Сумасбродка, или Пикник для лишнего мужа - Юлия Шилова

Накинув легкий халатик, я открыла холодильники обнаружила там бутылку бренди. Отлично, это то, что мне надо! Налив полныйбокал, я с удовольствием выпила его. Вот уж никогда не любила эту квартиру!Наверное, потому, что мы живем здесь втроем: я, Каролина и Тамарка. Нассвязывает то, что каждый вечер мы танцуем голыми на сцене стриптиз-бара. Мы непроститутки, потому что не спим с мужчинами, а просто показываем им свои сиськи.Естественно, за деньги. Платят нам зажравшиеся новые русские, в зубах которыхзастревают остатки осетрины, а толстая жирная кожа покрыта потом.

Я никогда не стыдилась своей работы. Болеетого, я с удовольствием прихожу в свой стриптиз-бар. В нем сногсшибательныйинтерьер, проектор с киноэкраном, приличная цветомузыка и прочие прибамбасы,позволяющие на полную катушку отдохнуть тем, у кого есть баксы.

Перед выходом на подиум мне не приходитсяютиться в тесной гримерке – хозяин расщедрился и выделил нам роскошную комнату,которой хватило бы на десятерых. У меня на столике дорогая косметика,оплаченная заведением. Я могу пить дорогой виски, охлажденный цветным фруктовымльдом, и есть вкусные маслины.

Я знаю, что девицы, танцующие в театрах,открыто презирают нас. Мол, они настоящие артистки, люди искусства, а мы –никто. Я всегда плевала на их мнение. Подумаешь, балерины! Вкалывать доседьмого пота за три копейки? Нет уж, это не по мне! Я ценю красивую жизнь,ради нее я готова пожертвовать многим. Кстати, Макс этого так и не понял. Ну идурак, сам виноват, что его пристрелили на пикнике.

Я ужасно соскучилась по шикарномуярко-красному кружевному белью, которое надеваю перед выходом в зал. Мой лифчикделает грудь еще более эротичной, а трусики, едва прикрывающие лобок,выставляют напоказ упругие ягодицы. Что еще? Кружевные колготки и лаковыешортики на «молниях», которые я могу мгновенно сбросить, длинные лаковыесапоги. На голове у меня изящная шапочка, украшенная страусиными перьями.

Я обожаю танцевать в свете мощного прожектора,умело направленного рукой осветителя на мою тонкую, хрупкую фигурку,позавидовать которой может любая топ-модель. Я, как никто другой, умеюпоказывать красоту своего тела. Я не вижу зрителей, потому что они в темноте,но слышу тяжелое дыхание и чуть ли не кожей чувствую, как набухают ширинки отвозбужденной плоти. Я скидываю шортики и подхожу к блестящему металлическомушесту, стоящему рядом с роялем. Мне нравится тереться о него лобком, гладитьего руками, прикасаться языком и ощущать, какой он холодный. Этот шест похож намощный фаллос, затвердевший в моих руках. Я не стесняюсь быть откровенной втанце, и зрители всегда воспринимают это на ура.

Именно такой меня увидел Глеб. Однажды, когдая играла с шестом, демонстрируя залу свою аппетитную попку, он бросил на сценуроскошный букет алых роз. В тот вечер я впервые изменила мужу, хотя раньше неделала этого никогда.

Не буду скрывать, многие стриптизерши неотказываются от интима, если знают, что могут сорвать на этом дополнительныеденьги, возможностей у них предостаточно. Взять, например, консумацию. Лично яее ненавижу. Заключается она в том, что, по желанию гостя, девушка,оттанцевавшая свой номер, выходит в зал и подсаживается за столик. Она должнаразвлекать гостя, раскручивая его на дорогие коктейли и закуски. Иногда хозяинсам указывает нам, кого надо «взять на крючок». Оплата – определенный процентот суммы заказа. Постель – по желанию. Это хозяин не запрещает, но и непоощряет. В баре и так полно штатных путан. Отказаться от консумации нельзя:она входит в наши обязанности. Бывает и так, что особо ретивые клиенты склоняютнас к постели насильственными методами. Тогда мы обращаемся к охране, котораястарается мирно урегулировать конфликт, предлагая воспользоваться услугамипроституток. Девочки у нас что надо, поэтому проблем почти не возникает. Нопару раз я нарывалась и на таких, которые грозили отыметь меня после работы,поджидая у входа в своем автомобиле. Но и из этой ситуации есть выход. Какправило, мы пользуемся черным ходом, а на улице нас поджидает такси, специальнозаказанное для того, чтобы развести по домам. Насколько я знаю, консумация естьпочти во всех столичных клубах и стриптиз-барах. Ее нет только в большихресторанах, где тоже показывают стриптиз. Там не нужно спускаться в зал иразвлекать этих жирных мордоворотов. Отсюда и маленькие заработки. В ресторанахдевушки получают почти в пять раз меньше, чем мы. Фактически они танцуют замизер. Мы же получаем неплохие деньги, но они тут же испаряются после оплатыквартиры, питания, покупки спиртного, сигарет, приобретения приличных шмоток.

Я обожаю танцевать, когда в зале сидит Глеб. Освоем визите он сообщает заранее, поэтому я тщательно готовлюсь к выходу. Чтобыпоразить его, я беру у оркестрантов саксофон и вытворяю с ним такое! Зал пыхтити взрывается аплодисментами, а я извиваюсь, сбрасывая с себя чистосимволические предметы одежды.

Все свои танцы я придумываю сама. У нас нетхореографа. В стриптиз-барах такая должность не предусмотрена. Все держится наинтуиции. Стриптизерша не сможет работать, если она не умеет фантазировать. Ясама себе и костюмер, и модельер, и швея, и гример, и хореограф. Нужно простотанцевать не для зала, а для себя. Тогда все получится.

Я выхожу из бара в пять утра. Уставшая,выжатая как лимон, но все же довольная. Хотя бывает и так, что нервы сдают. Втакие минуты я закрываюсь в гримерной и громко реву.

Мое настроение зависит от публики. Я не люблювыступать перед молокососами. У них красные глаза, садистский взгляд ипроколотые вены. Их карманы набиты кокаином и таблетками «экстази». Если бы внаш бар впускали с оружием, то они бы перестреляли всех посетителей. Людисреднего возраста, даже крутые паханы, ведут себя в рамках приличия, но эти женапоминают настоящих скотов. Они заказывают дорогой коктейль и требуют секса.Понимая, что я всего лишь танцовщица, говорят кучу матерных гадостей и обещаютпосле работы открутить мне голову. Нередко дело доходит до скандала. Охранаудаляет молокососов из зала, а я боюсь потом встретиться с этими отморозками втемном переулке. Да, меня защищают, но только в рабочее время, а за вредностьнам никто не платит...

...Неожиданно в двери щелкнул замок, и напороге появилась Каролина. Она была ужасно бледна и расстроена. Не обращая наменя никакого внимания, Каролина, не разуваясь, прошла на кухню и открылахолодильник. Достав бутылку бренди, налила себе полный стакан, тут же осушилаего и закурила длинную сигарету с ментолом. Опустившись на стул, она тупоуставилась в окно, стряхивая пепел прямо на пол. Я подошла к входной двери,закрыла ее на замок и села напротив.

– Каролина, привет. Ты что, не видишь,что ли, что я приехала?

– Вижу, не слепая, – безразличноответила она, не отрывая взгляда от окна.

– К черту отпуск! Сил моих нет сидеть вэтой деревне! Я решила приехать раньше времени и выйти на работу.