Мистер-кудряшка - Нина Князькова

Я нахмурилась и принялась вычислять алгоритмы объективного действия.

– Я бы все узнала про нужный объект. Оценила бы возможность нашего с ним совпадения по главным жизненным критериям. И, если бы объект вдруг подошел мне по всем показателям, то я бы обратила на него внимание в качестве потенциального партнера. – Призналась честно. – Вот только вряд ли из этого что-то получится. – Печально выдохнула.

– Почему?

– Потому что я толстая и некрасивая. Значит, мужик через какое-то время будет изменять мне с красивыми. А то и совсем уйдет к кому-нибудь… красивой. – Передернула я плечами, отгоняя брезгливость.

– Яна Сергеевна, вы явно напрашиваетесь на комплимент. Вы достаточно привлекательны и очень гармонично сложены. – Не дал мне уйти в самокопание мой сегодняшний собутыльник. – И с чего вы взяли, что некий… абстрактный Баранов захочет променять вас на пустоголовую куклу.

– Ну, к примеру, Маринка не настолько пустоголовая, насколько красивая. – Почти обиделась я.

– Уж простите, но у Марины Генриховны полно недостатков в складе характера. Она очень легко поддается порывам и готова рисковать своей жизнью ради каких-то морально-сомнительных целей и идеалов. – Вдруг заявил он.

Я даже глаза выпучила. Если честно, то это первый мужчина, который мне что-то подобное о Маринке сказал.

– Но она не дура. – Настояла я на своем.

– Нет. – Покачал головой Глеб. – Но как по мне, ваша рассудительность более подходящая база для создания крепких отношений.

Я вновь уткнулась носом в бокал. Значит, и Маринка для кого-то не идеальна… Это что ж тогда получается такое?

– А Динка? – Встрепенулась я.

– Она очень меланхолична и привыкла жить лишь в приемлемых для нее рамках. Любая нестандартная ситуация может вывести ее из равновесия. – Пожал он плечами. – Но она тоже девушка красивая. – Добавил, подумав.

– Угу. – Я не могла с этим не согласиться. – А Иринка?

Глеб Степанович отчего-то смутился, поняв о ком я спрашиваю.

– Тоже красивая. – Отделался он стандартной фразой.

– А совместимость с мужским полом? – Не приняла я ответ.

– Ирина… импульсивная девушка. – Вновь попытался он откосить от вопроса, но напоролся на мой взгляд и все же решил ответить. – Она вызывающе честная и слишком открытая, для того чтобы это было для кого-то комфортным.

– То есть, моя рациональность, это не так уж и плохо. – Подвела я итог разговора.

– С мужской точки зрения, ничуть. Но… голову тоже иногда нужно отключать. И глупости делать. У вас же самый возраст, чтобы глупости делать, заводить романы, встречаться с друзьями, с мужчинами. – Глеб посмотрел на меня взглядом абсолютно трезвого человека.

Я же пошатнулась, встав на ноги. Кажется, я все для себя уже выяснила и пора уходить.

– Нет у меня друзей, Глеб Степанович. И мужчин тоже. – Я, осторожно обходя углы, двинулась к двери.

– Ошибаетесь, Яна Сергеевна. Есть у вас и друзья…, и мужчина тоже. – Хозяин дома поднялся следом за мной. – Я вас провожу.

– Не нужно. Я по саду прогуляюсь. – Постаралась отмахнуться и надеть плащ одновременно.

– Значит, погуляем по саду. – Пожал он плечами и набросил на себя куртку.

Погулять не получилось. На улице начался дождь. И ладно бы просто морось была. Зарядил такой ливень, что я, добравшись до дома, промокла до тех самых кружевных трусов, которые мне Баранов приобрел. Глеб Степанович вряд ли был суше, когда довел меня до дверей. Он дождался, пока я войду и убежал к себе. Я же, оставляя за собой некрасивые лужицы, побрела в свою в комнату.

Одежду сняла и сразу же бросила в стирку. Завтра Анастасия Семеновна заберет. Натянула на себя удобную флисовую пижаму, забралась под одеяло в надежде уснуть. Где там. Полчаса проворочалась с боку на бок. Плюнув, села и потянулась к блокноту. Расчертила карандашом лист на три части и принялась записывать данные. На следующем листе расписала статистический вывод, что будет состоять из полученных данных и начала высчитывать. Не хватало логической составляющей, но и без нее обойдусь. Там формул мало и все они уместятся в статистическую погрешность.

– Девяносто четыре процента совместимости? – Ужаснулась я глубокой ночью, глядя на итог.

Ладно, по работе совпадения. По вкусам. По целям на будущее… Но по родителям-то откуда. У меня ж папа, у него мать… Так, у него отец умер, у меня мама. А папа очень переживал и до сих пор переживает за мою личную жизнь. Меня спасает только то, что я в другом городе сейчас нахожусь и папа не пытается меня знакомить со всякими там сыновьями всяких там друзей, которым я жуть как не нравлюсь на первом знакомстве. Они мне, кстати, тоже. И на что это похоже? На девяносто четыре процента совместимости…

Вот после этого я думала, что вообще не усну. Ан нет. Душа почему-то совершенно успокоилась, мозг решил, что с него хватит, и сознание медленно уплыло в непонятно какие дебри, стоило мне только улечься поудобнее.