Квартира со всеми неудобствами - Анастасия Соловьева

– Аделаиде Сергеевне понравилась квартира на Шаболовской, – сказал за меня Николай. – Но тут возникла одна небольшая загвоздка. Проблема вся в том, что Аделаида Сергеевна полагает, что ей будто бы нужно еще доплатить некоторую сумму. Две тысячи долларов…

– Три тысячи, – эхом поправила я, не сводя глаз с Вадима.

– Именно! – вскричал Николай. – И я вот втолковываю Аделаиде Сергеевне, что если сравнить хотя бы по метражу обе площади…

– Ага! – Вадим улыбнулся мне. – Я так понимаю… вам, Аделаида, все подходит, но нужны еще три тысячи?..

– …Долларов, – просияла я. Он назвал меня по имени, но в его устах оно не прозвучало привычно безобразным набором звуков. Совсем напротив! Мне показалось, я впервые услышала свое собственное имя: Аделаида!.. в этом было что-то океански торжественное, как и он сам… Аделаида – скольжение солнечного света под килем океанского корабля. А корабль – это он!

– Сумма, безусловно, мизерная, – опять встрял между нами Николай, – но без нее Аделаида Сергеевна наотрез отказывается уезжать отсюда.

– Ах вот оно что?! – Вадим очаровательно улыбнулся мне.

Я по-прежнему была не в состоянии разглядеть его лица. Не понимала даже, как он был одет. Вадим…

– С одной стороны, это несколько смешно, – продолжал Николай. – Но если на дело взглянуть в масштабах всей этой прекрасной громадной квартиры при современной ценовой политике, когда стоимость одного квадратного метра жилплощади – три тысячи долларов, причем панельного дома и то где-нибудь на окраине, заметьте…

Во время всей этой занудной тирады Вадим не спускал с меня глаз. Я таяла в лучах его солнца. Вадим… именно это имя, как никакое другое, соответствует ему. Оно властно ведет, закручивая по головокружительной спирали, в радостные бездны! Вадим… в нем самом бездны…

– Конечно. Я с вами согласен, Николай, – просто кивнул Вадим, но сколько было изящества в его простоте и естественности. Она завораживала меня.

– Вы слышите, Аделаида Сергеевна, – вывел меня из сладкого оцепенения Николай. – Вадим Алексеевич согласен доплатить вам три тысячи долларов!

– Я счастлива, – призналась я.

– Приятно видеть счастливого человека, – радостно захохотал риелтор. – Тогда нам остается обсудить лишь некоторые технические детали.

Я спасена! Имя моего избавителя – Вадим.

– А что у вас тут будет? – вдруг спросила я его.

– Я буду здесь просто жить.

Все смеются, потому что всем стало весело. Господи, я завтра же отдам Галине все деньги и смогу навсегда забыть о ней и о ее жутчайшем муже. Дело с моей аварией досрочно сдастся в архив. Сегодня сказочный вечер.

– Когда я могу получить деньги? Хоть мне и нужно как можно скорей, но время терпит и до пятницы. – Я не хочу в глазах Вадима казаться настырной.

– Что?! – опешил Николай. – До какой еще пятницы?!

– До этой…

– Вы что, Аделаида Сергеевна?! Как это возможно?! – взбеленился Николай. – Нужно же подготовить все документы. Сразу даже кошки не родятся. А только через два месяца. Знаете, как говорят: скоро хорошо не бывает. Короче, не так все быстро, Аделаида Сергеевна.

– А сколько же мне ждать? – У меня почва поплыла под ногами. – Два месяца, вы сказали?

– Да это я так, образно выражаясь. Думаю, к Новому году управимся.

– Но мне нужно к пятнице! К этой пятнице!.. Я же согласна уехать отсюда!.. – Я с мольбой взглянула на Вадима. – Хоть сейчас!..

– Ну, вы же не ребенок, Аделаида Сергеевна! – опять влез Николай. – Ну подумайте сами! Какой смысл Вадиму Алексеевичу расселить только вас одну? Допустим, вы сейчас уедете отсюда. И что? По-вашему, Вадим Алексеевич заселится вместо вас в вашу комнату?! Ха-ха-ха!

Опять все рушилось. А Николай все говорил, ржал над своими собственными шуточками и снова говорил без умолку.

– Нет, Аделаида Сергеевна! Скоро, да хворо. Вначале нужно получить согласие всех соседей на отселение, потом собрать копии лицевых счетов и выписки из домовой книги. И справки, что никто не имеет задолженностей по квартплате…

Я ни к селу ни к городу вспомнила сейчас, что у меня есть задолженность еще и по квартплате. Все! Теперь окончательно ясно – денег ни к какой пятнице я не получу. Галина предаст меня в руки своего монстра. Она опять звонила сегодня днем и требовала половину долга, потому что прошла будто бы половина срока. Ей нужно как можно быстрей начать ремонт «лексуса», пока муж не обнаружил вмятины.

– Я тебя покрываю, подруга, – шипела она в трубку. – Пока этот бес ничего не заметил. Ездит на моей. Ругается, падло, но ездит! Только зачем мне все это выносить от этой сволочи?! Посуди, подруга, сама. Все! Я в пятницу отдаю ему твою расписку. Он увидит, что ты натворила с его драгоценной машиной. Козел, так ему и надо. И пусть чего хочет, то с тобой и делает. Зато все будет конкретно…

Моя черная шаль съехала на пол. Вадим поднял ее. Я в полном смятении стояла перед ним в простенькой серенькой блузочке.

– Дерево скоро садят, да не скоро плод едят! – весело прокричал Николай и вышел из комнаты.

Мы остались c Вадимом одни. Он держал мою шаль.

– Аделаида, – сказал Вадим. – Вам срочно нужны три тысячи… А давайте я дам вам их просто взаймы? Не дожидаясь формальностей?.. Не возражаете, Аделаида?..

– Нет, ну что вы?! Не надо… Давайте!

– Ну вот и хорошо. – Он подошел ко мне и протянул шаль. – Ведь, в конце концов, какая разница, сейчас я вам их отдам или к Новому году?

– Спасибо, – пролепетала я. – Вы меня спасли. Я вам очень обязана…

Мы стояли у окна, за которым снежные хлопья летели на притихший город.

– Ну что вы! – Вадим великодушно развел руками. – Не стоит. Тогда давайте завтра увидимся снова.

– Давайте…

Мы договорились о встрече в холле бизнес-центра «Медичи плаза» в середине следующего дня.

Пришел Николай и увел Вадима смотреть какую-то интересную деталь в квартире. Я ждала, что они вернутся, прислушивалась к шагам в коридоре. Но Вадим не вернулся. Хлопнула входная дверь, и все стихло. За окном по-прежнему кружил первый снег.

Вот как это бывает!.. Очарованная, я куталась в шаль, которую совсем недавно он держал в руках, и тупо следила за порхающими снежинками. Я так бы и стояла, если бы не телефонный звонок. Я механически сняла трубку, совсем не думая об опасности.

– А ты, оказывается, дома уже? Чаи гоняешь?

– Гоняю… – откликнулась я, вспоминая Вадима.

– Быстро же тебя выписали из больницы!

– Вот уж так, – по инерции подтвердила я.

Стоп… Из какой еще больницы? Что он городит? Кто это? Скрипучий дискант… что-то знакомое… – вмиг мобилизовалась я… Бог ты мой, это же Стасик! Мой голос тут же приобрел мученические нотки.