Последний жених - Алекс Вуд

Агата покупала у миссис Спарк имбирные пряники, и Лили для приличия пришлось купить бутылку лимонада. Ей не терпелось расспросить миссис Спарк о владельце «Вереска», но сделать это при Агате Моллест было невозможно. Агата считала себя выше всяких разговоров о мужчинах. У нее есть ее искусство!

Но Агата как назло уходить не спешила. После имбирных пряников она заинтересовалась корицей, а после корицы – дрожжами. И когда Лили уже начала терять терпение, как вдруг, случайно посмотрев в окно, она увидела…

– Ох, миссис Спарк, Агата, посмотрите! – ахнула Лили, не заботясь о приличиях. – Это же Меган Гилберт и…

Она осеклась. Кто еще мог быть рядом с этой зазнайкой Гилберт, если не новый владелец «Вереска»?

Все три женщины с жадным любопытством прильнули к витринному стеклу. Напротив, у бара дядюшки Фредди стояла машина миссис Траут, отлично известная всему Локерхарт Вэлли. Рядом с машиной о чем-то горячо спорили двое. Мелани Гилберт в брюках и свободной блузе строгого покроя и молодой мужчина в джинсах и светлой рубашке. Мужчина стоял вполоборота к магазину миссис Спарк, и рассмотреть его лицо в подробностях было невозможно. Однако его стройная широкоплечая фигура пленяла с первого взгляда…

У Лили сладко заныло сердце. Черноволос. Он черноволос! Не блондин, не рыжий, не шатен, а самый настоящий брюнет как в любовном романе! Она была права!

– Батюшки, а что ж он такой черный-то? – ойкнула миссис Спарк у Лили над ухом. – Или загорел сильно?

Только тут Лили обратила внимание на то, что обнаженные руки внука миссис Траут были необыкновенно смуглы. Сколько же времени нужно провести на солнце, чтобы так загореть?

– Может быть, он приехал с моря, – робко предположила она.

Тут Меган Гилберт, встряхнув волосами, повернулась и с недовольной миной направилась к магазину миссис Спарк. Наследник пошел за ней, и все три женщины смогли убедиться, что его смуглая кожа отнюдь не результат влияния солнечных лучей.

Лили непроизвольно схватилась за сердце. Этот разрез глаз, иссиня-черные волосы, смуглота… Разве внук миссис Траут не американец?

– Господи, что творится-то… – пролепетала миссис Спарк, как нельзя более точно выражая состояния Лили.

– А что такого? – фыркнула Агата Моллест. – В Америке не одни белые живут. Как и в Англии тоже. Если всю жизнь сидеть в Локерхарт Вэлли…

Агата позволила фразе оборваться, но Лили прекрасно поняла намек. Еще бы Агате не важничать! У нее нет отца-деспота, который не дает ей шагу свободно ступить. Она может ездить, куда угодно, жить, где ей хочется, и поступать так, как ей нравится!

– Старая миссис Траут жутко разозлилась бы, если бы узнала, что Мария связалась с негром, – с убеждением произнесла миссис Спарк.

– Да что вы такое говорите?! – возмутилась Агата. – Во-первых, не с негром, а с арабом, скорее всего. А во-вторых, в этом нет ничего ужасного. Этот ваш наследник «Вереска» очень интересный мужчина, между прочим…

Дверь магазина с шумом распахнулась. Лили, Агата и миссис Спарк бросились врассыпную. Миссис Спарк – за прилавок, Агата к ящику с пряниками, Лили отпрянула к противоположной стене. На пороге стояла Меган Гилберт, а из-за ее плеча выглядывал предмет их разговора.

Щеки Лили запылали. Видела ли Меган, как они разглядывали их сквозь витрину? А, главное, слышали ли они хоть что-нибудь из их неосторожной беседы?

– Добрый вечер, – громко произнесла Метан. – Как поживаете, миссис Спарк?

– Б-благодарю вас, ничего, – заикаясь, ответила хозяйка магазина. – Что желаете, мисс Гилберт?

– Десять пачек черного чая, – отчеканила Меган.

Невооруженным глазом было видно, что она не в духе. И Лили была готова поспорить на что угодно, что причина ее дурного настроения заключалась в неком черноволосом джентльмене за ее спиной.

Вблизи наследник «Вереска» был чудо как хорош. Может быть, кожа у него и темновата. Но не могло быть никаких сомнений в том, что это самый красивый мужчина из всех, что Лили Вандемир видела за свою короткую жизнь. Он обладал всем, что требовалось для героя романа: чудные черные волосы, выразительные, переворачивающие душу глаза… Он был высок и прекрасно сложен, да к тому же наследник безумно богатой (по слухам) старухи… Загадочное происхождение только подстегивало интерес к его персоне.

Агата Моллест права, неохотно признала про себя Лили. Действительно очень интересный мужчина.

– А вы, мистер, что желаете? – добродушно спросила миссис Спарк. Она уже оправилась от первого шока и вела себя так, как и подобает радушной хозяйке магазина. – В первый раз в Локерхарт Вэлли?

– Да, – кивнул мужчина. – Зашел познакомиться. Я Алекс Бэрринджер, внук покойной миссис Траут. Только вчера приехал.

И подал руку миссис Спарк. Та разрумянилась от такого внимания и с явным удовольствием пожала крепкую ладонь Алекса.

– Очень приятно, мистер Бэрринджер, – ласково сказала она. – А я Элизабет Спарк, хозяйка этого самого магазина.

Она с гордостью раскинула руки, демонстрируя свои владения.

– У вас отличный магазин! – улыбнулся Алекс. – И пахнет тут замечательно.

– Это все пряники имбирные, попробуйте, – смело сказала миссис Спарк и протянула Алексу светло-коричневую звездочку.

Лили была уверена, что он откажется. Разве может загадочный наследник запросто есть пряник? Но Алекс Бэрринджер надкусил пряник, да еще похвалил его!

– Значит, заходите ко мне почаще, – лукаво усмехнулась миссис Спарк. – Буду для вас самые вкусные оставлять.

Лили только поражалась неслыханной смелости хозяйки бакалейного магазина.

– А то с прошлыми обитателями «Вереска» у нас не очень теплые отношения сложились… – Миссис Спарк метнула на Меган Гилберт уничтожающий взгляд. – Но при вас, я уверена, все пойдет по-другому.

У Лили перехватило дыхание. Вот так миссис Спарк. Не зря она пользуется в деревне таким авторитетом.

– Несомненно, – поддержал ее Алекс.

И, повернув голову, вдруг заметил Агату Моллест, скромно стоявшую у прилавка. Проследив за его взглядом, миссис Спарк на правах хозяйки сказала:

– Ну, раз начали знакомиться, так надо продолжить. Это мисс Агата Моллест. Она картины рисует.

– Правда? – восхитился Алекс, здороваясь за руку с Агатой. – Вы художница?

– Тешу себя надеждой, что это именно так, – ответила Агата, явно рисуясь.

Лили немедленно возненавидела ее. Какое право это тощая коза имеет строить глазки Алексу?

– А что именно вы рисуете?

Лили не без злорадства отметила, что радушия в тоне Алекса значительно поубавилось. Видимо, ужимки Агаты Моллест не произвели на него впечатления.

– Пытаюсь запечатлеть красоту природы, – томно вздохнула Агата.