Тяжесть венца - Симона Вилар

– Возьми, Деб. Отнеси это от меня в подарок принцессе Бетси. Она слишком глупа и не откажется его принять. Посмотрим, не будет ли достаточным подтверждением слухов появление принцессы Йоркской при дворе в знаменитом ожерелье королевы.

После этого она спала – долго и спокойно, едва ли не впервые за многие дни. Анна слишком устала бороться за свою жизнь и была вполне уверена, что ее план сработает. Сквозь сон она ощутила прикосновение – ласковое, почти невесомое. Она словно вновь оказалась в покоях своего дяди-епископа, и незнакомый рыцарь с синими глазами погладил ее по щеке. Жизнь тогда только открывалась для нее…

– Филип!..

Она открыла глаза. Синие глаза растворились, и в молочном свете проникающего в окно зимнего дня она увидела совсем другое лицо, другие глаза – янтарно-золотистого оттенка.

– Джеймс! – Она улыбнулась ему с откровенной радостью. – Где ты пропадал так долго?

Он крепко обнял ее, прижал к себе.

– Я пришел за тобой. Здесь тебе опасно оставаться. Я увезу тебя.

– Куда? – бездумно спросила она.

– Далеко. За море.

Жизнь вновь открывалась для нее… Почему тогда эта тяжесть на сердце? Прошлого уже не вернуть. А этот – не тот, другой…

Она внимательно посмотрела на Тирелла.

– Что случилось?

– Я боюсь за тебя. Все вокруг только о том и говорят, что Ричард хочет тебя убить, чтобы жениться на принцессе Бетси.

– Что? Уже? Значит, я почти в безопасности.

Она рассмеялась и рассказала ему об их противоборстве с Ричардом. Тирелл по-прежнему оставался серьезен.

– Возможно, ты и поступила правильно, но все равно ты в одной клетке с чудовищем. Еще неизвестно, чем это может закончиться. Но то, что Ричард сейчас не находит себе места, – в этом я убедился сам.

– А где ты был все это время? – спросила Анна. – И разве ты уже не мой страж?

– Нет. Поэтому и предлагаю тебе бежать.

– Бежать? Джеймс, что все это означает?

И тогда он объяснил ей причину своего столь длительного отсутствия. Он получил от короля новое назначение. Король отправляет его за море, чтобы он вступил в должность коменданта крепостей Гин и Хемс близ Кале, вместо некоего лорда Монтжоя, родного брата прежнего коменданта, который переметнулся вместе с графом Оксфордом к Генриху Тюдору. Тиреллу же предписывалось навести порядок в этих крепостях, ибо они – оплот безопасности торговли Англии с континентом, а также наладить шпионскую сеть, чтобы вызнать, когда и где намеревается высадиться в Англии граф Ричмонд.

– Я должен отплыть не сегодня-завтра, но мой корабль уже готов. Думаю, меня никто не заподозрит, если я выкраду тебя и увезу в Кале. А там, если угодно, мы примкнем к этому «джентльмену Тюдору».

Она долго смотрела на него в раздумье, но наконец отрицательно покачала головой.

– Увы, нет.

И, увидев его отчаяние, добавила:

– Пока еще нет.

Причиной опять-таки была ее дочь. Ричард не тронет Кэтрин, пока Анна хоть и строптивая, но пленница в его руках. Если же она сбежит… Когда-то, торгуя ее жизнью, он едва не принудил вернуться в Англию графа Уорвика. Он не побоится поступить так же и во второй раз. Надо выждать время, пока Кэтрин с Уильямом не прибудут в Уэльс, пока Уильям не освоится там, пока не приобретет там сторонников, чтобы постоять за свою невесту, если король по какой-то причине пожелает истребовать у него свою «дочь». Потом… Пусть через месяц-полтора… Надо лишь выиграть немного времени. «И один Бог, видящий мою душу, может судить меня, когда я поступаю так, а не иначе».

Глаза Тирелла печально блестели. Анна ласково погладила его руку.

– Тебе трудно понять меня, Джеймс, так как у тебя нет своих детей.

Она вдруг осеклась, вспомнив, что женила его на Джудит Селден. Он тоже думал об этом.

– Отчего же. У меня еще в мае родился сын. Не знаю, на кого он похож, поскольку не видел его.

Анна вновь виновато взглянула на него, но Тирелла мало занимали его семейные дела.

– Я боюсь за тебя. Король сейчас в ярости и может окончательно погубить тебя, моя Анна.

– Нет, если ты мне поможешь.

Ей удалось распространить слух о планах Ричарда среди его врагов. Теперь пусть Тирелл поможет ей убедить в этом и его сторонников. Фрэнсис Ловелл и без того подозревает нечто подобное и негодует. Пусть Джеймс поговорит с ним, убедит его, что сам слышал об этом от короля. Пусть он уверит и Роберта Рэтклифа, что альянс короля с собственной племянницей окончательно уронит Ричарда в глазах подданных. И пусть намекнет об этом и Кэтсби, канцлеру Ричарда. Он умный человек и блестящий законовед, он, как никто, сумеет объяснить Ричарду, что может произойти, если после всех этих слухов королева умрет. Кот, Крыса и Пес – пусть эти верные прислужники Вепря подскажут ему, какая бездна может разверзнуться перед ним, если тот окончательно решится пренебречь божескими и людскими законами своего королевства.

Глаза Тирелла остались печальными.

– Я сделаю, как ты хочешь. Но все равно буду молиться за тебя. Я не найду себе места за морем до тех пор, пока не вернусь и не увезу тебя хоть от короля, хоть от самого дьявола.

Анна еще не знала, хочет она этого или нет. Совместный побег связал бы их с Джеймсом навсегда. Ей хорошо и спокойно с ним, их ночи всегда так упоительны… Но Джеймс слишком любит ее, а она порой нуждается в одиночестве. Чтобы уйти в прошлое, чтобы остаться с тем, другим, о ком до сих пор томится ее сердце.

Однако когда Дебора тайно вывела Джеймса, Анна вдруг ощутила себя бесконечно беспомощной и испуганной. Теперь она осталась один на один со своим врагом, и не было рядом человека, который мог увести ее от этого чудовища через тайные ходы – в ночь и любовь.

И целый месяц, до самого начала Великого Поста, она прожила в невыносимом страхе и напряжении. Ее никуда не выпускали, содержа буквально под арестом, за ее дверью днем и ночью стояла, скрестив копья, стража. По ночам Анна боялась оставаться одна и просила поярче разводить огонь в камине, чтобы не так опасаться темных углов. Кросби-Холл был домом Ричарда, и она догадывалась, что здесь есть ходы, по которым может проникнуть к ней тайный убийца. Она ела крайне мало, опасаясь яда, и заставляла поваров и лакеев отведывать каждое кушанье, а затем в течение часа ожидала результата. Она многому научилась у Тирелла. Теперь она следила за запахом масла в светильниках, за дымком от свечей, опасаясь ядовитых паров. Король Ричард так ни разу и не явился к ней за это время, зато однажды пришел Джон Несфильд и заявил, что подобными подозрениями она денно и нощно оскорбляет его.

– Я был охранником при королеве Элизабет, и, когда мне делались подобные намеки, я тотчас отвергал их. Я не палач, а рыцарь.

Анна не знала, верить ему или нет. Но когда однажды утром ей стало дурно после завтрака, Джон Несфильд был напуган больше других и, даже не испросив дозволения у короля, послал за лекарем.