Мое седьмое небо - Люси Монро

– Мэдди замечательная.

– Мэдисон сказала Джереми Арчеру, что если компании твоего отца будет что-то угрожать на ее двадцать пятый день рождения, то она переведет все акции своего трастового фонда «Арчер Интернешнл Холдингс» лично твоему отцу.

– Что? Нет, она не могла так поступить!

– Уверяю тебя, именно так она и поступила. Она подписала документы в тот же день.

– Откуда ты знаешь?

– Неужели ты не догадываешься?

Роми не сомневалась, что Максвелл способен раздобыть любую информацию.

– Но ты собираешься вести дела с моим отцом. В этом случае его не тронет даже Арчер.

– Наш контракт составлен таким образом, что я буду угрожать его компании, если он не выполнит определенные условия. – Он не выглядел ни довольным, ни виноватым. Он просто констатировал факт.

– Какие условия?

– Тебе действительно нужны подробности? Достаточно сказать, что я буду полностью контролировать его компанию следующие шесть месяцев.

– Ты не посмеешь отобрать компанию у моего отца. – Она не верила, что Максвелл так жесток.

– Я не планирую ее отбирать. Я проведу в ней реорганизацию и буду использовать как плацдарм для других работ. – Он нисколько не смущался.

– При условии, что я буду приложением к сделке.

Макс кивнул:

– Это только одна часть.

– А какова вторая?

– Твой отец в реабилитационном центре.

– Что? Как? – Она не верила тому, что слышит.

– Это условие нашего контракта. Однако, хотя твой отец уже его подписал и отправился в очень эксклюзивный и закрытый реабилитационный центр, где вероятность его выздоровления более семидесяти процентов, я еще не поставил свою подпись.

– И ты ее не поставишь, если я не выйду за тебя замуж? – Она с трудом верила, что он действует с ней так беспринципно. – Как ты мог играть на его здоровье? Это чудовищно, Макс.

– Не забывай, что у меня в руках его компания.

– Мне все равно.

– Я это понял, – сказал он.

– Значит, ты все предусмотрел. – Максвелл настоящий монстр.

Хотя нет. Он просто безжалостен и прагматичен.

Он очень решительная акула, которая не прочь пустить немного крови жертве, прежде чем начать пиршество.

– Каковы условия вступления в брак? – спросила она.

– Обычные условия с хорошо составленным брачным договором.

– То есть ты не рассчитываешь, что брак продлится долго.

– Нет, – ответил он с жестокой прямотой.

– Дата окончания брака уже известна? – сказала она.

– Не совсем.

– Что это значит? – Год назад он отлично знал, когда готов закончить их непродолжительный роман.

– Любой из нас может расторгнуть брак в любое время.

– Но будут последствия?

– Естественно.

– Для нас обоих. – Она не знала, почему так в этом уверена.

– Точно.

– Почему, Макс?

– Потому что, несмотря на свое неожиданное и довольно непонятное предложение, ты против секса без обязательств. – Он начал обедать, словно они обсуждали дату следующего свидания, а не серьезное дело.

Притворившись беспечной, Роми тоже принялась за еду. Максвеллу незачем знать, что она прячет бурные эмоции.

– Ты сказал, что люди меняются.

– Нет. Я сказал, что меняются обстоятельства. Изменить людей намного сложнее.

– Как ты можешь быть таким умным и одновременно невежественным в определенных вещах?

– В чем я невежа? – спросил он.

– В любви.

Максвелл устало вздохнул:

– Знаешь, я не верю в вечную любовь. Закон о разводе в этой стране позволяет в конечном счете расторгнуть любой брак, когда, если так можно сказать, выйдет срок его годности.

– Нашему так называемому браку ты уже определил срок годности?

– Мы будем мужем и женой по-настоящему. Ты станешь моей, Роми. А я буду твоим, согласно букве закона.

– Ты говоришь как пещерный человек. – Роми нравилось поведение Максвелла. – Или как древний царь.

– А ты подай на меня в суд.

Она чуть не расхохоталась. Однако атмосфера оставалась напряженной.

– Так каков срок годности нашего брака? – спросила она.

– Большинство негативных последствий, изложенных в брачном контракте, аннулируются через десять лет.

– Это целая жизнь!

– С этим я категорически не согласен.

Роми не понимала, как проживет в браке с человеком, неспособным любить, так долго.

– Я спрошу напрямик: ты хочешь заняться со мной сексом?

– Да.

– И ты готов шантажом заставить меня выйти за тебя замуж? – спросила она.

Он протянул ей кусок лепешки:

– Да.

– Ты очень откровенен. – Она взяла хлеб. Ситуация казалась Роми нереальной.

Он пожал плечами:

– В бизнесе нужно чаще всего действовать прямо и откровенно. Условности не изменят реалий.

– Я предложила тебе провести вместе одну ночь.

– Одной ночи мне мало.

– Тебе нужно десять лет.

– Возможно, больше, – сказал он.

– Или меньше.

– Вероятно, ты захочешь развестись первой. – Он говорил так, словно это совсем его не волновало.

– А как насчет верности в браке? – спросила она, будучи совсем сбитой с толку.

– Это не обсуждается.

– А дети?

– Дети? – произнес он, словно впервые услышал это слово.

– Такие маленькие человечки, называющие тебя папой. Ты хочешь, чтобы у тебя были дети, которые называли бы тебя папой?

Он перестал жевать и замер. Роми показалось, что он перестал дышать. Выражение его лица было нечитаемым, но она догадалась, что задела Максвелла за живое.

– Моя мать хочет внуков. – Его слова не совпадали с благоговением в его тоне.

Он снова принялся за еду. Но ему не удалось провести Роми. Он не настолько беспечно относится к их разговору, как кажется. И на то есть причины.

– А ты хочешь ребенка? – настаивала она.

В его серых глазах читалось желание.

– Да. Я хотел бы ребенка.

– Ребенок изменит условия расторжения брака? – спросила она.

– Многие пары с детьми разводятся.