Серенада новогодней ночи - Ольга Арсентьева

– Согласна, – кивнула Ирина.

Подруги обменялись крепким женским рукопожатием.

– Ну все, переодеваемся, и вниз!

– Ира, подожди… По-моему, мы что-то забыли.

– Что? А, ты про Алену… Ну ей же и так хорошо. Ей нравится ее работа в фирме упаковочных материалов, и она не любит олигархов. Кроме того, она, похоже, подцепила этого бармена.

– Этого бармена…

– Забудь о нем! Нас ждут великие дела!

* * *

– Это лучший Новый год в моей жизни… – Алена проводила взглядом огненного, с ревом упавшего за скрытый лесом горизонт дракона.

«А возможно, и в моей», – подумал Грубин.

Он спиной защищал Алену от поднявшегося северного ветра, обхватив ее руками и мечтая о том моменте, когда она, наконец, замерзнет и запросится вниз.

Алена между тем и не думала замерзать. Ее голова покоилась на его плече, девушка ойкала от удовольствия и даже хлопала в ладоши, когда в небо взмывал особенно затейливый фейерверк. И она уже два раза просила добавки глинтвейна. На третий раз Грубин налил и себе. Совсем немного, ибо намеревался сохранить полную ясность сознания и самоконтроль.

– Ой, – в очередной раз восторженно воскликнула Алена, – такого я вообще никогда не видела, даже в кино! А мы не пропустим Новый год? Может, он уже наступил?

– Еще нет… – Александр знал, что ровно в 12 ночи на небе появятся огненные буквы «С Новым годом!». Там могла бы загореться и надпись «С Новым годом, Алена!», но, немного поразмыслив, он отказался от этой затеи. Для простого бармена это было бы несколько чересчур. – Вот, сейчас… Слышишь, внизу начали бить часы?

– Ой, слышу! А налей мне еще глинтвейна, выпить за Новый год… Пожалуйста…

Грубин посмотрел в блестящие расширенные глаза Алены, но все же в очередной раз достал термос и плеснул немного на самое дно крышечки.

– С Новым годом, Александр!

– С Новым годом, Аленушка!

Девушка выпила глинтвейн и счастливо улыбнулась:

– Хочется чего-нибудь такого… Нет, подожди… Я про другое. Чего-то хочется… хочется… а вот чего?

Алена нагнулась, быстро слепила круглый аккуратный снежок, оглянулась по сторонам, ища достойную цель, и радостно взвизгнула:

– Шпион! Соглядатай! Бей его!

Она запустила снежком прямо в появившийся рядом с открытым люком черный силуэт дежурного охранника.

«Кажется, я переборщил с коньяком», – озабоченно подумал Грубин.

Охранник, которого меткий Аленин бросок поразил в живот, заворчал, задвигался и машинально сунул руку в висевшую у пояса пустую кобуру для резиновой дубинки. То есть это Грубин знал, что кобура пустая, а Алена завизжала еще пронзительнее. Но вместо того, чтобы спрятаться за спину Александра, она слепила еще снежок и отправила его следом за первым.

– А ты чего стоишь?! Помогай!

Грубин заколебался было, но, встретив горевший энтузиазмом Аленин взгляд, дав себе слово, что сразу после праздников повысит несчастному охраннику зарплату, тоже принялся швыряться в него. Хотя он делал это небрежно и, в отличие от Алены, не старался поразить жизненно важные органы, охранник прекратил наступление.

– Двое на одного, да? – обиженно крикнул он, прикрывая лицо рукой. – Ну погодите же…

Охранник в два шага добежал до люка и исчез. С грохотом упала железная крышка. Загремел запираемый изнутри замок.

«Большое дело, – усмехнулся Грубин. – Запер люк и радуется: оставил парочку хулиганов ночевать на холодной крыше. Не знает, бедолага, что у меня есть мастер-ключ, который отпирает все замки в этом отеле. Хотя откуда ему знать? Ему такие вещи знать не положено…»

И, лишь подойдя к люку и нагнувшись над ним, Александр вспомнил, что этот люк, как и еще два, ведущих на крышу, можно открыть только изнутри.

* * *

Саша Голубев, распаренный и чрезвычайно довольный, вывалился из душевой, завернутый в белую мохнатую простыню, как римский сенатор в тогу.

– Девчонки, знаете, чего нам не хватает для полного счастья? – лукаво поинтересовался он.

– Просто ума не приложу, – буркнула Ирина.

– Шампанское за Новый год мы уже выпили, – несколько более дружелюбно отозвалась Наталья, – клубнику, ананасы и черную икру съели. В бассейне поплавали. Может, хочешь еще шоколаду?

– Не угадала! Так, посмотрим, что у нас здесь! – И Саша распахнул не примеченную подругами ранее низкую дверь.

За ней оказалась небольшая, довольно тускло освещенная комната с белым массажным столом посредине. У изголовья стола на белом же столике были разложены полотенца, жесткие и мягкие рукавицы, тюбики с кремами, баночки с мазями и прочие необходимые штуки.

– Массаж в бане – исключительно здоровая вещь, – поведал Саша, укладываясь на стол. – Очень хорошо для сердца и мускулов. Ну давайте, чего вы? Разотрите мне спину! А потом я вам! Здорово же, говорю! Не пожалеете! Потом можно еще брюшной пресс размять!

– Всю жизнь об этом мечтала… – Ирина надела жесткую массажную рукавицу.

Наталья выдавила на широкую красную Сашину спину полтюбика первого попавшегося крема.

* * *

– Ира… По-моему, он заснул.

– Что?! – Ирина, давая выход накопившимся чувствам, изо всей силы шлепнула Сашу по задней части, облаченной в очень миленькие, синие в цветочек, плавки. – Он еще и заснул! Мы на него столько сил потратили, а он… А ну вставай, зараза! Не смей дрыхнуть!

Саша от ее шлепков завозился. Потом блаженно вытянулся, подложил одну ладонь под щеку, пустил слюнку и захрапел уже по-настоящему.

– Вот гад!!

– Да ладно тебе, Ира! – Наталья взяла простыню и заботливо укрыла Сашу. – Пойдем-ка и мы спать.

– Как думаешь, утром он нас вспомнит? – спросила Ирина, когда они, уже одетые, поднимались по лестнице из цокольного этажа.

– Он вроде был не сильно пьян. Думаю, вспомнит.

– Слушай, а давай зайдем к Алене и поздравим ее с Новым годом, – загорелась новой идеей Ирина, когда они уже подошли к своим дверям, – заодно посмотрим, как у нее дела с этим барменом!

– Давай, – согласилась Наталья. – А если мы… это… своим приходом обломаем ей весь кайф?

– Это будет только справедливо. У нас с тобой и вовсе не было никакого кайфа. Что же, мы должны одни, что ли, мучиться? В конце концов, подруга она нам или нет?

* * *

«Придется кое-кому позвонить, – подумал Грубин. – Пусть придут и откроют этот дурацкий люк. А охранника уволить. Завтра же. Ну хорошо, хорошо, не будем увольнять, он же не знал, кого запирает. Ага, значит, президента запирать нельзя, а простого бармена с девушкой можно? Уволить. Нет, оставить. Но и зарплату не повышать. Никогда».