С любовью, Босс - Елена Сокол

Я снова вспоминаю сцену в лифте, и мое сердце бьется сильнее. Как небрежно, медленно и порочно она проводит алой помадой по этим губам – ничего более сексуального в своей жизни не видел.

– Вызовите мне такси. – Прошу я.

Ее глаза взволнованно распахиваются.

– Ресторан в соседнем здании. – Тихо произносит она. – Я подумала, так вы сэкономите время…

Боится, что стану отчитывать ее за ошибку. Мне же хочется отчитать ее за длину этого сарафана: он заставляет мой мозг работать в усиленном режиме, представляя, что там, под ним.

«Ну, же, Карл, ты ведь все для себя решил – больше никаких отношений!» – напоминает разум.

– Хорошо. – Отрывисто произношу я.

И в глазах помощницы зажигаются радостные огоньки.

– После обеда организуйте мне встречу с ответственными за сайт. – Решаю напомнить я, добавив голосу строгости. Следует выстраивать границы в общении с персоналом, чтобы не забываться. – И запроси в финотделе данные по текущим активам, нужно оценить краткосрочную динамику развития. Те бумаги, которые они предоставили, по этой статье совершенно не информативны.

– Текущие активы, – повторяет она за мной, делая пометку в блокноте. – Сделаю.

Хотя бы, начала записывать. Значит, не безнадежна.

– Так где этот ресторан? – Взглянув на часы, интересуюсь я.

– Я провожу. – С вежливой улыбкой говорит девушка. Оставляет блокнот на своем столе, отправляется в мой кабинет и возвращается с моими вещами. – Ваше пальто.

– Благодарю. – Выдавливаю я растерянно.

И снова вижу эти огоньки в ее глазах.

Следует держаться строже. Еще строже.

После обеда мы плотно общаемся с командой IT, разработчиками сайта и ответственными за продвижение журнала сотрудниками. Один из менеджеров, Михаил Усов, обращает мое внимание на то, что давно выдвигал свои предложения по способам увеличения продаж в сети и развитию цифровой версии журнала.

Совещание затягивается на долгие часы, и за окном уже начинает смеркаться.

Подводя итоги, мы решаем выбрать нового продюсера и нанять технического редактора для проекта, а также создать команду для разработки идей контента нового сайта. Обсуждаем возможные промо-кампании, продвижение и таргетинг, а Хмельницкая подробно конспектирует беседу и предложения всех участников дискуссии.

– Блогерский посев. – Предлагает один. – Ссылки, анонсы в stories, подписки.

– Коллаборации, эфиры на ТВ. – Осеняет другого сотрудника. – Еще можно разместить ролики на видеоэкранах.

– Можно по бартеру, чтобы сэкономить. – На ломаном английском добавляет Усов.

– Отличная идея. – Хвалю их я, радуясь тому, как идет наш мозговой штурм.

– А как насчет работы с физлицами? – Предлагает представитель рекламного отдела Лана. – Мы можем размещать рекламу личных брендов. Просто талантливых людей, бизнесменов, звезд. Делать для этого небольшие фотосессии.

– Пиарить на новом сайте Маньку-маникюрщицу? – Брезгливо морщится одна из сотрудниц.

Она говорит это по-русски, но смысл мне понятен.

– Нет, мы продолжим держать репутационный уровень. – По-русски же отвечает ей рекламщица. – Я о другом.

– Простите? – Спрашиваю я, делая вид, что не понял.

Решение не афишировать свои познания в языках было верным: многое узнаешь о себе и других. Сотрудники переглядываются, но никто не решается первым перевести мне речь о Маньке.

– Мы могли бы размещать на сайте аудио-книги. – Прерывая неловкую паузу, звенит голосок моей помощницы.

И все взгляды устремляются на нее.

– Я имею в виду… – Она неумолимо краснеет, выглядывая из-за блокнота. – Было бы разумно сделать из сайта что-то вроде соцсети, куда захочется возвращаться каждый день. А, значит, нам нужны крючки, которые держат пользователей: музыка, книги, общение…

Сначала я ощущаю возмущение: секретарю не следовало влезать в разговор. Но тут же вспоминаю, что до моего прихода Хмельницкая трудилась обозревателем, и решаю усмирить свой гнев.

– Это интересно. – Замечаю сдержанно.

– Да, это круто. – Спешит поддержать ее Усов. – Журнал должен стать лучшей подружкой пользователю сайта! Той, к кому идешь за порцией общения и за советом.

И все дружно бросаются развивать эту идею, а я еще несколько секунд продолжаю смотреть на Хмельницкую, которая, опустив взгляд, чиркает в блокноте. На ее губах играет довольная полуулыбка. Как бы мне ни хотелось замечать, что она – живой, привлекательный и приятный человек, я невольно это делаю.

Немного спокойнее становится к девяти вечера. Я разгребаю кучу бумаг, консультирую коллег по телефону, составляю план работы над будущим проектом и задумываюсь над тем, какой ответ по поводу своих успехов отправить в Милан. Отодвинув лэптоп в сторону, ставлю локти на стол и устало опускаю лицо в ладони.

– Господин Линдер. – Хмельницкая возникает на пороге неожиданно.

Вместе с ней в кабинет врывается тонкий запах парфюма: пудра, ириски, еще что-то нежное и сладковатое.

– Да? – Я поднимаю взгляд.

На девушке тренч, в руке сумочка. Макияж подправлен, губы снова накрашены ярким красным. Она слишком хороша, чтобы прислуживать мне, и терпеть мои грубости.

– Ваше расписание на завтра. – Диана подходит и кладет листок на мой стол. – Всего хорошего…

И награждает меня почти искренней улыбкой.

– Куда это вы собрались? – Останавливаю ее я.

Мой голос звучит недовольно и резко. Я, и правда, рассержен.

– Я… – Хмельницкая растерянно поднимает плечи.

«Собралась на свидание», – предполагаю я, припоминая наш разговор в лифте. Мне стыдно, но желание воспрепятствовать этому сильнее голоса разума.

– Вы здесь, пока я здесь. Ясно? – Сухо говорю ей. Окидываю глазами свой стол и с облегчением указываю на папку бумаг. – Вот. Разберите это.

– Х-хорошо. – Кивает она.

Подходит, берет со стола бумаги.

В кабинете воцаряется такая тишина, что мне становится страшно: вдруг она услышит, как колотится мое сердце?

– И закажите что-нибудь нежирное на ужин. – Добавляю я. – Пусть доставят прямо в офис.

– Что именно? – Судя по ее взгляду, Хмельницкая мысленно режет меня на кусочки и поджигает.

– На ваш вкус. – Бросаю я отрешенно, показывая, что разговор окончен.

Мне нужно, чтобы она вышла, и тогда я смог бы продышаться. В ее присутствии мне не по себе.

– Хорошо. – Негромко отвечает девушка.

Я слышу, как ее шаги удаляются. Украдкой бросаю взгляд и вижу, как Хмельницкая снимает тренч в приемной. Она явно выглядит расстроенной.