Фантастическая женщина - Кенди Шеперд

С тех пор, как садом занялась Шелли.

Она здесь уже две недели и с каждым днем восхищала его все больше и больше. Своим профессионализмом, знаниями, неизменно хорошим настроением. И самое главное, своей красотой. Не слишком ли она хороша, чтобы быть настоящей? Деклан сводил общение с ней к минимуму, но невероятно остро ощущал ее присутствие в своих владениях.

Слишком остро.

Пришлось напомнить себе, что он поклялся не допустить, чтобы другая женщина завладела его мыслями. К этому принуждало чувство вины и сожаление. Сколько бы ни говорили, что он не виноват в смерти Лизы и своей дочери, Деклан продолжал казнить себя. Он должен был среагировать быстрее, когда жена сказала, что схватки очень быстро усиливаются. Не тратить десять минут, чтобы закончить особенно сложную часть программы, которую писал в то время. Эти десять минут могли что-то изменить. Он виноват в том, что был слишком одержим своей работой.

Тупой себялюбивый эгоцентрик. Они с Лизой редко ссорились – это был счастливый брак, – но, когда такое случалось, она обвиняла его именно в этом. Однако не умела долго злиться и уже через несколько минут, смеясь, утверждала, что не то имела в виду. Но Деклан знал, что в этом большая доля правды. Лиза говорила, что не готова к детям. Хотела посвятить еще несколько лет карьере в маркетинге, которым занималась до того, как они поженились. Деклан всячески умасливал ее, уговаривая изменить решение. Ему хотелось как минимум троих детей, чтобы они заняли многочисленные пустовавшие комнаты в их большом доме, могли бы расти, уверенные в том, что желанны и любимы.

И вот чем все закончилось.

Смерть Лизы черной тенью легла на его душу. А Элис… Деклан не мог вынести мысли об Элис, крохотном существе, которое он едва успел подержать в руках, прежде чем его жизнь прервалась.

Их смерть на его совести.

Он не заслуживает второго шанса на счастье.

Шелли достала мобильник. Деклан не мог слышать звонка, но она явно отвечала на вызов, находясь достаточно близко, чтобы он мог заметить, как она улыбнулась.

Она подняла голову и, прикрыв глаза от солнца, посмотрела на дом. Скорее всего, она не видела его, но Деклану не хотелось, чтобы она решила, что он подглядывает. На всякий случай он отошел на несколько шагов в темную глубину кабинета. Здесь, под крышей башни, он и жил, и спал.

В стороне от компьютеров разместилась большая чертежная доска, установленная так, чтобы свет из окон падал на нее наилучшим образом. Деклан уже написал кое-какие предварительные программки для создания образа безымянной принцессы на компьютере. Программные средства не могли бы добавить ничего существенного. Он вернулся к эскизам, которые рисовал углем на бумаге. Этой старой технике Деклан научился у бабушки-художницы. На чертежной доске разложил листы картона, к которым были приколоты наброски головы принцессы-воина, сделанные под различными углами, руки, контуры спины. Рисунок, над которым он работал сейчас, изображал Шелли с распущенными волосами. Повернув голову, она смотрела через плечо.

У старой техники имелись свои ограничения. Как здорово было бы воспользоваться для анимации фантастического персонажа программами, использующими метод захвата движения. Но для этого пришлось бы просить ее позировать ему. Одеть в черный обтягивающий комбинезон из спандекса, который подчеркнул бы каждый изгиб фигуры. Прикрепить к конечностям лазерные датчики и заставить делать необходимые для игры движения. Возможно, где-нибудь в большой профессиональной студии да. Но здесь, в приватной атмосфере его кабинета, нет. Ни за что. Слишком опасно.

Чуть дальше от окна, но по-прежнему в хорошо освещенном месте стоял мольберт с холстом, на котором Деклан делал предварительный эскиз персонажа акриловыми красками.

Рисование стало для него настоящей отдушиной. Он не рисовал многие годы, точнее, ни разу, с тех пор как женился. Сейчас в порыве вновь вспыхнувшего вдохновения он получал огромное удовольствие, придавая образу безымянной принцессы тончайшие оттенки цвета и текстуры.

Первый толчок воображению дала сила, сочетавшаяся в Шелли с теплой, светлой красотой. Создавая новый персонаж, Деклан черпал вдохновение в ее связи с природой. Он вдруг обнаружил, что перебирает в уме божественные воплощения духа природы и плодородия в греческой, римской и кельтской мифологии. Гея, Антея, Флора, Мать Природа.

Свою героиню он изобразил в обтягивающем полупрозрачном комбинезоне, увитом вьюнками и усеянном листьями. Перчатки, закрывавшие руки до локтя и даже чуть выше, казалось, сделаны из тончайшей светло-зеленой кожи. На ногах красовались замшевые ботфорты до середины бедра цвета влажного мха. Для контраста по всей длине вьюнков Деклан разбросал оранжевые бутоны и полураспустившиеся цветы. Было совсем несложно представить Шелли в таком наряде. Подумав об этом, он невольно втянул губами воздух.

Нельзя заходить так далеко.

Лучше, думая о фигуре Шелли, держать воображение в узде.

Деклан намеренно использовал в качестве шаблона для безымянной принцессы тело принцессы Аланы. Да, сильные красивые руки принадлежали Шелли, но пристально присматриваться к груди, бедрам и ногам, чтобы рисовать, Деклан не хотел. Это могло быть неверно истолковано.

Шелли его муза, и все.

Великолепную копну волос принцессы-воина он изобразил несколькими легкими мазками. Если бы только Шелли позволила распустить ей волосы.

Лицо нового творения Деклан скопировал с живого, энергичного лица Шелли с ее чудесным чувственным ртом, волею художника слегка увеличив его. Глазам придал такой же цвет мускатного ореха, как у Шелли, добавив золотистые искорки и опушив длиннющими ресницами, которые имели отношение больше к миру фантазий, чем к природе.

Принцесса была вдохновлена Шелли, но Шелли не являлась. Деклан неустанно повторял себе эти слова. Новую воительницу он создавал в стилистике своих лучших игр. Ей предстояло стать достойной заменой принцессе Алане.

Внезапно в голове мелькнуло имя. Эстелла. Кажется, это имя означает звезду, яркую, блестящую, бесстрашную. Да. То, что надо. Принцесса Алана. Принцесса Эстелла. Годится. И даже отдаленно намекает на «Шелли».

Возможно, ее оружием станут боевые звезды ниндзя, острые и смертоносные. Нет. Это слишком буквально и агрессивно для принцессы Эстеллы.

Оружие Чудо-женщины – золотое лассо правды. Может быть, снабдить Эстеллу волшебным арканом, способным лишать силы? И ловить, не убивая. Деклан не хотел, чтобы Эстелла забирала чужие жизни. Он нарисовал светящийся зеленый аркан, свисавший с плеча.

Отступив назад, он критически осмотрел свою работу. Эстелла выглядела потрясающе. Из нее получится героиня, внушающая трепет. И все же чего-то не хватало. Он должен добавить что-то особенное, характерную черту, отличающую ее от целого моря других компьютерных героинь. Никак не удавалось ухватить это.

Он должен проводить с ней больше времени.

Только чтобы подстегнуть воображение, конечно. Никаких других причин и быть не могло. Разве что посмотреть, как продвигается работа в саду.