Дворец для сероглазого принца - Татьяна Тронина

Они дошли до мебельной фабрики, обнесенной каменным забором. Дядя Митя работал здесь. В данный момент он сидел за стеклянной перегородкой в своей проходной перед вертушкой и пил чай.

– Миша! Катя! – загудел он, ничуть не удивляясь. – Вот так гости...

Дмитрия Родионовича Быкова всегда отличало олимпийское спокойствие и жизнерадостность.

– Тебе гостинец от бабы Лизы... – Катя передала ему узелок. Дядя Митя, не разворачивая, положил его на подоконник.

Старенький переносной телевизор показывал юмористическую передачу – из разряда тех, которые Катя не стала бы смотреть даже под угрозой расстрела.

– Вот что... – Она решительно сделала звук потише. – Баба Лиза по тебе скучает.

– Так и я мамашу вспоминаю частенько! – Дядя Митя заморгал невинно.

– Ты у них раз в сто лет бываешь, – сурово произнесла Катя. – Это не дело.

– Так я видел ее на днях! – жалобно произнес тот.

– А теперь опять до следующего Нового года пропадешь...

Мика тем временем, сидя за поцарапанным столом, вертел в руках старый будильник.

– Ну, не могу я мамашу к себе взять! – задушенным голосом прошептал дядя Митя. – У меня площадь не позволяет! И Леонидочке обуза...

– Ты должен сам сказать об этом бабе Лизе, – пыталась растолковать Катя. – Понимаешь, она думает, что тетки ее не пускают.

Дядя Митя по каким-то причинам не хотел этого делать. Вероятно, не хотел разрушать свой имидж любящего и преданного сына.

– Она сбежать собирается, – неожиданно заявил Мика, который до этого, казалось, был увлечен только будильником. – Я слышал, что она себе под нос шепчет... У бабушки Лизы есть план.

– Чего? – ошеломленно спросил дядя Митя.

– План. У нее есть план.

– Какой еще план? – в свою очередь, растерялась и Катя.

– Довольно-таки сложный... – Мика покачал головой. Из-под вязаной шапки у него выбивались светлые вихры. «В парикмахерскую пора», – машинально подумала Катя, глядя на сына. У Григория Ганина были довольно длинные волосы. Мика ни в коем случае не должен быть похож на Григория Ганина... Катя увлеклась своими мыслями, а сын ее между тем продолжал: – Во-первых, баба Лиза ждет весны. Во-вторых, ее старое пальто съела моль, и она хочет купить себе новое. Появиться у тебя, дядь Мить, в старом она почему-то не хочет... В-третьих, она никак не может придумать повод, чтобы бабушка Аля отпустила ее из дома...

– Ничего себе! – крякнул дядя Митя. – Мамаша в бега собралась удариться! Катька, ты должна там предупредить всех...

– Хорошо, – озадаченно произнесла Катя. – Но до весны у нас по крайней мере есть еще время.

В этот момент в каморку вахтера заглянул какой-то работяга в ватнике.

– Родионыч, я тут достал кой-чего... – Он указал на бутылочное горлышко, торчавшее из кармана.

У дяди Мити заблестели глаза.

– Отлично! – бравым военным голосом произнес он. – Сейчас Муркин придет, он меня сменит. Через пять минут буду, Колян!..

«И это мои родственники! – с бессильной досадой думала Катя по дороге домой. – Дядя Митя за бутылку водки душу продаст!»

Дома она принялась за свое любимое дело – взяла деревянную заготовку и стала вырезать коня.

Резьбе по дереву Катя специально не училась – давным-давно, лет десять назад, взяла в руки инструменты и принялась за дело, словно заколдовал ее кто.

– Напоминает богородскую или кудринскую резьбу... – заметил однажды Алексей, разглядывая ее уже довольно внушительную коллекцию лошадей. – Послушай, у тебя здорово получается... Хоть выставку устраивай!

– Ах, перестань! – отмахнулась тогда Катя. – При чем тут богородская резьба? Это все сублимация. Попытка занять себя чем-то в свободное время. Когда мы будем вместе, я брошу это дело.

На полках ее стояли и арабские скакуны, и орловские рысаки, и тяжелые битюги, и нежные тонконогие жеребята... Но на сей раз из-под летящей стружки вырисовывалось нечто особенное.

Мика подошел, заглянул из-за плеча.

– Здорово, ма! – одобрительно произнес он.

Светлая липовая стружка вилась вокруг Катиных пальцев. И неожиданно для себя она вдруг увидела зверя, который рождался из ее рук, – тонконогое изящное создание с вьющейся гривой и выразительной длинной мордой.

– Это будет сказочная лошадь, – пробормотала Катя, – на которой можно ускакать от любого недруга.

– А они у тебя есть? – с любопытством спросил сын.

– У любого человека есть недоброжелатели... – пожала Катя плечами.

Развивать тему она не стала, потому что на самом деле под «недругами» Катя подразумевала лишь одного человека – Григория Ганина. Он раздражал ее уже одним тем, что мог в данный момент находиться в Москве.

«А что, если Ганин решит встретиться со мной? – вдруг испугалась она. – Захочет вспомнить старых знакомых... Или просто наберет мой номер, который, кстати сказать, не так уж и сложно узнать...»

Она тут же решила, что ничего не скажет ему о Мике. Да, она ничего ему не скажет. Строгим голосом попросит его больше не беспокоить ее и положит трубку...

И в этот момент зазвонил телефон.

Катя от неожиданности выронила нож, которым резала дерево, и поспешно крикнула:

– Мика, я сама возьму трубку!

Мика пожал плечами и, засунув руки в карманы широких домашних штанов, с независимым видом ушел в другую комнату. На миг у Кати мелькнула мысль, что сын уже с трудом терпит ее – ее раздражение, ее приказы, ее самоуверенный тон...

Но в следующее мгновение она уже говорила в трубку незнакомым, напряженным голосом:

– Алло! Вас слушают...

– Катя, это ты? – удивленно произнесла Зоя, а звонила именно она. – Ты простудилась, что ли? Еле узнала тебя...

– Со мной все в порядке! – с облегчением вздохнула Катя. – Что-то со связью...

– Катя, это он! – крикнула Зоя возбужденно. – Это именно он, оказывается, названивает мне!

– Кто?

– Личутин! Понимаешь, я купила телефон с определителем номера...

– А-а... Да, я помню, ты жаловалась нам с Фаиной, что кто-то в последнее время беспокоит тебя. Значит, оказывается, это твой бывший муженек...

– Нет, Катя, ты не представляешь... – Зоя была очень возбуждена. – Личутин совсем спятил!

– Что ему надо? – с любопытством спросила Катя.

– Не знаю! Я пыталась у него спросить, но он бросает трубку, стоит ему только услышать мой голос.

– Значит, проверяет, дома ли ты...

– Катька, господи, да я и так целыми днями дома!

– Тогда его беспокоит, не завела ли ты новый роман, – заключила Катя. – Ты знаешь что... ты занеси его номер в «черный список» на своем АОНе, и он не сможет тебе больше дозвониться. Все очень просто.