Моя вторая четвертинка - Маргарита Южина

– В конце концов, надо когда-то начинать… – грустно вздохнул он и побрел переодеваться.

Он искренне старался побелить потолок аккуратно, как настоящий маляр. Даже шапочку себе из газеты такую соорудил, чтобы солнышко глаза не мозолило, – на картинках видел, влез на табурет и принялся обновлять потолок. Но после первых же мазков известкой немедленно окрасились и стены, и пол, и сам Серафим с головы до ног. После следующих художественных попыток с потолка рухнул солидный пласт штукатурки. Серафим лихо отпрыгнул, начисто забыв, что стоит на табурете, кулем свалился на грязный, заляпанный пол и со злостью швырнул кисть в стену:

– Да пропади ты пропадом, такая красота!

В двери опять позвонили – наверняка сосед одумался и пришел предложить свою помощь. В конце концов, если он даже и не хочет помогать, Серафим его заставит! И пусть он здоровый, как бык! И пусть он свистит свою «Таганку»! Он полезет на потолок!

Серафим решительно распахнул дверь и захныкал от невезухи: на пороге стоял братец его новой знакомой Милочки – Леха, при галстуке, с горшочком герани в руках и с торчащей из кармана бутылкой.

– Здрассть… – робко переломился он в поясе и нервно облизнул губы. – Я к тебе…

Серафим молча отошел, пропуская нового гостя.

– А чего ты не радостный? – заботливо спросил Леха. – Какой-то потрепанный весь… Ты приведи себя в порядок, нам же идти свататься, как договаривались… Ну чего ты вытаращился-то?! Сам же вчера уговаривал:– «Приходи, жениться пойдем к твоей сотруднице!»

– Я-то на фига попрусь?! – вызверился Серафим. – Главное – ему жениться, а я собирайся! Ты же уже собрался, вот и топай! Герань-то в газету заверни, она ж скрючилась вся! Ну ни черта не смыслит…

Пока Серафим бегал за газетой, чтобы завернуть цветочный горшок, Леха по-свойски прошел в кухню и увидел всю катастрофу с потолком.

– Не, а чего ты ремонт-то развел, если мы жениться собрались? – упрямо долдонил жених. – Главное – все заляпал! Кто тебя учил так белить? Откуда руки-то у тебя произрастают?

Леха деловито огляделся, скинул куртку, парадный костюм в мелкую клеточку и зычно потребовал:

– Дай какую-нибудь рубашку старую!

– Откуда у меня старая? Я ж в отпуск отдыхать поехал, все самое новое взял… – растерянно сообщил Серафим, с уважением поглядывая на гостя.

– В о-о-отпуск… а я тут ему потолки крась… – ворчал Леха, скидывая с себя буквально все и оставаясь в одних трусах. – Чего стоишь-то? Тащи тряпку! Сейчас я тут быстренько замажу…

Он замазал и в самом деле быстренько. Серафим просто залюбовался, глядя, как ловко тот орудует кистью.

– А теперь надо ждать, пока подсохнет, – объяснил Леха, спрыгивая на пол, – потом еще раз пройдусь. Ты хоть кофейку налей.

– А быстро это она будет подсыхать?

– Ну… часа два, не меньше…

Серафим дико загрустил. У него были на сегодня другие планы, а тут…

Только к вечеру Леха бросил кисть, степенно отправился в ванную, смывать последствия ремонта, на ходу крикнув:

– Ты тоже давай того – собирайся. Не могу я жениться один… будешь, так сказать, группой поддержки – вдруг меня куда-нибудь в другую сторону занесет!

После всего, что Леха сделал, не пойти с ним было черной неблагодарностью.

К старому серому дому они подошли уже тогда, когда в окнах зажигались огни.

– Вот тут она живет… – сбившись с ровного дыхания, сообщил Леха. – Ее Людмила зовут, работает у нас бригадиром ОТК. Я из-за нее каждый месяц половину зарплаты теряю – ищет и ищет у меня брак! И ведь как спаниель – обязательно найдет, змеюка! Вот бы ее того… обженить на мне… У меня б сразу зарплата подскочила…

– Ладно, давай топай, – подтолкнул Серафим к дверям размечтавшегося товарища.

Людмила оказалась очень приятной особой, в кокетливом розовом передничке с медведем во весь живот, с мелкими кудряшками и ярко-алыми напомаженными губами.

– Ой! Алексей Никитич! – всплеснула она руками. – Вот уж не ждала! А вы чего – мимо проходили?

– Чего это мы мимо? Мы специально к вам… проходили… Это вот вам… от меня… – стеснительно забормотал Леха, густо покраснел и сунул хозяйке в руки огромный газетный куль с завернутой геранью. Потом кивнул на Серафима и пояснил: – А это друг со мной увязался… прям проходу не дает – познакомь да познакомь… Вот, притащил его… знакомить…

Людмила покраснела, стыдливо опустила глазки, густо обведенные карандашом, а Серафим готов был провалиться сквозь линолеум – так его еще никто не подставлял.

– Вообще-то это Леха… Алексей… как вы его там по отчеству называли? Так вот это он вознамерился к вам с серьезными чувствами, – мило улыбнулся Серафим. – Говорит – пойдем, мол, Серафим, посватаемся, а то прямо никакой жизни мне нет…

– Так я не поняла… – растерялась хозяйка. – Вы оба, что ли, свататься?

– Нет-нет, – торопливо предупредил Серафим. – Я только в отпуске, а так-то практически женат! Да!

– Да, практически на моей Милке, это уже практически мой зять, – пояснил Леха и похлопал Серафима по плечу пудовой ладошкой.

Серафим присел от такой ненавязчивой ласки, однако про свое назначение не забывал:

– Это Алексей пришел вам сказать… Леха, ну чего молчишь-то?

– Да! – забасил Леха. – Пришел сказать… Какого хрена ты мне, Людмила, жить мешаешь?! Ведь лезешь в каждую дыру, когда тебя не просят!! Ну гоню я партию профилей, какого черта ты туда суешься и обязательно брак находишь?!! И все повышвыривает, слышь, оставит одну железяку, а мне потом зарплата с гулькин нос!!

Людмила оторопела, прижала к себе пакет с геранью и приготовилась к нападению.

– Людмилочка! – тут же встрял Серафим, предвидя, что сейчас их начнут лупить прямо подарочным цветочным горшком. – Леша ведь на что намекает? На то, что вам непременно нужно жить одной семьей! Это же он вам почему про брак говорить начал? Он же семейный брак имеет в виду! Про семейный же брак, правда, Леша?

И Леша дернулся от мощного дружеского пинка. Пока жених соображал, чего от него добиваются, хозяйка уже сообразила. Она засуетилась, раскраснелась и затараторила:

– Ой, батюшки!! А чего ж я вас в прихожей-то держу?!! Ко мне такие дорогие гости, а я, дурында, их даже в комнату не приглашу! Хи-хи-хи!! Это я замоталась тут по хозяйству. Вы проходите… да нет, разденьтесь сначала, чего ж вы, как нелюди какие… садитесь вот сюда, посмотрите пока фотографии – я там везде передовик производства, а я быстренько на стол… Садитесь, садитесь…

Леха с Серафимом уселись на диван, в руки им тут же брякнулся пудовый альбом с фотографиями, и хозяйка унеслась на кухню.

– Ты чего мелешь? – накинулся на друга Серафим. – На какие профили тебя потянуло?! Ты жениться пришел!