Сердце на кону - Дженни Лукас

— Я не вру.

— Врешь. Ты постоянно врешь. И не можешь остановиться. Это у тебя в крови.

До того как ее мама умерла, родители Бри были законопослушными гражданами. Они были знакомы с детства, поженились в восемнадцать, стали учителями в старшей школе. Они жили просто: ухаживали за лужайкой во время короткого, но теплого лета на Аляске и расчищали снег зимой, которая продолжалась восемь месяцев. Мама преподавала английский язык, отец — естествознание. В тридцать лет Лоис Далтон узнала, что больна раком. Она вынашивала второго ребенка, и ей пришлось отказаться от химиотерапии, чтобы не навредить ему. Через два месяца после рождения Джози Лоис умерла. Джек Далтон потерял и жену, и лучшего друга, и, как считал кое-кто, рассудок.

Он бросил работу. Оставил новорожденного ребенка с няней. И каждый день, забирая Бри из школы, отправлялся с ней на покерные турниры. С каждой успешной игрой его планы становились все грандиознее. И все они срабатывали. Поначалу…

Бри покачала головой, стараясь избавиться от воспоминаний:

— Я не обманываю тебя. Я правда девственница!

— Прекрати. Ты сама согласилась на сделку, — отрезал Владимир. — Теперь ты сдержишь слово.

Бри возмущенно смотрела на него, сжав зубы.

— Я пошла на эту сделку только потому, что была в отчаянии… потому, что мне больше нечего было предложить. Ради Джози…

— Джози уже была спасена. У тебя было достаточно денег.

Внезапно Бри осенило, и у нее перехватило дыхание.

— Ты… дал мне выиграть? — прошептала она. — Поэтому ты продолжал повышать ставки? Чтобы я смогла отыграть долг сестры?

Он стиснул зубы:

— Я не сомневался, что она просто наивная дурочка. Она не такая, как ты. А ты могла уйти, но, когда я предложил тебе сыграть с одной картой, с огласилась. Какое отчаяние? Ты жаждала наживы. И я осознал…

— Что?

— Ты не изменилась. Ты все еще используешь свое тело как наживку.

— Я была абсолютно уверена, что не проиграю. — Внезапно Бри ощутила дикую усталость. К глазам поступили слезы. — И если бы ты был достойным человеком, ты не требовал бы, чтобы я…

— Не требовал чего? Чтобы ты сдержала свое слово? — Владимир громко рассмеялся. — Конечно же я чудовище, если требую такое.

Бри выдохнула:

— О чем я только думала, взывая к твоей совести?

— Я выиграл. Ты проиграла. — Он сложил руки на груди, наблюдая за ней прищуренными глазами. — У тебя масса недостатков, Бри Далтон. Трудно даже сосчитать.

— Хорошо, я все поняла, — пробурчала она. — Я явно тебе не нравлюсь.

— Но я не предполагал, — продолжал Владимир, — что, проиграв, ты будешь такой жалкой.

Бри помолчала. Затем развернулась и быстро направилась к ведру с холодной водой. Схватив губку, она держала ее перед собой, словно меч.

— Отлично, — заявила она. — Что еще я должна отмыть? Салон твоего «ламборджини»? Плитку вокруг бассейна? Грязь в саду? Мне все равно. Но мы оба знаем, что дом и так уже чист!

Уголки его чувственных губ приподнялись. Владимир отобрал у нее губку и бросил в ведро:

— Ты можешь прекратить уборку тогда, когда захочешь.

— Я могу?

Он положил руки на плечи Бри, не отрывая от нее взгляда.

— Просто переспи со мной, — тихо предложил он.

Тепло разошлось по всему ее телу. Его руки казались Бри тяжелыми, их прикосновение было чувственным. Девушка отошла на пару шагов.

— Размечтался, — бросила она, гордо вскинув голову.

Владимир пожал плечами:

— Тогда мне придется найти для тебя другую работу. — Бри потянулась за ведром, но он остановил ее. — Нет, ты права. На сегодня закончим с уборкой. — Он усмехнулся. — Ты будешь для меня готовить.

У Бри отвисла челюсть. Владимир, должно быть, вспомнил, как она пыталась приготовить романтический ужин, прочитав рецепты в журнале. Вечер получился действительно романтичным — Бри чуть не сожгла дотла дом, если бы не подоспевшие пожарные.

— Ты серьезно?

Владимир приподнял темную бровь:

— Ты по-прежнему отвратительно готовишь?

Бри уставилась на него:

— Ты не боишься, что я отравлю тебя?

— Не отравишь, потому что мы будем есть приготовленные блюда вместе. — Он тихо добавил: — Сегодня мне хочется чего-нибудь… аппетитного. — Владимир кончиком языка облизал свои чувственные губы. — Чего-нибудь необычного.

Несмотря на то что речь шла о еде, его низкий голос заставил Бри затрепетать.

— Что ж, надеюсь, ты удовлетворишься консервированным куриным супом, — неуверенно предложила она. — Я смогу его разогреть.

— Заманчиво. Но нет. — Владимир наклонил голову. — Суфле из козьего сыра с прованскими травами.

— Ты шутишь?

— Попробуй. — Кончики его губ приподнялись. — Возможно, тебе понравится.

— Мне наверняка понравится этот шедевр, но я не смогу его приготовить.

— Если у тебя получится, я позволю тебе попробовать немного.

— Какая щедрость.

— Конечно. Ты все еще думаешь, что я бессердечное чудовище?

— Ты хочешь услышать правдивый ответ?

Владимир задорно расхохотался:

— Эта ночь прекрасна. Ты будешь готовить для меня.

— Хорошо. — Бри с сомнением посмотрела на него. — Это будут твои похороны.

Итак, через час Бри оказалась около бассейна, в летней кухне, пытаясь обжарить чеснок и перемешать его с мукой.

— Дурацкий рецепт! — Она начала чихать от рубленого тмина, который следовало смешать с расплавленным маслом. — Это работа для четырех поваров и одного шеф-повара, а не для обычного человека.

Владимир, сидя за огромным гранитным столом и наслаждаясь роскошным видом Тихого океана, пил дорогое вино и читал русскую газету:

— Не преувеличивай. Умной женщине ничего не стоит смешать несколько трав и взбить пару яиц. Не такой уж тяжелый труд.

Бри сердито погрозила ему ножом:

— Подойди поближе, и я покажу тебе.

— Прекрати жаловаться, — ответил он холодно, делая очередной глоток мерло.

Бри повторяла про себя рецепт: взбить муку, чеснок и горячее оливковое масло. Она пыталась сосредоточиться, не желая дать Владимиру еще один повод унизить ее, но кулинария не принадлежала к числу ее талантов. Руководить поварами на кухне? Пожалуйста. Самой разбивать яйца? Настоящая катастрофа. Бри вспомнила, что должна была довести молоко и белое вино до кипения. Она метнулась к плите и поскользнулась на яичном белке, который пролила чуть раньше. Бри упала, сильно ударившись копчиком. Яичный желток, который она взбивала в миске, взлетел в воздух и упал ей на голову.