Под покровом светлых чувств - Марион Леннокс

Чарли отвернулась и устремила взгляд на нелепый суперкар, жалея, что тот не сгорел дотла.

— Убирайтесь с моей земли! — наконец выдавила она. — Мне плевать, что ваша машина разбита. Убирайтесь отсюда немедленно, или я позвоню в полицию, и вас арестуют. Хотя, если подумать, я в любом случае должна им позвонить. Ваш дядя…

— Чарли, он не имеет ко мне никакого отношения!

— Неужели? Вы ведь сказали, что прибыли сюда по семейным делам. Так где ваш дядя теперь? Считается, что он покончил жизнь самоубийством, вот только полиция утверждает, что он лишь инсценировал свою смерть, а сам сейчас скрывается в Бразилии или где-то еще. Но где бы он ни находился, наверняка продолжает выманивать у стариков последние деньги, представляясь лордом Как-его-там-сегодня-зовут. — Чарли запнулась. — А может, он все еще в Австралии? Вот почему вы здесь! Чтобы помочь ему сбежать! Как бы то ни было, не хочу иметь с этим ничего общего. И с вами тоже. Меня не волнует, замазаны ли вы в аферах вашего дяди, Брин Морган! Если, конечно, это ваше настоящее имя. Хватит с меня лжи и мошенничества! И я не так доверчива, как бабушка. Даже не собираюсь благодарить вас за спасение Корделии и Флосси. Убирайтесь с моей земли, точнее, с земли банка! Сейчас же!

Чарли повернулась и побежала к дому.

Став лордом Карлайлом из Баллистоун-Холла, Брин решил, что приложит все силы для заботы об огромном фамильном поместье, чтобы с гордостью передать его следующему наследнику. Он много работал, не чурался тяжелого физического труда, и дела пошли в гору, в том числе и у многих фермеров, арендующих его земли. А крупный рогатый скот, выращиваемый в Баллистоуне, постепенно становился известным во всем мире.

Несмотря на это, Брину не приходилось самому заботиться о своем комфорте. В конце дня его всегда ждали уже готовые горячая ванна и отличная еда.

Да уж, окажись сейчас рядом прислуга, она бы очень помогла. Брин был весь в грязи. Его куртка осталась где-то в доме, испачканная кровью Флосси. На нем были только легкая рубашка, брюки и туфли. Пока Брин возился, вытаскивая Корделию, он не мерз в такой одежде, но теперь начал ощущать холод. Дом позади него выглядел прочно запертым. В ушах еще звучал эхом звук захлопнув-шейся входной двери.

Брин провел пальцами по волосам, и на его руке остался большой кусок грязи. Сложно не испачкаться, выкапывая корову из болота.

Брину нужен был его телефон, который лежал сейчас на пассажирском сиденье спорткара. В машине имелась и смена одежды. Если суметь попасть в салон автомобиля, можно взять одежду, телефон, вымыться в сарае, а потом позвонить и попросить о помощи. Можно даже позвонить в полицию и заставить местного сержанта объяснить Чарли, что Брин вовсе не такой подонок, как она считает.

Вот только захочет ли она его слушать? А Бри-ну очень хотелось, чтобы она его выслушала. Почему? Неужели потому, что он… Нет! Не хватало еще в довершение всех проблем в кого-нибудь влюбиться! Но почему он подумал об этом именно сейчас? Странно.

Когда Брину было девятнадцать лет, он потерял своего отца, дядю, кузена и сестру-двойняшку в одной страшной трагедии. Горе, которое он ощутил в тот день, не отпускало до сих пор. Конечно, впоследствии Брин пытался заводить романы с женщинами, но в тот момент, когда он чувствовал, что слишком сближается с кем-то, снова возникал страх потерять этого человека, и Брин разрывал отношения.

Но он не сдерживал себя прошлой ночью или этим утром. Он обнимал Чарли так, будто она была ему дорога.

А ведь эта женщина и в самом деле ему небезразлична. Почему? Наверное, он на время забыл о реальности. Последние несколько недель, когда Брин оказался вдали от дома, да еще втянутым в грязные делишки своего дяди, его обычная защита не сработала. Но скоро обязательно сработает. Он это знал.

«Отступись от Чарли, — сказал себе Брин. — Можешь ей помогать, быть ей другом, но не более того».

— Но ей не нужна твоя дружба, — возразил он сам себе вслух. — Чарли думает, что ты такой же плохой, как твой дядя. И это даже к лучшему. То, что произошло прошлой ночью и этим утром, было лишь временным помрачением ума. Надо двигаться дальше.

Отбросив мысли о Чарли, Брин посмотрел на свою машину. Добраться до нее мешала куча спутанных, сломанных ветвей. Огромный сук заблокировал пассажирскую дверь, чуть меньший — дверь водителя, а еще один рухнул прямо на двигатель.

Брин оглянулся на дом, но все шторы были задернуты. Оттуда бесполезно ждать помощи. Он не винил Чарли. То, что сделал его дядя, было ужасно. Брин думал, что Томас обманывал только фермеров, выращивающих коров герефордской породы. Если бы он догадался, что бабушка Чарли тоже стала жертвой обмана, он объяснил бы это раньше, но сейчас было слишком поздно.

«Ладно, — сказал себе Брин, — хватит размышлять о Чарли! Надо сосредоточиться и придумать, как добраться до одежды и телефона».

Он вспомнил, что видел в сарае древнюю косу, которой фермеры косили траву лет сто назад, а еще старые пилы. Брин с тоской подумал о бензопилах в Баллистоуне. Впрочем, тут уж не до выбора…

Брин пытался подобраться к своей машине. Чарли твердила себе, что не стоит наблюдать за ним. Она плотно заперла двери, приняла душ и согрелась. Пора было забыть об этом проходимце, но она все еще дрожала от гнева при мысли, что он находится на ее земле, и размышляла, надо ли позвонить в полицию. Полицейские, наверное, заинтересуются им.

Она стояла у окна наверху, в спальне бабушки, и следила за Брином через щель между шторами.

Он снял с себя рубашку, или, может быть, та порвалась, пока Брин продирался сквозь ветки. Голый по пояс, он размашисто и размеренно водил пилой.

Строительные инструменты на ферме не использовались с тех пор, как почти десять лет назад умер дедушка, и пила наверняка заржавела.

«Вот и отлично!» — злорадно подумала Чарли, вернулась вниз и отыскала в ящике комода глянцевую брошюру, которую показывала ей бабушка. На обложке был изображен потрясающий герефордский красно-белый бык — эту породу даже Чарли могла узнать. На заднем плане виднелось что-то похожее на замок, окруженный горами. Внизу было написано: «Уникальная возможность получить образцы спермы от быков из стада лорда Карлайла из Баллистоун-Холла».

В тексте брошюры приводились цитаты из статей самых уважаемых журналов о сельском хозяйстве Великобритании, например, такая: «То, что сделал лорд Карлайл, привело к невиданному улучшению качества породы».

А далее следовало: «Образцы спермы продаются только при условии, что весь родившийся приплод вернется обратно нашей компании. Если вы не хотите приобретать сперму герефордов, у вас есть шанс раз в жизни вложить деньги в разведение этой удивительной породы».

Далее описывались ошеломляющие результаты тщательного разведения герефордских коров. Текст сопровождали фотографии пробирок с образцами бычьего семени, на упаковке которых был оттиснут фамильный герб Карлайлов, и указывалось, что каждый образец имеет номерной сертификат подлинности. От обилия научных данных у Чарли зарябило в глазах.