Лекарство для любви - Марион Леннокс

— Как Фантом?

Фил овладело странное замешательство.

— Из комиксов? — улыбнувшись, Дженси кивнула. — Да, только у фантома была целая армия Диан, которые рожали ему маленьких фантомчиков. А у доктора Райли, насколько я знаю, нет ни одной Дианы. Корал, наша старшая медсестра, говорила, что когда-то у него была несчастная любовь. Тсс, — сказала она, когда из-за угла в коридоре показался интерн, который как раз проходил мимо. — Знаю, говорить о личной жизни доктора Чейза с пациентами — это нарушение профессиональной этики, но кто уволит меня при нашей вечной нехватке персонала? Ну, мне пора пойти проведать пациента со сломанной рукой в главный корпус. Я вам больше не нужна? Вы справитесь сами?

— Конечно, — вздохнула Фил.

А что еще могла сказать женщина на ее месте?

— Я надеюсь, вы не сразу уедете из нашего города?

— Я забронировала номер в отеле до воскресенья.

— Ну, тогда хорошенько отдохните, — пожелала Дженси. — Спите, купайтесь в минеральных источниках, сходите на массаж. Но будьте осторожны. Наш доктор Чейз очень рассердится, если ему опять придется вас спасать.

— Не придется, — заверила ее Фил. — Я хочу провести свой медовый месяц в одиночестве. Мне очень нравится эта идея. И никто мне не нужен.

Из отеля принесли ее вещи. Фил оделась и попрощалась с персоналом. Дженси предложила проводить ее до такси, но Фил хотелось еще увидеться с Эми.

Эми лежала в палате вместе с двумя молодыми мамами. Их учили ухаживать за детьми.

— Вы просто потрясающая женщина, — сказала Эми, когда они обнялись на прощание. — Вы и доктор Райли — замечательные люди. Я бы хотела и в вашу честь назвать свою девочку. И, кажется, придумала, как это сделать. Я назову ее Райли Фил.

— Не переусердствуй, — усмехнулась Фил. — Ты практически со всеми в этой больнице подружилась. И, когда вас с малышкой выпишут, ты, еще чего доброго, назовешь ее двенадцатью именами.

— Ну, я здесь надолго не задержусь. Мне не нравится лежать в больнице, — призналась Эми.

— Надеюсь, ты не планируешь сбежать отсюда?

— Не беспокойтесь. Я же обещала доктору Райли быть благоразумной.

— Мы обе ему это обещали, — сказала Фил.

«Как же хорошо, что я ей вчера помогла. Рождение новой жизни всегда побеждает смерть, — подумала Фил, выходя от Эми. — А в моем случае оно еще и победило мысли об этой глупой свадьбе». Она в полной мере сможет наслаждаться медовым месяцем в одиночестве.

Портье провел Фил в ее номер, и она наконец осталась одна.

Отель, где она решила провести свой медовый месяц, был великолепным. За долгие годы Фил успела отвыкнуть от той роскоши, которая была неотъемлемой частью жизни ее родителей. А может быть, она забыла, и тогда отели были не такими роскошными?

Кровать по размерам не уступала небольшому бассейну. На ней возвышалась гора подушек. Ноги утопали в густом ворсе шикарного белого ковра. На двух диванчиках, обитых золотой парчой, тоже были подушки, необычайно мягкие и воздушные. В углу стоял телевизор с огромным экраном. В номере было два больших французских окна, а с балкона открывался вид на море. Внизу Фил увидела огромный квадратный бассейн, тянувшийся до самого пляжа.

Все это было изумительно, но Фил не особенно впечатлило.

Она еще раз оглядела номер, и на нее накатила волна отвращения, знакомого ей с детства, и чего-то еще. Может быть, одиночества?

Фил была единственной дочерью богатых родителей. Как только ей исполнилось шесть лет, ее отправили в школу-интернат. А когда приезжала на каникулы, ее старались воспитывать в соответствии с положением семьи в обществе. Родители всегда брали ее с собой в путешествия по экзотическим странам, но снимали для нее отдельную комнату, расположенную как можно дальше от родительской спальни, чтобы Фил им не мешала. И к тому же нанимали на все время отпуска няню. Они всегда останавливались в шикарных гостиницах, вроде этой, но роскошь не заменяла девочке родительского внимания. Она чувствовала себя очень одиноко в этих чужих гостиницах под присмотром чужих нянь.

Став старше, она смогла настоять на том, чтобы ее оставляли дома. Там, по крайней мере, она знала всех слуг, и рядом всегда был Роджер. Это был единственный друг Фил, которому разрешали приходить к ней в гости, когда родители уезжали. Его не пугали богатство и роскошь ее дома, выставленные напоказ. Она считала Роджера своим лучшим другом, хоть он и был старше ее на три года.

Она еще раз осмотрела номер отеля, который выбрал для них Роджер, и в очередной раз поняла, до какой степени они разные люди. Жуткая усталость навалилась на нее.

В больнице интерн предупреждал ее, что подобные состояния будут периодически к ней возвращаться, но ничего страшного в этом нет.

— Это обычная реакция на шоковую ситуацию, — объяснял он, — не стоит бороться с усталостью. Сон в вашем случае — лучшее лекарство. Просто отоспитесь, и все войдет в норму.

Хороший совет.

Фил вышла на балкон. Перед ней расстилалось бескрайнее море. Все это ей напомнило тот воскресный вечер, когда она так необдуманно пустилась в плавание. Вдалеке одинокий серфер ловко лавировал по волнам.

Она бы тоже сейчас не отказалась от занятий серфингом.

Дальше, у мыса, располагалось кремовое здание больницы Северного побережья. Той самой, всегда шумной и беспокойной больницы, где вечно не хватает персонала и где тем не менее все медики умудряются прекрасно справляться со своими обязанностями. Потому что любят и знают свое дело.

Ей вдруг тоже захотелось там работать.

А почему бы и нет?

О господи! О чем она вообще думает? Работать медсестрой? Здесь?

Она приехала сюда, чтобы провести медовый месяц, а не для того, чтобы найти новую работу. Но Фил никак не могла избавиться от этой мысли.

Как было бы здорово работать медсестрой. Здесь.

Или, может, она хочет устроиться в эту больницу из-за Райли?

Нет. Это было бы глупо. Действительно, глупо.

Но… Работать в больнице, где ты так нужна, стать частью маленького, но дружного коллектива… Это куда лучше, чем работать в огромной клинике, где никому до тебя нет дела. Да, это совсем другое…

Неужели она просто хочет сбежать от своей прежней жизни?

Нет. Когда-то она уже сделала это, выбрав для себя, вопреки воле родителей, профессию медсестры. Это был самый решительный поступок в ее жизни.

Теперь тоже настал момент что-то кардинальным образом изменить. Может быть, устроившись тут, она наконец-то обретет себя. У нее будет свой собственный дом.

— Но они не примут меня на работу, пока мои легкие не придут в норму, — громко сказала Фил и сама удивились, как далеко занесли ее мечты.

Неужели она действительно готова так круто изменить свою жизнь?