Одинокая звезда - Ирина Касаткина

– Ты еще чего придумай! – возмутилась все слышавшая проводница, занося чай в купе. – Нечего по вагонам шастать, когда нормальные люди спят.

Все засмеялись.

– Мама, может, ему холодную примочку сделать? – Лена, осторожно потрогала шишку. – Больно?

– Теперь поздно прикладывать холод, – ответила Ольга, – это надо было делать сразу.

– Когда ты трогаешь, не больно. – Дима вытянул губы, изображая поцелуй. – Потрогай еще.

Лена положила ему на лоб ладошку, и он блаженно замер.

– Пойду, схожу в ресторан, – встала Ольга, – посмотрю, что там продают. Надо будет перекусить перед Москвой, а у нас все закончилось.

Она, конечно, могла никуда не ходить, ведь по вагонам возили тележки с едой. Но ей не хотелось им мешать.

Едва она закрыла за собой дверь, как Дима рванулся к Лене и схватил ее в охапку.

– Наконец-то! – воскликнул он. – Ну, теперь все! Берегись! Сейчас я отведу душу.

– Больной, вы шальной! – засмеялась Лена. – Осторожней, ты меня задушишь!

Но, когда он, жадно целуя, прижал ее голову к подушке, взгляд Лены стал серьезен и даже тревожен.

– Димочка, не надо, – тихо попросила она. – Возьми себя в руки. Во-первых, мама может вернуться в любую минуту или кто-нибудь заглянет.

– А во-вторых? – Он продолжал целовать ее в нос, в лоб, в подбородок – куда попало.

– А во-вторых… ну не надо, перестань!

– Я не могу оторваться, – признался Дима. – Слишком долго терпел. Когда устану – перестану.

В дверь постучали.

– Ну вот, дождался, – сердито прошептала Лена, поправляя прическу. – Наверно, проводница сдачу принесла. Вот она тебе сейчас выдаст.

– Войдите! – крикнул Дима. – Мы уже встали.

В купе заглянул какой-то мужчина и, извинившись, скрылся.

– Ты с ума сошел! – возмутилась Лена. – Что люди про нас подумают?

– Вот пусть об этом самом и думают, – наставительно сказал Дима. – Может, им завидно станет и самим захочется. Тогда они закроются в своих купе и перестанут заглядывать в чужие.

В дверь снова постучали.

– Открыто! – крикнула Лена, погрозив Диме пальцем.

Вошла Ольга. Ребята сидели с благопристойными выражениями на приличном расстоянии друг от друга.

«Хитрецы! – мысленно усмехнулась Ольга. – Но хорошенького понемножку».

– Там вас зовут, – сказала она, – ваш руководитель будет давать дальнейшие инструкции. Завтра в Кремль на бал пойдете, счастливчики. В наше время о таком не приходилось и мечтать.

– Ура-а! – заорал Дима и потащил Лену в свой вагон. Там их встретили аплодисментами и криками «горько!» Какой-то умник пустил слух, что у них тайное свадебное путешествие. Дима пообещал найти умника и устроить ему тайные похороны. Призвав всех к порядку, руководитель предупредил, чтобы по прибытии в Москву никто никуда не отлучался. Все вместе едут в Измайлово, оформляются в гостинице, а потом могут идти по своим делам, предупредив его, куда держат путь и когда вернутся.

Каждый вечер будет перекличка, и не явившихся ночевать без предупреждения ждут крупные неприятности по возвращении домой. В остальном – полная демократия. Хочешь – иди со всеми в музей, не хочешь – дрыхни хоть до вечера, дело хозяйское.

Казанский вокзал встретил южан толпами народа и лютым холодом – около минус тридцати. У Лены сразу закоченел кончик носа. Прикрыв его рукавичкой, она наскоро попрощалась с Димой и остальными ребятами – и они с мамой побежали на площадь, где их ждала машина. А Дима побрел с группой в метро, проклиная Ольгин симпозиум, из-за которого Лена будет жить так далеко.

Как только их оформили в гостинице, Дима позвонил ей и стал умолять о встрече. Втайне он надеялся, что ему будет позволено приходить к ней в гости. Но этого не случилось.

Лена с мамой остановились у Ольгиных друзей по аспирантуре. В пору их молодости друзья именовались Василем и Ниночкой Петренко и очень дружили с Ольгой, окончившей аспирантуру на год раньше. Она много помогала им в работе над диссертациями – и они остались ей за это признательны.

Теперь Василий Андреевич стал маститым доктором наук, профессором одной из кафедр МГУ, а его жена Нина Петровна, будучи доцентом, преподавала высшую математику в автодорожном институте.

Жили супруги Петренко в самом центре Москвы – неподалеку от Белорусского вокзала. У них была большая квартира и не было детей – их маленький сын умер от лейкемии после банальной простуды. Тяжело пережив его смерть, они решили больше детей не иметь.

Каждое лето Ольга с Леной приезжали к ним в гости, поэтому девочка выросла буквально у них на глазах. Они любили Леночку, как свою дочь, и всегда с нетерпением ждали ее приезда. Но как бы там ни было, злоупотреблять их гостеприимством Ольга не хотела и потому не позволила Лене приглашать Диму в дом – все-таки чужие люди. Поэтому ребята договорились встретиться возле парадного.

Когда он примчался к ее дому, совсем стемнело. Мороз усилился настолько, что пар от дыхания превращался в мелкие кристаллики льда прямо на глазах. Лена с трудом переносила холод, поэтому, погуляв с Димой минут десять, запросила пощады, и он проводил ее до лифта. Там сидел лифтер – из-за чего они даже не поцеловались как следует на прощание.

Подгоняемый диким холодом, Дима понесся к себе в гостиницу, где вынужден был выпить несколько стаканов горячего чая, чтобы согреться. Вечером он долго крепился, мерил шагами номер, потом покатался по ледяной дорожке возле гостиницы, но, в конце концов, не выдержал и позвонил ей. Трубку взяла Ольга Дмитриевна. Сказав, что Лена в ванной, она пожелала Диме спокойной ночи. Он понял ее пожелание, как просьбу больше их не беспокоить, и с горя завалился спать.

После всех утренних процедур и завтрака он снова позвонил ей. Но трубку никто не взял. Он все набирал и набирал ее номер, пока до него не дошло, что в квартире никого нет. Но куда же она могла деться? Воскресный день, всего десять часов утра, на улице минус двадцать!

Дима впал в дикое беспокойство. А вдруг с ней что-то случилось? Воображение стало рисовать картины – одну страшнее другой. Он продержал ее на морозе, она простудилась, заболела воспалением легких – он знал, что в детстве Лена часто им болела. Ее забрали в больницу!

Он стал метаться по номеру, пытаясь сообразить, что предпринять. Наконец, вспомнил, что ее мама собиралась на это время в университет, чтоб отметиться у организаторов симпозиума. Дима быстро оделся и понесся туда. Он знал, что Лена не планировала идти утром с мамой в МГУ, ведь докладов в этот день не было, а вечером их ожидал новогодний бал в Кремле. Она должна была быть дома, но ее там нет. Где же она?

– Леночка, только бы с тобой ничего не случилось, только бы не случилось! – молился он по дороге.

Терзаемый страшной тревогой Дима влетел в здание МГУ и сразу наткнулся на объявление о регистрации участников симпозиума. Он понесся на третий этаж в указанную комнату и в коридоре увидел Ольгу. Она стояла с каким-то бородатым типом огромного роста и что-то энергично ему втолковывала, а тот, широко улыбаясь, слушал ее и время от времени молча кивал.