Украденная ночь - Триш Мори

— Домой? — Она покачала головой. Когда они были вместе, то жили либо в съемных апартаментах, либо в отеле при казино. — Я не знала, что у тебя есть дом.

— Я хочу поехать в дом своего отца в Джакбаре и хочу, чтобы мальчик поехал со мной. Я покажу ему землю, где вырос его отец.

Джакбар? Марина резко выдохнула. Бахир совсем бы ее не удивил, если бы сказал — хочет поехать с ним в Монте-Карло и обучать его азартным играм. Но в Джакбаре не было ничего, кроме бесконечной пустыни…

— Ты хочешь забрать его в пустыню? Ты что, спятил? Он же еще ребенок!

— Он мой сын, и пустыня — его дом.

— Нет, его дом здесь! Единственный дом. Кроме того, ты ничего не знаешь о детях! Даже если бы к ним прилагалась инструкция по воспитанию, ты бы все равно не сумел бы все сделать правильно. Я не отдам тебе его и не позволю никуда везти!

— Тогда у тебя нет выбора. Мы пойдем в суд, раз ты этого желаешь. Представь себе заголовки газет, пока все будут наблюдать за нашей битвой за опеку над ребенком: «Разгульная принцесса украла ребенка». Твой отец будет очень гордиться своей старшей дочерью.

Картина была слишком ясная… Впервые, начиная с ее мятежных юношеских лет, отношения между отцом и дочерью стали понемногу налаживаться. Король все никак не мог понять обстоятельства, в результате которых его дочь-принцесса стала матерью не одного, а двух внебрачных детей! Конечно, в этом была и ее вина, потому что она никак не хотела раскрыть правду… Но все же их отношения вышли на более приличный уровень.

И теперь этим зарождающимся отношениям угрожали? Это слишком нечестно!

— Я не воровала Шакира!

— Нет. Но ты украла три года жизни моего сына у меня! Его первые шаги, первые слова, первую улыбку… Ты отмечала его дни рождения? Надеюсь, ты насладилась… — Бахир впился в нее взглядом, — за нас двоих.

Его обвинения достигли цели. Марина никогда и не задумывалась, что все те этапы жизни малыша, которыми она действительно наслаждалась и отмечала, по сути были преступлением по отношению к отсутствующему отцу Шакира.

— Но ты же не хотел ребенка! — Ее голос дрогнул, как и ее оборона.

— Ты не дала мне выбора!

— Я пыталась. Неужели ты не помнишь тот день?

— Припоминаю, как ты спросила, хочу ли я ребенка? А я сказал — нет. Но не помню, чтобы ты что-то говорила о своей беременности.

Туго накрутив на палец локон, Марина надеялась физической болью хоть немного перекрыть эмоциональную. Но все было тщетно.

— Мы можем что-нибудь придумать, — пробормотала она, пытаясь найти решение. — Ты мог бы навещать Шакира иногда на выходных или брать его на целый день. Каждый вторник в Фивиццано открывается рынок. Деревня находится у подножия горы. И есть прекрасный пляж в Специи. Это недалеко.

— А еще есть суд в Риме, где я получу полную опеку над сыном, когда расскажу им, какая ты никчемная мать.

Неужели он говорит серьезно? Бахир действительно подаст в суд?

Она открыла рот от удивления, пытаясь понять, как далеко он способен зайти. Но кого он пытается обмануть? Неужели Бахир действительно представляет себя в роли отца?

— Неужели ты действительно думаешь, что суд будет на твоей стороне и отдаст опеку человеку, который провел большую часть своей жизни в казино за рулеткой? Человеку, у которого даже нет собственного дома? Будет очень трудно найти что-то позитивное в репутации даже знаменитого Шейха Рулетки. Суд тебя просто высмеет!

Он отмахнулся от ее слов, как отмахиваются от назойливой мухи.

— Так, может, проверим? Кому из нас есть что терять в случае публичной огласки?

— Ну, ты и сволочь! — заключила Марина.

Сразу было понятно, на ком из них все это отразится сильнее. Она не могла допустить разоблачения и следующего за ним неизбежного копания в грязном белье. Также она не могла допустить, чтобы всплыла правда о Хане, потому что она пообещала это Саре…

Боже, а если отнимут и Хану? Что, если у нее заберут обоих детей?

Слезы навернулись у нее на глаза. Почему он с ней так поступал? Неужели так велико желание мести? Неужели он так сильно ее ненавидит?

— Ты не сделаешь этого, — прошептала Марина. — Ты не сможешь.

— Конечно сделаю, если ты и дальше не будешь подпускать меня к ребенку.

— Бахир, пожалуйста! — сказала она, встряхнув головой. — Не надо. Ты не можешь его забрать! Он тебя даже не знает.

— А кто в этом виноват? Уж точно не я. Он поедет со мной в пустыню. Я научу его ездить верхом и охотиться. Передам ему знания его предков-бедуинов.

— Но он еще малыш! Ему только три года! Шакир слишком мал для такого путешествия.

— Я сам родился в шатре в пустыне. Я там вырос. Так почему же он мал для жизни бедуина?

Больше это выдержать было невозможно. Марина не просто находилась в шоке, она была полностью выбита из колеи. А теперь еще эти последние новости, которые повергли ее в шок. За все месяцы, проведенные с Бахиром, он ни разу не упоминал о своем происхождении. Но разве у них было время для разговоров? В заоблачных далях их отношений ничего не имело значения, кроме их собственного чувственного мира, наполненного только наслаждением. И только теперь, когда их отношения остались в прошлом, Марина по крупицам могла составить представление о его происхождении.

Но это не означало, что он может забрать ее сына!

— Не делай этого. Ты же не думаешь, что ты можешь забрать у меня Шакира и увезти его в какую-то пустыню? Ты вообще ничего не знаешь о детях! Малыш просто перепугается. И с моей стороны, это будет совершенно безответственно — отпустить его с тобой.

Бахир ничего не ответил, взвешивая ее слова, лишь только стиснул зубы и свирепо посмотрел на нее. Нельзя было терять ни секунды.

— Понимаешь, — продолжала Марина, — у тебя ничего не получится. Он с тобой не поедет. Это будет просто бесчеловечно по отношению к ребенку!

— Хорошо, — наконец кивнул Бахир. — Пусть будет по-твоему. Я хочу, чтобы вы оба были собраны завтра к десяти утра.

— Оба?..

— Конечно, — ответил он, поглядывая на часы, как будто внезапно устал от разговора. — Если возможны такие проблемы, если ребенок действительно никуда со мной не поедет, то тогда ты должна поехать с нами!

— Нет, Бахир! — замотала она головой, получив новый шок, не успев оправиться от предыдущего. — Это не то, что я имела в виду.

— А я, наоборот, думаю, это прекрасное решение.

— Ты забыл про Хану!

— Нет, девочка здесь ни при чем, — пренебрежительно сказал он, показывая — тема закрыта. — Она останется.

— Я никуда не поеду без Ханы! Я никого из детей не оставлю.

— С каких это пор? Чудесная мать без зазрения совести бросила детей дома, чтобы как следует погулять на свадьбе их тети.