Что, если мы останемся - Сара Шпринц

Морган Дэйлман ничуть не изменилась. Ее светлые волосы аккуратными волнами ниспадали на узкие плечи, а маленький, слегка вздернутый нос имел идеальный изгиб. Пока мы шли в кафе, где мы раньше обычно встречались, я насчитала пять мужчин, с интересом обернувшихся в ее сторону, но она не удостоила их своим вниманием. Только легкая улыбка на губах давала понять, как Морган этим наслаждается. Так было всегда. С нашей последней встречи прошли годы, но это совершенно не чувствовалось. Без всяких прелюдий о погоде и вопросов о моем возвращении в Ванкувер Морган принялась подробно рассказывать о сексе со своим однокурсником в университетской библиотеке. Болтовня с Морган о всякого рода пустяках хорошо меня отвлекала. Но в то же время я поймала себя на мысли, что пора бы перевести наш поверхностный разговор на более глубокий уровень. Но не тут-то было, мы уже пришли в нашу любимую кафешку «У Беверли», а она все еще расписывала позы, которые даже я никогда раньше не пробовала. Занятия по фигурному катанию дали нам одно большое преимущество – они сделали нас чертовски гибкими.

Стоило толкнуть стеклянную дверь, как меня охватило давно забытое приятное чувство. Колокольчик на входе звенел так же, как и несколько лет назад. Я сразу полностью расслабилась, медленно обвела закусочную взглядом: красные, слегка потрепанные кожаные диванчики, шахматная черно-белая плитка на полу. Мои родители обплевались бы, увидев это. Здесь все было полной противоположностью их стерильному шику, и, наверное, поэтому мне еще больше нравилось тут бывать. Вдруг я остолбенела.

Не может быть!..

Он стоял к нам спиной и принимал заказ у группы гостей. Под его белой рубашкой отлично проглядывал контур лопаток и рельеф мускулатуры. Рукава рубашки закатаны, черный фартук официанта завязан сзади. Без сомнений, это был он. Высокая стройная фигура, прямая осанка. Темные кудри в идеальном беспорядке, словно он только что встал с постели.

Услышав колокольчик, Эммет повернул голову и бросил «Добро пожаловать к Беверли», продолжая не глядя писать в блокноте. Вернувшись к заказу, он неожиданно вздрогнул. Еще один его короткий взгляд в нашу сторону, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять: его ошарашенный взгляд адресован не мне, а Морган.

– Черт! – приглушенно ругнулась она, не убирая улыбки с лица.

– Привет, Морган. Привет, Эмбер. – Краска залила Эммета до самых ушей. – Добро пожаловать! Располагайтесь. – И он тут же, почти в панике, быстро испарился.

Что здесь происходит, черт возьми?

– Вы что, знакомы? – удивленно спросила я, протискиваясь на свободное место за столиком напротив Морган.

– Еще как знакомы! – прохихикала она, провожая Эммета многозначительным взглядом, когда он пробегал мимо нашего стола. Его фартук зацепился за угол скамейки, из-за чего он слегка споткнулся. Мне почти стало его жалко.

– Вам принести меню?

– Нет, спасибо, Эммет.

Его уши пылали. Он кивнул с облегчением.

– Я к вам сейчас вернусь.

– Мы когда-то ходили вместе на семинар, – объяснила Морган, пока Эммет скрылся за стойкой. – Я уже и не помню на какой. Он, кажется, пришел туда по собственному желанию.

Я фыркнула. О да, как это на него похоже. Из чистого интереса.

– И что? Это был роман на одну ночь? Не знала, что ты кадришь софтбоев. – Я стянула с себя кожаную куртку. – Мы с ним сейчас в одной группе. И да, он первый ботан на курсе и любимчик моего отца.

– Секси ботан. Просто джекпот. – Морган вульгарно рассмеялась. Я задумалась, всегда ли моя бывшая подруга была такой. И дело не в том, что Морган занимал только секс. Это я как раз понимаю. Мне бросилось в глаза ее презрительное отношение к людям, и на мгновение мне показалось, будто я смотрю в зеркало.

Боковым зрением я наблюдала, как Эммет суетится за стойкой. Складывалось ощущение, что он намеренно тянет время, выполняя какие-то ненужные действия, лишь бы не подходить к нашему столику.

– И как он в постели? – спросила я почти равнодушно, не спуская при этом глаз с Эммета.

– Откуда я знаю? Ты правда думаешь, что он рискнул заговорить со мной об этом?

– Так ты не спала с ним?

– Я тебя умоляю. Ему не хватает смелости мне просто в глаза посмотреть!

– Итак… – Я обернулась, когда Эммет появился за нашим столиком. Он держал спину прямо, выражение лица было сосредоточенным. Я поняла, что он пытается просто профессионально делать свою работу, от этого у меня закололо в груди. Было заметно, как он нервно сжимает пальцами блокнот. – Как настроение? – Его взгляд только скользнул по мне, когда он наклонился, чтобы убрать пустые стаканы со стола. – Вы готовы сделать заказ?

– Нам, пожалуйста, два матча латте. С миндальным молоком. – Морган сделала наш стандартный заказ и сладко улыбнулась Эммету. Его щеки снова покрылись густым румянцем.

– С удовольствием, – пробормотал он, быстро протер тряпкой стол и поспешно удалился с грязными стаканами в руках.

– Боже, какой лапочка. – Бесстыдный взгляд Морган последовал за Эмметом вдогонку. – Время от времени такой милый софтбой – почему бы и нет.

Я пробормотала нечто похожее на согласие, продолжая наблюдать, как Эммет за стойкой возится с кофеваркой. Его взгляд снова и снова предательски устремлялся в нашу сторону.

Для меня не было ничего удивительного в том, что парни толпами вились вокруг Морган, но то, что Эммет с легкостью вписался в этот длинный ряд поклонников, меня немного разочаровало. Как бы жестоко это ни звучало, но я была о нем лучшего мнения, что ли… Одно дело – необыкновенная красота Хоуп, ее интересное лицо и умный взгляд, которые он не мог не рассмотреть. Морган же была полной противоположностью. Все в ней было симметричным, гладким, почти безупречным. Она была превосходной спортсменкой, без сомнений, но я-то знала, что при всей своей грации и харизме Морган легко могла себе позволить схалтурить на соревнованиях. И она тоже это знала.

– Все еще тренируешься?

По удивленному взгляду Морган я поняла, что мой вопрос прозвучал для нее неожиданно.

– Ты имеешь в виду «Хиллкрест»? – на ее лице застыло угрюмое выражение. Я догадалась, что оно означает, прежде, чем она продолжила: – Мне пришлось бросить. Два года назад, проходя олимпийскую квалификацию, я упала. И разбила левое колено в кашу. Оскольчатый перелом коленной чашечки. Знаешь, мы понятия не имели, что такое настоящая боль.

Я замерла:

– Черт, а я и не знала.

– Откуда тебе было знать, мы же уже не общались.

«Не по моей вине», – подумала я и хотела уже выпалить, но промолчала. Давно накипело, но я сдержала упреки, готовые сорваться с языка.

– Так ты дошла до квалификации?

– Ага. Обидно, правда? Я упала перед своей короткой программой. На разминке. В самом начале соревнований. Меня сразу на операцию, пока другие откатывали свое. Рокси сделала это за меня. – Морган засмеялась, но ее голубые глаза стали ледяными.