Шаманка. Сезон охоты - Янка Рам

– Филин! – Артур лупит его по бедру кулаком. – Очнись.

Со стоном растирая уши, Филин распахивает глаза.

– Что происходит? – смазывает рукавом кровь под носом. – Чем это Вы, барышня, нас так приложили? – шокированно, но пытаясь шутить в своём стиле.

– Децибелами. Ты, я так понимаю, главный?

Филин игнорирует вопрос, бросив аккуратный взгляд на Артура.

– Сильна… – нервно вздрагивают в улыбке его губы. – Это всё круто было, конечно! – словно сдаваясь, поднимает он ладони. – Но Вы же, Марена Богдановна, понимаете, что если не вернёмся мы в здравии, в частности, сын Игоря Васильевича, то ё*нут сюда атомной боеголовкой. От неё не откричитесь.

– Не успеете. Скоро сюда вперёд вас чем-нибудь ё*нут.

– Может, Марена Богдановна, Вы с нами прокатитесь? У нас хорошо… Плазма, сауна, кокос, панкейки на завтрак. Любите Вы, барышня, панкейки?

– А что – похоже на то?

– Не очень, – удручённо вздыхает он. – Похоже, что любите Вы мясцо…

Оглядывается на трупы. Мы встречаемся с ним глазами.

– О, как… – вздрагивает Филин. – Никак братец наш Иванушка? А мы тебя потеряли! Ты чего здесь делаешь?

Филин с Артуром многозначительно переглядываются.

– Переговоры ведёт. Цивилизованно. В отличие от вас.

– Какой резвый…

– Мясцо я, и правда, больше люблю. И прокатиться с вами не откажусь. Только полетим по моему маршруту. А к «папе» вы уже без меня добираться будете.

– Вот так вот запросто? – подозрительно прищуривается Филин. – Полетим вместе?

– А в чём проблема? – прищуривается Мара в ответ. – Или ты пакость какую-нибудь задумал? Так ты два раза подумай. Подъём! Пора.

– Оружие отдай! – оскаливается Артур.

Мара весело смеётся, вставая и отряхивая колени от иголок.

– Чего стоишь! – рычит на меня Артур. – Возьми стволы!

– А у меня есть, – взвожу курок, навожу на него и имитирую выстрел так же, как он в самолёте. – Бах…

Кое-как встав на ноги, они пытаются расслабить петлю и раскрутить гайку карабина.

– Не получится. Он на резьбе. А резьбу я сорвала.

– И как нам идти?!

– Как на детском утреннике вокруг ёлки бегали. Так и пойдёте. Вперёд, – тяжелеет голос Мары. – Ванечка, ты их под прицелом подержи, а то проявят инициативу – никого до «папы» не довезём.

Поднимаю ствол, направляю в голову Артура.

– Я недолго.

Ловко оттолкнувшись от земли, Мара подтягивается на руках и исчезает в проёме сомьи.

– Малой, ты попутал? Ствол опустил! – шипит на меня Филин.

– Не могу. Вдруг наследник сдуру чего предпримет, все тут и поляжем. А я панкейков хочу.

– Как Регина погибла? – исподлобья смотрит на меня Артур.

– Выстрелила в Мару, пуля прошла мимо, срикошетила об умывальник, потом о надгробие и попала ей в висок.

– Чертовщина… – оглядывается с опаской Филин. – Сюда две роты спецназа нужны.

– Это, Филин, ничего не поменяет. Просто трупов станет больше. Надо выбираться.

Я опускаю ствол. Потому что вижу в глазах Филина согласие с моей мыслью. А Артур привязан к Филину, и шансов на внезапные инициативы у него нет.

– Выстрели в эту тварь! – указывает он вслед ушедшей Маре.

– Неа…

– Я тебе приказываю!

– Я тебе не подчиняюсь. В состав твоей бригады я не вхожу. Игоря Васильевича я предупредил, что еду сам по себе. Он приказал мне привезти Мару живой. Стрелять я не буду.

– Она угрожает мне!! Его сыну!

– Да мне по*уй, Артур.

– Его сыну! Ты что, не отдупляешь?

– Если бы Мара тебя не стреножила, кстати, ты был бы уже мёртв. Так что я её действия расцениваю, как спасение твоей никчемной жизни. Это и тебя, Филин, касается. Не вздумай дёргаться. Несчастные случаи на этой поляне – закономерность.

– Я тебя понял, – кивает без всякой улыбки Филин. – Артур, не пыли.

– Да ты что, серьёзно?!

– Я просто смотрю на факты, Артур. Лысый. Раф. Дага. Регина. Кто из нас троих следующий? Мне так кажется, что не Иван. Да и я не спешу. Когда остаёшься жив, знаешь ли, решение любых вопросов можно переиграть.

Присев, Артур пытается раскрутить фиксатор. Мара спрыгивает на землю и подходит к нам. На одном плече сумка с ноутбуком. На втором – рюкзак в виде военного мешка. Отдаёт мне сумки. Достаёт волчонка. Он в отключке. Светает…

– Уходим. Быстро.

Парочка ковыляет впереди, пытаясь настроить шаг и тихо матерясь.

– Что случилось? – тихо спрашиваю я.

– Мой бегдор мониторят. Всё…

– Тебя засекли те самые «модераторы»?

– Не меня. Гаал. Переборщила я с сидхами. Гаала у меня больше, считай, нет. Сейчас здесь всё зачистят.

– В смысле?

Артур вдруг неожиданно запинается и с криком падает в темноте, увлекая за собой Филина. Я слышу специфический смачный звук и хруст. Тишина.

– Как так?! – распахивает глаза Мара, рассматривая произошедшее. – Рано!!

Толстый сколотый сук, пройдя насквозь, разорвал ему грудную клетку. И она ещё пульсирует… Фонтан крови… Глаза закатываются, становясь теперь реально белыми. Мара рывком опускается на корточки, кладя рядом волчонка, и с рычанием сворачивает пальцами гайку фиксатора, освобождая ногу ошарашенного Филина, который с открытым ртом взирает на мёртвого наследника. Поднимает за шкирку его на ноги, подхватывает волчонка…

– Бегом!

* * *

У меня домашний арест. И у Филина – тоже. На моём запястье браслет. Игорю зашёл этот девайс, и он заказал несколько комплектов. Спасибо кое-кому за идею! Я помню, как браслет обошла Мара. Я тоже могу попытаться. Но зачем? Куда я побегу? К Маре? Её ищут… Найти не могут. Да и она сказала, что найдёт сама. Я очень скучаю, но появляться здесь ей нельзя. И я целыми днями зависаю в компьютере, разглядывая карты. Не пытаюсь искать информацию о ней, боюсь найти. Мой компьютер наверняка мониторят. Сегодня опять допрос. Шестой за последние три месяца. Игорь Васильевич второй раз будет присутствовать на нём лично. Он был на первом. Но тогда он был не в себе и чуть не положил всех вокруг. Потом работали только спецы, и я учился не врать, обходя острые углы вопросов.

Сжимаю в руке монетку Мары. Мне кажется, она как-то помогает мне обходить детектор. Не абсолютно. В тонких мелочах. Спецы подключают меня к проводам. Напротив – военный психиатр.

В последний месяц всё изменилось. Игорь Васильевич наконец-то переключился с потери сына на беременность Галы. Совершенно неожиданную для меня. И мне кажется, этот допрос будет последним. Потому что Гала очень попросила его остановиться. Смысл прессовать своих? Но Игорь хочет убедиться, что смерть Артура – несчастный случай. Ему хочется отомстить кому-нибудь. А некому. И нас пытают, пытают… Благо, не раскалённым железом. Игорь Васильевич отказывается верить в ту версию, что мы с Филином ему скармливаем.