Сделка - Эль Кеннеди

– Тогда не понимаю, почему Гаррет не поступил в колледж в Нью-Йорке, – продолжаю я.

– Грэхем-старший закончил свою карьеру в Бостоне, – разъясняет Джимми. – Наверное, после того как он перестал играть, семейство решило остаться в Массачусетсе.

Слава богу, песня заканчивается, я поспешно извиняюсь и делаю вид, будто мне надо в туалет. Джимми берет с меня слово, что я еще раз с ним потанцую, подмигивает мне и идет к столу с пиво-понгом.

Я не хочу, чтобы парень узнал, что я соврала, спешу прочь из комнаты, заглядываю в туалет возле главного входа, возвращаюсь в коридор, и именно там и находит меня Элли несколько минут спустя.

– Эй! Ну как, веселишься? – Ее глаза горят, на щеках играет румянец, хотя я точно знаю, что она не пила. Элли обещала оставаться трезвой, а она никогда не нарушает своих обещаний.

– Ага. Я, наверное, скоро пойду.

– Ой, не уходи! Я видела, как ты танцевала с Джимом Полсоном – тебе, судя по виду, очень нравилось.

Вот как? Вероятно, актриса из меня гораздо лучше, чем я думала.

– Он симпатичный, – добавляет Элли, многозначительно глядя на меня.

– Нет, он не в моем вкусе. Слишком прилизанный.

– Ну, я знаю одного, кто в твоем вкусе. – Затем она озорным шепотом добавляет: – Только не оборачивайся, он только что вошел в дверь.

Мое сердце трепещет, как воздушный змей на ураганном ветру. Не оборачиваться? Неужели люди не понимают, что такая просьба заставляет человека поступать наоборот?

Я резко поворачиваю голову к входной дверь, потом так же резко отворачиваюсь. О боже. Она права. Джастин наконец-то пришел.

Так как я видела его мельком, то рассчитываю получить недостающую информацию от Элли.

– Он один? – бормочу я.

– Он с ребятами из команды, – тихо отвечает она. – И все без девчонок.

Я делаю вид, будто просто болтаю с подругой и даже не замечаю парня, стоящего в паре метров от нас. И ведь срабатывает: Джастин с приятелями проходит мимо, и их громкий хохот тонет в оглушительной музыке.

– Ты покраснела, – поддразнивает меня Элли.

– Знаю, – с тихим стоном говорю я. – Черт. Моя одержимость – это такая глупость. Ну, почему ты позволяешь мне ставить себя в такое дурацкое положение?

– Потому что не считаю это глупостью. И не вижу ничего дурацкого – все это нормально. – Подруга берет меня за руку и тащит назад в комнату. Сейчас громкость музыки убавили, и ее заглушает гул голосов.

– Честное слово, Хан, ты молода и красива, и я хочу, чтобы ты влюбилась. Мне плевать в кого, только бы… кстати, а почему Гаррет Грэхем так пялится на тебя?

Я смотрю в ту сторону и издаю еще один приглушенный стон, когда наталкиваюсь на взгляд серых глаз Гаррета.

– Потому что он преследует меня, – бурчу я.

У Элли от изумления глаза чуть не лезут на лоб.

– Правда что ли?

– Абсолютно. Он завалил этику и знает, что я сдала на «отлично», и теперь требует, чтобы я подтянула его. А ответ «нет» этот тип не принимает.

Элли хмыкает.

– Думаю, ты единственная, кто отшил его.

– Жаль, что женская часть нашего народонаселения не так умна, как я.

Я смотрю мимо Элли и оглядываю зал в поисках Джастина. Мой пульс учащается, когда я вижу парня у бильярдного стола. На нем черные брюки и серый свитер ручной вязки, его спутанные волосы падают на высокий лоб. Господи, как же мне нравится этот стиль, как будто только что встал с кровати. Джастин не пользуется гелем в таком чрезмерном количестве, как его приятели и, в отличие от них, одет он не в футбольную куртку.

– Элли, тащи сюда свою аппетитную попку! – кричит Шон от стола для пинг-понга. – Мне срочно нужен партнер!

На щеках Элли появляется очаровательный румянец.

– Хочешь посмотреть, как мы надерем задницы в пиво-понг? Только пиво пить не будем, – поспешно добавляет она. – Шон знает, что сегодня я не пью.

Меня снова охватывают угрызения совести.

– Так неинтересно, – весело говорю я. – Ты должна будешь выпить пиво – ведь это же твой выигрыш.

Элли качает головой.

– Я обещала тебе не пить.

– А я не собираюсь здесь надолго задерживаться, – заявляю я. – Так что у тебя нет повода отказываться от выпивки.

– Но я хочу, чтобы ты осталась, – возражает Элли.

– А давай вот так: я остаюсь еще на полчаса, но при условии, что ты позволишь себе расслабиться. Я помню о той сделке, что мы заключили на первом курсе, но я не требую, чтобы ты, Эл, придерживалась ее.

Я говорю абсолютно искренне. Мне ужасно неловко, что ей приходится нянчиться со мной каждый раз, когда мы куда-нибудь отправляемся. Я отучилась в Брайаре два полных года и понимаю, что пора бы мне ослабить бдительность, хотя бы чуть-чуть.

– Пошли, я хочу посмотреть, как ты будешь блистать мастерством. – Я беру ее под руку, она смеется и идет за мной к Шону и его друзьям.

– Ханна! – радостно приветствует меня Шон. – Ты тоже играешь?

– Нет, – отвечаю я. – Пришла поболеть за лучшую подругу.

Элли присоединяется к Шону на одном конце стола, и следующие десять минут я наблюдаю за азартнейшим на свете сражением по пиво-понгу. И все это время я кожей ощущаю присутствие Джастина, который болтает с приятелями на другом конце комнаты.

Тут выясняется, что мне действительно надо в туалет. Около кухни никого нет, а вот к заветной двери стоит длиннющая очередь. Но когда я выхожу из туалета, буквально впечатываюсь в мужскую грудь.

– Смотри, куда идешь, – слышу я хриплый голос.

И мое сердце замирает.

Джастин придерживает меня, чтобы я не упала. Его глаза искрятся весельем. В тот момент, когда он прикасается ко мне, моя кожа покрывается мурашками.

– Извини, – запинаясь, бормочу я.

– Все нормально. – Улыбаясь, он хлопает себя по груди. – Я цел и невредим.

Неожиданно я замечаю, что очереди в туалет уже нет. Что во всем коридоре только мы с Джастином. При ближайшем рассмотрении он, о боже, оказывается еще красивее. И я только сейчас понимаю, как он высок: мне нужно закидывать голову, чтобы видеть его лицо.

– Ты же вместе со мной ходишь на этику, да? – спрашивает он глубоким, очень эротичным голосом.

Я киваю.

– Меня зовут Джастин.

Он представляется, как будто в Брайаре и в самом деле есть те, кто не знает его имени. Но мне его скромность кажется восхитительной.

– А меня Ханна.

– Как ты сдала экзамен?

– На А, – отвечаю я. – А ты?

– B-минус.