьем. Покупать его – чистое безумие. В Лондоне в нем совершенно некуда выйти – климат неподходящий. Но оно ей нравилось, а еще было приятно думать о том, что, приобретая это платье, заодно материально поддерживаешь местных жителей.

Для своих коллег Аддисон набрала недорогих украшений. Увидев серьги из черного жемчуга, она спросила мужа:

– Не желаешь купить их для своей секретарши?

Тот удивленно поднял брови.

– Той самой, которую я не предупредил, что буду отсутствовать целый месяц?

Щеки Аддисон предательски покраснели.

Калеб шагнул к ней.

– Что? Ты и ей сказала про наш отпуск? Ты сказала про него Гарри и Либби, но не мне.

– Я говорила тебе о том, что мы уезжаем отдыхать на месяц, за несколько недель до отъезда. Это ты предпочел не сообщать мне, что никуда не собираешься ехать.

Аддисон ждала, что муж сейчас разозлится и начнет оправдываться, но он неожиданно улыбнулся.

– Ты пытаешься выставить меня в плохом свете.

– Что, правда глаза колет? – шутливо бросила она через плечо, направляясь к кассе, чтобы оплатить покупки.

Калеб встал позади, положив руки жене на бедра и нежно прижавшись к ней.

– Вы молодожены? – улыбнулась им продавщица.

– Нет, – покачала Аддисон головой и, обернувшись, взглянула в глаза мужу. – Мы женаты уже давно.

Их взгляды скрестились.

– Очень давно, – прошептал Калеб, взял ее за руку, сплетя свои пальцы с ее, а другой рукой потянулся за сумками с покупками.

На обратном пути к отелю он шагал таким быстрым шагом, что Аддисон пришлось почти бежать, чтобы не отстать. Сердце ее бешено стучало. В голове теснились мысли: «Если Калеб разденет меня сейчас, при дневном свете, заметит ли он, что я беременна? Конечно. И тогда он обязательно затеет разговор, к которому я пока не готова. Наши отношения только-только начали налаживаться. Не хочется их испортить. Сперва хорошо бы выяснить, можем ли мы сохранить наш брак».