Очень тесные связи - Дэй Леклер

— Сомневаюсь, — покачала головой Элизабет. — По-моему, сложнее всего ему было писать тебе, ведь он столького тебя лишил. А можно спросить, что он тебе написал?

— Я так и не открыл письмо и даже хотел его сжечь.

— Но ты же этого не сделал. Просто тебе нужно собраться с мыслями, перед тем как его прочитать. Ты поймешь, когда придет нужное время. Только обещай мне, что не станешь делать ничего такого, о чем потом пожалеешь.

— Ну, раз вы просите, то я просто не в силах вам отказать.

— Полагаю, что ты получил приглашение на свадьбу Мэтью и Сюзаны, она состоится на следующей неделе.

— Получил.

— Надеюсь, ты придешь. И буду очень рада, если Ники придет вместе с тобой.

— С радостью. — Джек просто не смог отказаться от такого предложения.

Несмотря на протесты Каттера, Джек заплатил за всех, а потом попытался пожать Элизабет руку, но та вместо этого крепко обняла его, а потом повернулась и ушла, и Джек с какой-то непонятной радостью заметил, что сейчас она шагала намного бодрее, чем когда шла сюда.

Черт, ну зачем она его обняла? Ведь несмотря на то, что он не сдержался и рассказал ей о том разговоре с отцом, Джек все же сумел сохранить заботливо возведенные вокруг себя стены, а эти дурацкие объятия легко и непринужденно пробили его оборону. Джек впервые почувствовал себя таким уязвимым. И это ему совершенно не понравилось.

Как только они с Ники вышли из кафе, Джек сразу же взялся за мобильник.

— Гарольд Парсонс.

— Гарольд, это Джек Синклер.

— А ты не знаешь, что сегодня суббота? — угрюмо поинтересовался адвокат. — Позвони в понедельник.

— Если у тебя выходной, то зачем ты ответил?

— И что тебе нужно? — Гарольд тяжело вздохнул.

— Мой отец всем оставил по письму. Но Элизабет ничего не получила. Почему?

— А мне-то откуда это знать? Его не было в общей пачке, так что ей ничего не досталось.

— Отец не мог так с ней поступить. Когда он написал эти письма?

— Когда последний раз изменял завещание. Он всегда при этом изменял и письма.

— А раньше письмо для Элизабет там было?

Гарольд немного помолчал.

— Было. — Адвокат наконец-то понял, к чему он клонит. — Раньше было. И для Алана письмо тоже было.

— С Аланом еще ладно, он ведь не был его сыном, но Элизабет… отец никогда бы так с ней не поступил, не поставил бы ее в такое неловкое положение перед всей семьей. Я готов поставить свою компанию, что он написал ей письмо. И я хочу, чтобы ты его нашел, а если не сможешь, то хотя бы узнал, когда и почему оно пропало.

— Я постараюсь.

— В чем дело? — спросила Ники, как только Джек убрал мобильник.

— Я думаю, отец написал Элизабет письмо. — Джек покачал головой. — Нет, не думаю, совершенно точно знаю, что написал.

— И что, по-твоему, с ним случилось?

— Либо адвокаты случайно его засунули куда-нибудь не туда, либо оно осталось в отцовском кабинете.

— Тогда нам следует попросить Реджи его поискать.

— Ага, вот прямо сейчас возьму и позвоню ему. Он наверняка будет рад меня слышать после нашей вчерашней милой беседы.

— Но это же ради его матери.

— Ты правда хочешь, чтобы я ему позвонил?

— Да.

— И ты от меня не отстанешь, пока я этого не сделаю?

— Именно.

— Ну и денек сегодня! — Джек даже и не пытался скрыть своего отвращения. — Сначала Элизабет, а теперь еще и Реджи. Ты же прекрасно знаешь, что я не переношу этих моих родственничков и в лучшие дни, а уж когда у меня паршивое настроение, то и вовсе готов их прикончить.

— Знаю. — Ники примирительно погладила его по руке.

— И я хочу их уничтожить, отобрать любимое дело и разрушить их счастливую спокойную жизнь. Это ты тоже знаешь?

— Да, ты пару раз что-то такое говорил, — мягко признала Ники.

— И не вздумай мне в этом мешать, — сурово велел Джек, а потом улыбнулся. — Скорее уж рассчитывай на то, что я заставлю тебя помогать мне.

— А чем я, по-твоему, сейчас занимаюсь?

— Ну, если ты так себе представляешь помощь, то, похоже, я крепко влип.

— Ничего! — раздраженно рявкнул Реджи.

Ники вдруг поняла, что просьба Джека всколыхнула в нем надежду, и теперь он жестоко разочарован.

— И здесь ничего, — добавил Мэтт, недружелюбно глянув на Джека. — Впрочем, ни на что другое я и не рассчитывал.

— Надеюсь, — Реджи повернулся к Ники, — что ты не дала маме никаких несбыточных надежд.

— Она ничего не знает об этих поисках. Это идея Джека.

— Синклера? — Оба брата уставились на Джека.

— Какого черта ты задумал? — угрожающе спросил Реджи.

— Я уже все вам объяснил, что-то ты сегодня плохо соображаешь, Кинкейд.

Джек огрызнулся так устало, что Ники сразу встревожилась. Конечно, последние пару дней ему пришлось очень непросто, да и сами Кинкейды не кидались ему на шею с распростертыми объятиями, но почему Джек так до сих пор и не понял, что он сам может сделать первый шаг к примирению?

Ведь сегодня ему представилась отличная возможность, Элизабет всегда умела расположить к себе людей. Уж такая она — невероятно добрая и отзывчивая, всегда готовая прийти на помощь. Вот только с ее сыновьями все намного сложнее. Ладно, пусть Джек пока что воплощает свои планы по всеобщему разрушению, а она пока займется Кинкейдами. Заставит их сплотиться вокруг Джека, как одну большую дружную семью.

— Мы только зря потратили кучу времени. С меня хватит, — заявил Реджи и уже на выходе добавил:

— И держись от наших дел подальше, Синклер. Только попробуй причинить боль нашей матери, и я тебя так отделаю, что ты потом себя по кусочкам не соберешь.

Мэтт пошел за братом, но на пороге остановился:

— Зачем тебе это письмо, Синклер?

— А черт его знает.

— Я серьезно. Зачем оно тебе? — повторил Мэтт, пристально глядя на Джека.

Ники сразу поняла, что Джек сейчас соврет, и быстро подошла к нему и обняла. Она прямо-таки видела, как в нем борются боль и упрямство, и молча ждала, что он выберет. Откроется навстречу родственникам или замкнется в себе? Поддастся искушению и соврет или выглянет из-за привычной личины безжалостного бизнесмена? За долю секунды до того, как Джек заговорил, Ники поняла, что выиграла.

— Ты знал отца, — неохотно начал Джек, — и ты знаешь, что он чувствовал к вашей матери. Он никогда бы так ее не оскорбил. Я точно знаю, он написал ей письмо, и оно должно где-то быть.