Свет в окошке - Татьяна Тронина

Даша опустила взгляд, пытаясь разглядеть девочку, но ниже ветвились кусты шиповника, отчетливо краснели плоды.

Пыхтение, кряхтенье, недовольное бурчание вперемешку с повизгиванием…

– Нюша, делай свои дела, а то мамочка замерзла… Нюша! Смотри – песочек! Ты же любишь песочек?..

Ах, это не девочка, это собака! Женщина гуляла с собакой. Посреди детской площадки туман отступил, и Даша увидела тетку внушительных габаритов, в черной шляпе и с белым пудельком в розовой попонке.

Пуделек в данный момент сосредоточенно кружился в песочнице, вокруг расписного деревянного гриба.

– Женщина, да вы что! – возмутилась Даша. – Здесь же дети играют! Уберите немедленно собаку…

Пуделек замер, подняв ногу. Тетка смотрела на Дашу круглыми глазами с чугунными подглазьями и молчала.

Даша буквально задохнулась от возмущения.

– Пошла отсюда! – топнула она ногой, обращаясь непосредственно к собаке. – Пошла!

Пуделек дернулся, тетка ожила – лицо набрякло краснотой.

– Девушка, что вы себе позволяете?..

– А вы что? Совесть надо иметь!

– А чего вы на бедное животное орете? Хамка!

– Хамство – это ваше поведение! Думаете, никто не видит, так все можно?!

– Животных надо любить! Вас учили этому в детстве?

– А вас учили, что людей надо уважать?.. Гадят где ни попадя…

– Кто гадит? Кто?

– Ваша псина – вот кто гадит!

– Людей я должна уважать… А за что? Да моя Нюша лучше всякого человека!

– Вы еще грудью ее начните кормить, свою Нюшу!

– Что-о?.. Что-о-о?..

– Что слышали! – разбушевалась Даша. – Я вот сейчас милицию позову, пусть вас оштрафуют!

– Дрянь какая… – дрожащим голосом сказала женщина, дернула за поводок. – Нюша, девочка, пошли скорей отсюда… пошли скорей от этой ненормальной…

Через несколько секунд женщина с собачкой исчезли в тумане.

Даша перевела дыхание – ее буквально трясло от возмущения. «А потом дети придут, будут играть в этой песочнице…» Не то чтобы Даша особо любила детей – нет, материнский инстинкт в ней был развит весьма слабо, но если быть такой циничной, как эта тетка в шляпе, тогда точно – ничего в этом мире святого нет. Если уж собак выше детей ставят, то позволено все!

– Бей, грабь, убивай, режь… Что хотите, то и делайте! – бормотала Даша. И вдруг снова услышала шаги.

Она решила, что это возвращается та самая тетка, и остановилась, чтобы продолжить дискуссию. Но шаги тоже затихли.

– Бред какой-то… и этот туман еще! – в бессильной ярости прошептала Даша. Нервы у нее были на пределе.

Она пошла вперед и снова услышала шаги. Чей-то силуэт за кустами, но явно не теткинский – слишком стройный, и шляпы на голове нет…

Тоска и страх – непонятный, мистический страх!

И тогда Даша побежала. От холодного воздуха, который она вдыхала слишком глубоко и часто, закололо в легких, зашумело в висках… Ничего не слыша и не соображая, Даша мчалась вперед.

Оглянулась на миг – кто-то бежал за ней.

– Мама! – истошно взвизгнула она и рванула в сторону, через газон. Сзади затрещали кусты. Искать телефон в сумочке, жать кнопки – не было времени.

Даша выскочила на соседнюю аллею, и тут одновременно произошло следующее. Во-первых, Дашу ударили сзади по голове. Во-вторых, от удара она буквально уткнулась носом в широкую спину тетки-собачницы. В-третьих, Нюша сорвалась с поводка.

Даша схватилась за голову, тетка обернулась и заверещала, глядя почему-то не на Дашу, а на кого-то за ее спиной.

– Караул! Люди добрые, что творится-то… – тетка потрясла перед собой пустым поводком, отступила назад. – Нюша! Нюша!!!

Тетка скрылась в тумане вслед за собакой. Даша обернулась, чувствуя мучительную боль в затылке, и увидела человека в черной куртке, с накинутым на голову капюшоном. Лица она не разглядела – мешал капюшон, да и в глазах у нее как-то странно двоилось.

Человек поднял руку, в которой что-то было (очертания чего-то неровного, темного, округлой формы – камень?..), но продолжения Даша ждать не стала. Инстинкт самосохранения заставил ее дернуться в сторону и бежать, не обращая внимания на боль. Она перемахнула через очередные кусты, затем по газону – к ограде, перевалилась через нее – прямо на проезжую часть, и – к ближайшим домам.

Взвизгнули тормоза.

– Куда прешь?.. Вот я тебе сейчас рога-то пообломаю, коза… – истеричный мужской голос. Хлопнула дверца машины…

Но Даша, ничего не соображая, подгоняемая паническим ужасом, мчалась вперед. Двор. Какие-то железные ворота – полуоткрыты. Сзади – топот, голоса, мат водителя, который только что едва не задавил ее…

Придерживая затылок и чувствуя пальцами что-то теплое, влажное, Даша сделала еще несколько прыжков вперед и обнаружила, что никакой это не двор, а стройплощадка.

Перед ней – огромный котлован с торчащим вверх частоколом арматуры.

Даша хотела повернуть назад, но в этот момент кто-то толкнул ее, и она полетела вниз. Густой, похожий на вату туман полез ей в уши, глаза, нос, рот – и она лишилась разом всех чувств, но перед тем, за мгновение до того, ощутила (а вернее, угадала), как что-то мягкое шлепнулось рядом с нею и коротко тявкнуло. Это было последнее, что она помнила.

* * *

«Он бежал за мной, он летел – он хотел догнать меня. Мой демон, мой черный человек… Он все-таки догнал меня и убил…»

Чьи-то крики, плач. Женский плач.

Даша с трудом открыла глаза. Повернула голову в одну сторону, потом в другую. То, что она обнаружила, поразило ее до глубины души.

Она, Даша, лежала на дне строительного котлована, а вокруг нее торчали прутья арматуры – буквально в нескольких сантиметрах от ее тела. Упади она чуть правее или чуть левее – она была бы уже мертва. Или еще билась в страшной агонии…

Даша нашарила рядом с собой сумочку. Кто-то не пускал сумочку, тянул на себя. Даша поморгала глазами и увидела Нюшу в розовой попонке – та, скаля зубы, тянула сумочку на себя. Выходит, это Нюша свалилась в котлован вслед за ней, и тоже на редкость удачно!

– Кыш! – вяло пробормотала Даша, и пуделек, скалясь, отскочил назад.

– Нюша! Нюша, девочка моя! – Надрывный, словно плач Ярославны, теткин вопль сверху.

– А я, блин, не хочу на нары! Она, блин, прямо мне под колеса… Коза ненормальная!

Даша подтянула к себе сумочку, с трудом расстегнула «молнию». Телефон сразу скользнул ей в руку.

Даша нажала кнопку, экран вспыхнул, перед глазами замаячила кислая физиономия капитана Кедрова… Удачный кадр, нечего и говорить!