Обольстительная леди Констанс - Маргерит Кэй

– Хотите сказать, что в следующий раз труднее будет остановиться?

Кадар поморщился:

– Я хочу сказать, что мы проявим благоразумие, если не станем думать о следующем разе.

Противиться искушению снова поцеловать его – одно, но отказывать себе в удовольствии думать об этом… нет, Констанс не была способна на такое. Она промолчала.

Кадар набрал еще одну пригоршню песка.

– Моя коронация состоится через две недели.

Она с радостью переключилась на другую тему:

– Вы станете королем Маримона?

– Эмиром, правителем Маримона. Естественно, вы приглашены на церемонию, ведь вы принадлежите к числу придворных. Вам понадобится праздничный наряд. Раньше у нас не было придворного астронома, поэтому можете заказать халат по своему вкусу.

– Чудесно! Но не расточительно ли шить такой наряд? Ведь я здесь лишь временно.

– Временно, однако на законных основаниях. Я уже объявил визирям о вашем назначении. Не желаю компрометировать ваше доброе имя всевозможными домыслами – как и позорить мою будущую жену. Брак и без того будет весьма обременителен для обеих сторон. Я не желаю начинать семейную жизнь с презрения.

– Обременителен? Кадар, разве вы не хотите жениться?

– Не больше чем вы хотите выходить замуж. – Он высыпал еще струйку песка. – Но в моем случае, как и в вашем, мои личные предпочтения почти ничего не значат. Мою судьбу, как и вашу, решили за меня, мне выбрали невесту. Честь, долг, обязанности – вот почему я женюсь, хотя мы с вами различаемся в главном. Выгодоприобретателем в случае вашего брака становится ваш отец. В моем случае – мои подданные.

Констанс смотрела на него, приоткрыв рот. Столько всего мелькнуло в его скупых словах, в его ровном тоне!

– Ваша невеста… вы сказали, что вам ее выбрали?

– Дело обстоит не совсем так. На самом деле ее выбрали для моего брата, – сухо ответил Кадар. – Я унаследовал ее вместе с верховной властью.

– Нет-нет, вы, наверное, шутите! – Но одного взгляда хватило, чтобы понять, что Кадар совершенно серьезен. – Боже! – воскликнула Кон-станс. – Это очень… странно, мягко говоря. Разве вы не против того, чтобы получить в жены чужую невесту?

Он снова хрипло рассмеялся.

– Как правитель, я должен на первое место ставить интересы государства, а на последнее – собственные желания. Мой народ с нетерпением ждет пышной свадьбы, с которой начнется новая эпоха. И значит – свадьба будет. Дату бракосочетания назначили всего через две недели после того, как трагически погиб мой брат.

– Что с ним случилось?

– Несчастный случай во время верховой прогулки.

Глаза его опять как-то странно сверкнули. Кон-станс уже замечала такое выражение, когда Кадар впервые упомянул своего брата. Она тогда спросила, были ли они близки, и он не ответил. Она решила все выяснить окольным путем.

– Ваш брат был намного старше вас?

– На два года.

– У меня нет ни братьев, ни сестер, – сказала Констанс. – Я всегда жалела…

– Мы не были особенно близки, – перебил ее Кадар, – если вас интересует именно это. Вы уже спрашивали меня о Бутрусе в первый вечер после прибытия.

– Вы мне тогда не ответили.

– До того как я приехал в Маримон на его свадьбу, мы с ним не виделись семь лет. Мы с ним были очень… разными. Бутрус находил совершенно непонятной мою любовь к ученым занятиям. Как и наш отец, который очень радовался, что я – второй сын, а не первенец. С точки зрения темперамента, интеллекта и по многим нравственным правилам я совершенно не подходил к жизни во дворце, а Бутрус… – Кадар пожал плечами. – Бутрус был создан по образу и подобию отца. Единственное, что под конец нас объединяло, – любовь к лошадям. К сожалению, он придерживался гораздо более высокого мнения о своих талантах наездника, чем было на самом деле. К еще большему сожалению, он был не из тех, кто способен учиться на своем опыте. В конце мне легче было просто отказываться состязаться с ним.

– Но вы ведь не… Боже правый, он погиб не во время состязания с вами?

– Нет. – Его глаза снова блеснули. Кадар смотрел на море.

Констанс ждала, задерживая дыхание, не давая себе говорить, и ее терпение было наконец вознаграждено.

– Ему прислали нового коня. По иронии судьбы, конь стал подарком на свадьбу. Своенравный жеребец, которого доставили издалека, хотя сказали, что его растили в конюшне Бхаримы. Жеребец сбросил его. Упав, Бутрус ударился головой о валун и умер на месте – еще до того, как я подскакал к нему.

– Кадар, простите! Мне так жаль. Как ужасно! Ужасно для вас. – Констанс обеими руками взяла его за руку.

Он сидел неподвижно и несколько секунд позволил ей держать себя за руку, а потом высвободился.

– Ужасно для народа Маримона. Бутрус пользовался большой популярностью. Подданные с большой радостью восприняли весть о его помолвке.

Констанс нахмурилась:

– Ваш брат долго пробыл правителем Маримона?

– Семь лет… А что?

– Вы говорите, что он пользовался большой популярностью, и утверждаете, что народ требует от своего правителя жениться, однако ваш брат ждал семь лет, прежде чем нашел себе невесту.

Ей показалось, что Кадар оцепенел – другого слова она подобрать не могла. Что же такое она снова сказала? Когда он заговорил, то от его ледяного тона Констанс вздрогнула.

– Бутрус женился в день своей коронации. Принцесса Тахира должна была стать его второй женой.

– Второй! – Может быть, в этом дело, может быть, он обиделся, потому что она затронула запретную тему полигамии?

– Мой брат был вдовцом, – продолжал Кадар, очевидно, еще способный читать ее мысли, несмотря на застывшее лицо, похожее на маску. – Его первая жена умерла около года назад.

Униженная Констанс глубже зарыла пальцы ног в песок.

– Простите. Как ужасно! Она была молода? Есть у них дети?

– Она была на три года моложе меня. Нет, детей у них не было.

Констанс поняла, что упускает что-то важное. Кадар сжал кулаки и опустил их в песок. Лоб ее разгладился. Все же очевидно!

– Если бы у них был ребенок, вы не стали бы правителем, – негромко произнесла она.

Он покосился на нее исподлобья:

– Она умерла, пытаясь подарить ему наследника. Кто знает, что было бы, если бы она удачно разрешилась от бремени. Однако этому не суждено было случиться.

Бедняжка, подумала Констанс. Ее сердце сжалось. Бедный Кадар! Он единственный в этой печальной истории, кто остался в живых, – и вынужден считаться с последствиями.

– Ваш брат не оставил наследника, зато, так сказать, передал вам свою невесту. Вы поэтому считаете себя обязанным жениться на ней?