Гнездо для купидона - Маргарита Южина

– Прошу знакомиться, – продолжал он. – Эта почтенная леди…

И он замялся. Повисла пауза. Имен своих «долгожданных соседей» мужчина попросту не знал.

– Здравствуйте, – как могла широко улыбнулась Маша. – Меня зовут Марией… Машей, а вот это Капитолина Семеновна.

– Да знаем мы ее, твою Капитолину Семеновну, – гоготнула веселая толстуха. – Капа, слышь чего, ты объявление-то с киоска сняла, а? А то мне продавец уже все уши прожужжала, грит, может, ваша эта баушка лучше мою семью возьмет? У ей дочка на Украине жила, да теперь с мужем сюда…

– Машенька, садитесь вот сюда, мы вам местечко приготовили, – старалась переменить тему Вера Дмитриевна. – Вот и Капа с вами рядом сядет. Капа, тебе здесь удобно будет.

– А какое объявление? Про что это она лопочет? – обернулась к старичку сухонькая старушка, не желая заминать интересную тему.

– Павел Петрович! – подскочил Глеб, не давая Капитолине открыть рот. – А давай-ка тост! Да за женщин!! Вон они у нас какие красавицы, никакие года им не страшны!

– Чего это не страшны… – поджала губы Капитолина Семеновна. – Вон на Вальку глянешь – еще не старая баба, а все сплетни с любой помойки притащит. Чисто старая карга.

– Да какие ж сплетни! – не собиралась сдаваться Валька, та самая толстая женщина. – Я ж сама видела! И еще, главное…

– Дорогие женщины… – поднялся-таки седенький старичок. – Прошу… внимания.

Он говорил неторопливо, но все остальные тут же примолкли и буквально смотрели стареющему красавцу в рот – и чего ж такого сообщит?

– Хочу выпить… за нашу… красавицу…

Все женщины дружно переглянулись – конечно, сегодня принято было говорить всякие словечки имениннице. Ну а вдруг Павел Петрович и еще какую красотку заприметил!

– Хочу выпить за… Верочку, – похоронил их надежду Павел Петрович. – За то… что она…

Маша тихонько выдохнула. С этой Капитолиной скоро с ума сойдешь. Вот опять чуть не сорвалась с этой Валентиной. Глеб, опять же, просто умница!

– …и не столь важно… сколько ей сегодня исполнилось… – продолжал вещать старичок. – Главное… что она…

Прямо напротив Маши сидел Глеб, и она видела, как и тот глубоко вздохнул. Вечер обещал быть не скучным.

– …она прекрасна и… – все еще нудил дедушка и собирался и дальше радовать уши гостей, но тут невежливо вскочил Глеб Савельев, поднял рюмку и рявкнул:

– Мам! За тебя!

Дамы не стали жеманничать, резво опрокинули в себя рюмашки и уж потом кокетливо начали махать руками, морщиться и краснеть.

– Да и соколом пошла! – вдруг басом проговорила сухонькая старушка.

– Ух ты, гадость-то какая редкостная… паленка, что ли? – оценила Капитолина Семеновна. – Чем протолкнуть бы…

– Запивайте! Капа, запивай. Вон морс в кувшине! – угощала Вера Дмитриевна. – Глебушка, подай кувшин тете Капе.

– Ой ты ж господи… ну никогда не пила, честное слово, ну как же ее такую-то горькую люди пьют! – повизгивала пышная тетя Валя.

– Валька-то, глянь – никогда не пила, – наклонилась к уху Маши бойкая родственница именинницы. – Сама самогонку хлещет, как механизатор, а туда же!

Маша вежливо усмехнулась и… поймала на себе веселый взгляд Глеба. Тот сидел напротив и слышал все переговоры Маши с соседкой. Поэтому, смеясь глазами, кивнул, дескать – точно, хлещет самогонку.

– Маша, берите салат, – пододвинул он к ней салатницу. – Это мамино фирменное блюдо, не знаю, что там намешано, но получается вкусно. Попробуйте.

– А ты, Машенька, в рот-то не тяни все что ни попадя, – во всеуслышание заметила Капитолина Семеновна. – Тебе ж сказали: чего там намешано, никто не знает. Так и пропадает… нация.

Маша с силой наступила на ногу подопечной и протянула свою тарелку Глебу.

– Мне обязательно нужно попробовать, если фирменное… я сама люблю всякие… кулинарные новинки.

– Ой, уж гляди, какая невидаль, – фыркнула Капа. – А вот я готовлю кулебяку, вот это новинка!! Ее еще моя бабка готовила! Так там… вместе с противнем все съешь, не заметишь, а тут…

– А у тебя духовка хорошо работает? – повернулась к ней Вера Дмитриевна. – Вот я со стряпней никак не могу сладить. У меня то низ горит, то верх подгорает. Никак не угадаю.

– У меня духовка старая, но хорошо греет, а еще я туда два кирпича подкладываю, чтоб, значит, жару побольше было… – затоковала Капитолина Семеновна, забыв про все ссоры.

И две соседки, как заправские подружки, стали передавать друг другу секреты управления духовкой. К ним подключились другие женщины, и Маше осталось только пробовать салат да отдыхать в свое удовольствие.

День рождения дальше протекал и вовсе замечательно. Глеб не уставал подливать гостям винца да водочки, женщины прочно сели на тему кулинарии, а старичок, забытый всеми, начал тихонько подвывать старинные песенки.

– «Не могу я тебе в день рождения-я-я…» – достаточно хорошо выводил он.

Глеб вдруг взял большую вазу с фруктами и уселся рядом с Машей.

– Ну что? Наша идея была хороша? – тепло смотрел он на нее смеющимися глазами.

– Ой, я даже поверить боюсь, – весело фыркнула Маша. – А кто это – вот тот старичок?

– Это наш сосед. Ну, то есть не мой, а моей мамы и вашей Капитолины. Он на одной площадке с нами обитает.

– А вы сами не здесь живете?

– Моя квартира здесь недалеко, но… по некоторым причинам… – он хитро прищурил глаза, – по некоторым причинам я временно ночую у мамы. Но… думаю теперь… а вы знаете, мне даже будет вас не хватать.

– Меня? – удивилась Маша, и в груди у нее что-то екнуло.

– Ну да, вас и вашей Капы! Дал же бог имечко. Конечно, мама тяжело переносила эдакие… недружественные отношения, но… – Он веселился как мальчишка. – Но мне было не скучно. Вот если бы ваша Капа на меня перекинулась, я бы был не такой сердитый.

– Она ж не совсем глупая, сравнили! Или вы, или ваша беззащитная мама! Чего ж Капа на вас будет перекидываться?

– Тоже верно… А вы где живете?

Маша не успела ответить, потому что пышная тетя Валя, устав от кулинарных рецептов, вдруг вскочила и требовательно застучала о рюмку вилкой:

– Чтой-то в горле дырынчит-дырынчит, треба горло промочить-промочить! Калинка-малинка моя! Расстегнулася ширинка моя!!

– Так! Надо спасать интеллигентные уши гостей! – округлил глаза Глеб, подскочил к поющей даме и наполнил ее рюмочку наливкой.

К нему тотчас же потянулись другие рюмки.

– А давайте танцевать! – требовала веселья толстушка. – Глеб! Где у тебя там… тяжелый рок?! Мой внук всегда эту гадость включает. У меня уже все уши отвалились!

– А позвольте вальс! – пытался кричать Павел Петрович. – Глеб, у вас есть «Вальс цветов»?