Шанс переписать прошлое - Кэролли Эриксон

— После того как раскрыли дело Карсона, кто‑то из ваших обмолвился, что обнаружилась улика, связанная с прежними похищениями. Но никто и никогда не говорил, что это за улика. — Она постучала пальцами по лежавшей на столе папке. — И я решила, что ты приехал сюда именно ради новой улики.

— Если ожидаешь бомбы, будешь разочарована. Ничего серьезного.

— И все же сюда прислали агента ФБР, который заново открывает нераскрытое дело.

— Агента ФБР, которому сейчас все равно нечем заняться.

— Дюк, я слышала, что случилось с твоим напарником. Прими мои соболезнования.

— Но ребенка мы спасли. Тони, мой напарник, не хотел бы, чтобы все вышло наоборот, и я не оправдываю наше решение. Мы оба шли на тот склад с широко открытыми глазами, оба понимали, чем рискуем. Мы хотели рискнуть! Поверь мне, я охотно получил бы ту пулю вместо Тони.

— ФБР тебя ни в чем не обвиняло. Я рада, что ты здесь. — Бет опустила чайный пакетик в кипяток. — Твой босс ждет от тебя результатов?

— Мик всегда ждет результатов. Дело «Тимберлайнского трио» вот уже двадцать пять лет портит репутацию ФБР.

— Может быть, Микки Тедеско знает, что именно ты способен все исправить.

— Сомневаюсь.

Официантка склонилась над их столиком:

— Что будем заказывать?

Дюк полистал меню.

— Я еще не смотрел.

— Давайте сначала я. — Бет ткнула в меню: — Овсянку с коричневым сахаром, орехами, бананами, а ягоды у вас есть?

— Свежая черника.

— Отлично!

Дюк заказал французский тост и бекон.

Когда официантка ушла, он обхватил пальцами чашку.

— Не понимаю, почему ты сразу не связалась с Брайсами, не рассказала им о своих догадках и не провела тест ДНК.

— Тебе ведь известно о Брайсах?

— Что они очень богаты? Да, известно.

— Ты не думаешь, что они с подозрением отнесутся к женщине, которая вдруг заявит, что она и есть их пропавшая дочь?

— Ты и сама богата. Их деньги тебе не нужны.

— Я далеко не так богата, как Брайсы. Знаешь, сколько своего богатства мои приемные родители оставили всяким благотворительным фондам?

— Да, ты говорила, но сейчас я о другом. Ты не какая‑то нищенка, которая мечтает поживиться.

— Я бы не стала подвергать их таким испытаниям только на основании своего чутья.

— Теперь ты говоришь о чутье? — Он наклонил голову. — Вчера вечером ты была на сто процентов уверена, что ты и есть Хизер Брайс.

— Просто все сходится. Не могу тебе объяснить. Даже если бы в Тимберлайне не произошло нового похищения, меня все равно влекло бы к этому городку.

— Пожалуй, я расскажу тебе, что за новую улику мы открыли. Ничего секретного в ней нет… — Дюк придвинул к себе папку. — Дело касается наркотиков — точнее, рынка метамфетаминов.

— Наркотиков? Как наркотики связаны с тремя похищениями?

— Найти связь — моя задача. Двадцать пять лет назад полиция расследовала только похищение и не занималась другими видами криминальной деятельности в здешних краях. Управление шерифа Тимберлайна не откровенничало с ФБР о наркоторговле. Кто знает, почему? В таких крупных делах всегда проявляются мелкая зависть и соперничество между местными правоохранителями и ФБР.

— Значит, ФБР обнаружило, что в то время, когда здесь похитили трех детей, в Тимберлайне широкое распространение получила торговля наркотиками.

— Да, и мы получили много сведений от Биндера, твоего знакомого с велосипедом.

— Он, конечно, и сам был в чем‑то замешан. Его за наркотики посадили?

— Он сидел не раз, но сроки были небольшими. Можно сказать, качество он возмещал количеством отсидок.

— Думаешь, здесь торговали людьми за наркотики?

— Есть такая версия.

— Какой ужас! Почему похитили детей?

— Их могли похитить случайно — просто подвернулась такая возможность. Им не повезло оказаться не в том месте, не в то время.

— Все равно материала немного.

— Я же тебе говорил — меня сослали в Сибирь. Теперь расскажи, что ты намерена делать. Как ты собираешься доказать, что ты — Хизер Брайс?

— Стыдно сознаваться, но мне казалось, что стоит мне сюда приехать, как ко мне вернется память о прошлом.

— Мне жаль, Бет.

Она подняла на него глаза и моргнула.

— В самом деле?

— Мне жаль, что твои родители были такими холодными. Я всегда думал, что тебе повезло больше, чем мне: деньги, частные школы, каникулы на курортах. Но ты страдала не меньше моего.

— Дюк, я бы никогда не стала сравнивать мою жизнь в роскоши и твою, с таким отцом.

— Меня хотя бы мама любила… а я не сумел спасти от этого человека ни ее, ни сестру.

— Наши отцы — две стороны одной медали, верно?

— А теперь ты хочешь найти своих настоящих родителей. Но что, если все закончится не слишком хорошо?

— Хочешь сказать, что будет, если выяснится, что я — не Хизер Брайс, которую любили родные и по которой они скучают?

— Ты справишься с разочарованием?

— Конечно. — Бет принялась за овсянку, скрывая смущение. Девушка была убеждена, что она — Хизер.

— Когда ты начнешь брать интервью? Постараюсь уговорить помощника шерифа Ангера пообщаться с тобой. Может, если его мама по‑прежнему живет здесь, она расскажет тебе о семье Хизер.

— Я думала, что ты не станешь помогать мне с расследованием.

— Сейчас тебя не интересуют твои «Хроники», ты ведешь следствие в своих личных интересах…

— Дюк, дело всегда было не только в уликах. — Она наклонилась вперед. — Не знаю, как ты можешь мне верить после всего, что у нас было.

— Бет, ты меня использовала — грубо и откровенно.

— Я унесла досье из твоей комнаты после того, как провела с тобой ночь, но я провела с тобой ночь не ради досье. Как ты мог подумать?

— Легко. У нас был секс, потом ты исчезла на рассвете и прихватила с собой мое досье.

— Я хотела быть с тобой не из‑за досье.

Она вздохнула и выронила ложку, осознав, что действительно хочет быть с Дюком Харпером. Но она должна признаться ему еще кое в чем.

Он развернул к ней папку.

— Хочешь взглянуть или тебе интереснее взять материалы тайком?

— Я взгляну.

Бет пролистала документы. Очевидно, в Тимберлайне процветала торговля метамфетаминами, пока экономика городка была на подъеме.