Верность виконтессы. На службе Ее Величества - Софи Нордье

- Где же вдвоем? - смущенно улыбнулась виконтесса. - За вами последует огромная женская компания: я, дочь и две служанки.

- Ого! Похоже, я погорячился, так быстро предложив свою помощь.

Они расхохотались. Искренний смех окончательно снял напряжение после вчерашнего недоразумения.

- Ничего, справлюсь. - Алексей вновь перешел на серьезный тон. - Главное - тщательно спланировать ваш побег. Основное же в подготовке - это убедить Хайфу, что мы с вами стали любовниками.

Сабина отшатнулась, будто от пощечины.

- Не переживайте, - хмыкнул новгородец, - вчерашняя попытка больше не повторится. Поверьте, я тоже самолюбив.

Вопреки веселому тону в его глазах появилась печаль, и Сабина невольно повторила:

- Простите.

- Перестаньте извиняться! Я же предложил все забыть. Итак, вернемся к инсценировке наших любовных отношений, а точнее к тому, почему мне в голову пришла такая идея. Вы знаете, что не так давно вернулась Зарима?

Сабина кивнула.

- Она меня, разумеется, избегает, но однажды мне удалось с ней поговорить: я хотел попросить прощения за невольно доставленные ей неприятности. Естественно, Зарима принялась обвинять меня во всех смертных грехах и после очередной истерической реплики в сердцах выдала, что Хайфа намеренно сближает меня с христианкой, то есть с вами. Хозяйка настойчиво добивается, чтобы мы с вами стали любовниками. Я давно подозревал Хайфу в подобной игре, только не пойму, зачем ей это надо?

После слов Заримы в голове Сабины всё выстроилось в логическую цепочку. Значит, ее утреннее умозаключение верно! Больше никаких угрызений совести в отношении Хайфы у нее нет, ведь та бессовестно использовала ее в качестве приманки, чтобы встретиться с Габриэлем. Не зря говорят, что в любом самом благом и с виду бескорыстном действии нужно искать скрытый личный мотив.

Сабина решилась сказать то, о чем умалчивала раньше:

- Всё очень просто, Алексей. Мой супруг в молодости попал в плен к сарацинам, а потом несколько лет жил с Хайфой. Очевидно, она вознамерилась его вернуть, а для этого ей необходимо опорочить меня в глазах мужа.

- Вот и решилась задачка, над которой я бьюсь полгода! И решение, как обычно, до банальности простое! - воскликнул Алексей. - Получается, вы почти год живете в доме бывшей любовницы собственного мужа? Чего только не случается в жизни!

Он расхохотался. Сабина побоялась, что ее обвинят в скрытности и неискренности. Но Алексей оказался выше мелких пересудов.

- Ну что ж, тогда мой план тем более надо воплотить в жизнь, - отсмеявшись, продолжил он. - Уверовав в то, что мы с вами стали любовниками, Хайфа потеряет бдительность, и нам будет проще воспользоваться подходящей ситуацией.

- Наверное, вы правы. Манон и Клеменс тоже стоит посвятить в наш план.

- Зачем? Есть простая истина: чем меньше людей посвящено в тайну…

- Поверьте мне на слово - это необходимо! Они тоже могут поверить в то, что я сплю с вами. Обвинить меня в распутстве, конечно, служанки не посмеют, но могут интриговать против вас. У обеих за плечами тяжелый опыт, и они знают, как доставить неприятности мужчинам.

- И эту ужасную компанию я должен вывезти из Дамаска и доставить в Константинополь? - Алексей притворно ужаснулся.

Они вновь расхохотались, и Сабина ощутила привычный комфорт при общении с ним. А вчера из-за глупой похоти она чуть не лишилась его расположения.

- Последний вопрос на сегодня - и спать.

- Слушаю. - Новгородец мягко улыбнулся.

- Давно хотела спросить, но все не решалась. Что вы пообещали Будур за помощь в похищении Креста?

- Жениться на ней, - честно признался он.

- Выходит, вы обманули доверчивую девушку? Вам не стыдно?

- Самую малость. Будур не глупа и должна понимать, что я не смог бы на ней жениться, даже если бы полюбил. Мои родители наверняка давным-давно подобрали для меня родовитую невесту.

- С таким женихом, рыскающим по свету, она рискует состариться в девицах, - прыснула Сабина. И вдруг серьезно спросила: - Алексей, вы готовы подчиниться родителям и прожить жизнь с нелюбимой женщиной? Мне казалось, вы не сторонник светских условностей…

- Моя любимая замужем. Поэтому какая разница, на ком жениться? - отрезал он.

Бейрут. Ноябрь 1235 года

Полная луна висела низко над горизонтом и хорошо освещала дорогу беглецам. Ночь для начала ноября была уж слишком прохладной, и все закутались в теплые шерстяные плащи. Беглецы проскакали галопом более двух лье и перешли на рысь. Неожиданно за спиной раздался приближающийся цокот копыт. Обернувшись, Алексей разглядел одинокого всадника и предложил всем остановиться. Едва ли тот рискнет вступить в стычку с небольшой кавалькадой, а вот им не мешало бы выяснить: случайный он путник или преследователь? Однако и всадник остановился на безопасном расстоянии, рассматривая их. Алексей проехал немного назад, Клеменс двинулась за ним. Даже ночью ее зрение оставалось острым. Она почти сразу же прошептала:

- Этот мужчина часто следил за нами, когда мы прогуливались по городу.

- Это человек Малика?

- Да.

- Почему он преследует нас в одиночку?

Вместо ответа Клеменс повернула лошадь боком к преследователю и, спрятав за ней руки, зарядила арбалет.

- Достанешь? Он далековато стоит, - усомнился Алексей.

Но замок уже щелкнул, и седок, даже не вскрикнув, с пробитой грудью завалился на холку своего коня.

- Придется пристрелить и животное.

- Жалко, - ответила Клеменс.

- Надо! Иначе конь вернется к городским воротам и сразу же поднимется шум. А так мертвеца найдут лишь утром, а то и ближе к обеду. Пока выяснят, кто он таков, пройдет немало времени. Мы уже будем далеко.

Клеменс выпустила следующий болт. Лошадь протяжно заржала и повалилась на бок, подминая под себя мертвого седока.

К Алексею подъехала Сабина, и тот шепнул, что Клеменс узнала преследователя.

- Шпион, скорее всего, был не уверен, что это мы, и решил удостовериться, - тихо высказала предположение виконтесса. - В доме хозяина большой праздник, поэтому за ложную тревогу слуге могли и голову снести.

- Возможно, - рассеянно бросил Алексей, продолжая напряженно вслушиваться в ночную тишину.

Сабина заглянула под край покрывала у себя на груди, где сладко спала малышка: скачка убаюкала ее. Еще в оливковой роще Манон сделала из плотной ткани подобие люльки с длинными концами, которые обвязала вокруг шеи Сабины, пропустив одну из завязок под ее рукой. Получилось довольно удобно: руки оставались свободными, а Элиан была перед глазами.

- Все спокойно, можем ехать, - решил Алексей.