Крик души, или Никогда не бывшая твоей - Юлия Шилова

Во-первых, я никогда не трачу времени впустую. Если я стобой, значит это уже не потерянное время. Значит мне это нужно. Во-вторых, яне женат. Я уж там побывал, и с меня довольно. Так что с некоторых пор яубежденный холостяк. Сам не завожу семью и другим не советую. Слово «брак» невызывает у меня ничего, кроме раздражения, конечно. В-третьих, ты позировалаочень даже неплохо, и если Дмитрий настолько увлекся своей работой, это говорито том, что игра стоит свеч. Он что-то в тебе нашел и пытается отобразить это нафотографиях. Дмитрий никогда не будет делать работу, если до конца не уверен вположительном результате. И в-четвертых, когда кажется, надо креститься. Думаю,я достаточно хорошо все обосновал.

Остановившись у придорожного ресторана, Александр посадилменя за уютный столик, сделал заказ и удалился. Мне принесли бокал красноговина. Я сделала несколько глотков и почувствовала себя значительно лучше. Мнедаже показалось, что все, что сейчас со мной происходит, это сон, в котором япребываю с того самого момента, когда ступила на Московскую землю.Фотомастерская… Известный фотограф — утомительные съемки… Александр, словнопринц из сказки, который нашел меня для того, чтобы сделать известной, богатойи счастливой. Разве так бывает, — думала я, медленно потягивая вино. Такне бывает… И, тем не менее, все это происходит со мной. Сейчас я не сплю ипребываю в здравом уме. Я могу себя ущипнуть и почувствую боль, а если ячувствую боль, значит все, что происходит со мной сейчас ни что иное, как самаянастоящая реальность. Я нахожусь в Московском ресторане, потягиваю вино и жду,когда закончится работа над моим портфолио.

— О, да ты уже вовсю вином расслабляешься! —Заметно повеселевший Александр сел напротив меня и с довольным видом потерруки.

К столу подошла официантка и принесла массивную тарелку саппетитно пахнущим шашлыком. Александр взглянул на женщину, неожиданно встал,положил свою руку ей на плечо, а затем опустил прямо до ягодиц. Я опустилаглаза, покраснела, как вареный рак, и в буквальном смысле слова заерзала настуле.

— Здравствуй, Виктория, — услышала я. — А я ине знал, что ты еще здесь работаешь.

— А куда я пойду? — вздохнула официантка. —Тут платить стали неплохо.

— Надо же! Я тысячу лет тебя не видел, хотя иногда сюдазаезжал.

— Наверное просто не попадал в мою смену.

— А живешь там же?

— Там же.

— Ну ладно. Заскочу как-нибудь.

— Заскакивай как-нибудь.

Девушка направилась в сторону кухни, а Александр вернулся насвое место.

— Кто бы мог подумать, что я здесь старую знакомуювстречу. Может и в правду говорят, что Москва — большая деревня. Тут ни от когоне укроешься и постоянно кого-то встречаешь.

— Приятная девушка. — Я и сама не поняла, чтоименно происходило со мной в данный момент. То ли я просто приревновалаАлександра к незнакомой девушке, то ли посчитала за неуважение по отношению комне, что он так откровенно положил руку на чужую задницу, совершенно не думая отом, что я все вижу и слышу и это мне, мягко говоря, может быть очень даженеприятно.

— Да, есть в ней что-то…

— Ты хочешь сказать, что в ней есть какая-то изюминка?

— Я хочу сказать, что в кое-каких вещах она настоящаямастерица. Такую захочешь не забудешь. Слишком много приятных воспоминаний.

— Тогда почему ты не сделал из нее известнуюмодель? — спросила я все тем же ревнивым голосом.

— Потому что я этим не занимаюсь. Если я решил тебепомочь, то это не означает, что я помогаю всем девушкам. Я не благотворительнаяслужба. Если из нее получилась хорошая официантка, это не значит, чтополучилась бы хорошая модель.

— Но ты же сказал, что она искусная мастерица…

— Сказал. В постели ей и в самом деле нет равных. Покрайней мере я не встречал…

— Оставь, пожалуйста, свои постельные похождения присебе, — резко перебила я Александра и допила свое вино до самого дна.

Александр рассмеялся, взял меня за руку и посмотрел мне вглаза.

— Анжелка, ты что, ревнуешь, что ли?

— Вот еще…

— А мне кажется, что ревнуешь.

— В том-то и дело, что тебе кажется.

Поужинав, Александр еще на несколько минут задержался околосвоей старой знакомой, не забывая при этом поглаживать ее по округлым ягодицам.Девушка заметно смущалась и чувствовала определенную неловкость — ведьАлександр приехал в ресторан не один. Устав ловить на себе испуганные взглядыдевушки и посчитав свое присутствие лишним, я вышла на улицу и встала у машины.

— Послушай, а ты чего убежала? — Александрвыскочил следом за мной и быстро открыл дверь машины.

— Я не убежала. Я ушла.

— Тогда почему ты ушла?

— Потому, что ужин уже окончился и потому, что у менянет никакого желания смотреть, как ты откровенно любезничаешь с другойдевушкой. Да и не только любезничаешь.

— Еще говоришь, что не ревнуешь! Александр завел мотор.Я не смогла удержаться, чтобы не высказать свое несогласие.

— Я не ревновала. Просто мне было неприятно. Мнепоказалось, что ты меня унизил, что ли… Я понимаю, между нами ничего нет. Ноэто как-то некрасиво…

— А может это и в самом деле произошло оттого, что унас с тобой ничего нет.

Александр наклонился ко мне совсем близко и поцеловал прямов губы. Я не дала ему пощечину, не отклонилась и уж тем более не начала на негокричать. Я сидела, словно статуя, и боялась пошевелиться. «У Александра большиесвязи. Будь с ним поласковее. Он реально может тебе помочь. Заинтересуй егочем-нибудь. Ты же знаешь, чем умная женщина может заинтересовать неглупого мужчину», —прозвучали у меня в голове слова Димы.

Отъехав от ресторана на приличное расстояние, мы обауслышали как в машине что-то застучало. Александр резко затормозил. Испуганнопосмотрев по сторонам я с ужасом отметила, что в неприятной темноте не видно ниогонька — никакого жилья.

— Саш, что случилось? Почему мы встали? —осторожно спросила я.

— Если не ошибаюсь, у нас прокололо колесо. — Онобреченно развел руками и вышел из машины.

Я выскочила следом за ним и тоже принялась рассматриватьзлосчастное колесо. Оно было не просто спущено. Его «зажевало» в полном смыслеэтого слова. Покосившись в сторону темного леса, я съежилась.

— Саш, а у тебя запасное колесо есть?