Любовное зелье для плейбоя - Андреа Лоренс

— Недели не хватит.

— Ну, я заплачу им столько, что они успеют. Я не могу оставаться в отеле дольше недели. Мне, Ноксу и Таре будет тесно даже в самом просторном номере люкс.

— Ты серьезно собралась переехать в отель? — Айдан скривился.

— Да, — сказала Вайолет, не понимая, почему он подумал, что это странный выбор места для проживания. — Я уже забронировала номер. Мы не можем оставаться в квартире. Тара уже собирает свои вещи и вещи Нокса.

— Ты не можешь переехать к родителям?

Вайолет подавила смех, закрыв рот рукой и тихо покачав головой. Она не поедет к родителям.

— Нет, спасибо. Я предпочитаю жить в отеле. Я рассказывала тебе о своих родителях.

Его голубые глаза оглядывали комнату, словно в поисках ответа, но Вайолет сомневалась, что он найдет его среди мокрой древесины и изоляционной плитки.

— Ты можешь переехать ко мне, — произнес Айдан.

Вайолет нахмурилась.

— К тебе? Не говори ерунды.

— Это не ерунда, — сказал Айдан. — Ты была у меня раньше. У меня есть две просторные спальни и полностью оборудованная кухня. Я почти все время работаю, поэтому я не буду вам докучать. Это всего на неделю. И у меня будет шанс побыть с Ноксом.

Вайолет старалась не обижаться на то, что Айдан не был слишком заинтересован в том, чтобы провести больше времени с ней. Однако его предложение спровоцировало у нее несколько важных вопросов.

— Спасибо за предложение, но спальни только две. Как их поделят между собой три взрослых человека и ребенок?

— Тара и Нокс могут ночевать в гостевой комнате. Там стоит двуспальная кровать. Ты можешь спать в моей комнате. А я… — Голубые глаза Айдана уставились на нее из-под густых рыжих бровей.

От волнения у нее скрутило живот. Разделять с ним квартиру, спальню, кровать… Не важно, сколько времени она проведет в его жилище: неделю, день или час. Вайолет сомневалась, что у нее хватит сил, чтобы держаться подальше от Айдана. Она по-прежнему вспоминает, как он стоял в ее спальне с голой грудью. Она приложила все усилия, чтобы не провести пальцами по рыжим волоскам на его груди и ноготками по твердым мускулам его живота.

— Я буду спать на диване, — заявил он.

Похоже, усилия ей прикладывать не придется.

Но даже в этом случае она не могла принять его предложение. В отеле у них будет еда и регулярное обслуживание номеров.

— Нет, Айдан. Я не буду тебе навязываться. Мы устроимся в отеле. Через час за нами приедет фургон.

Айдан схватил ее мобильный телефон с кухонного стола и протянул его Вайолет.

— Отмени бронирование номера.

— Что? Зачем? — Вайолет взяла у него телефон, не собираясь никуда звонить. Она засунула телефон в задний карман джинсов.

— Потому что я не разрешу тебе и моему сыну жить в отеле, когда вы можете жить у меня.

— Разрешение? — резко спросила Вайолет. Она не привыкла просить разрешения у кого-либо. Когда-то родители критиковали каждый ее шаг. Став взрослой, она решила им противостоять. Слишком рано она узнала, что в мире полно людей, особенно мужчин, которые с радостью будут контролировать ее жизнь и ее деньги. Но она не выигрышный билет в лотерею.

— Кто ты такой, чтобы давать мне разрешение? Я взрослая женщина, мать-одиночка, которая принимает решения самостоятельно.

Айдан округлил глаза, поняв, что сморозил глупость, и поднял руки.

— Это не то, что я имел в виду. Я знаю, ты сама принимаешь решения. Я просто хочу сделать тебе приятное. Ты помогла мне с получением гранта и начала процесс совместного опекунства с Ноксом. Я мало что могу сделать для тебя или Нокса. Я уверен, в отеле условия намного лучше, чем у меня. Но я прошу тебя подумать над тем, чтобы переехать ко мне. Позволь мне сделать это ради вас.

Вайолет вздохнула и скрестила руки на груди. Умоляющему выражению лица Айдана было трудно сопротивляться. Она знала, что у нее непростой характер. Несколько ее друзей и мужчин, с которыми она встречалась многие годы, говорили ей об этом. Покупка подарков для нее казалась невозможной. Что можно подарить человеку, который способен в буквальном смысле слова купить себе практически любую вещь? Она могла оплатить любые услуги и помощь, которая ей когда-либо понадобится.

Но истинную доброту за деньги не купишь. Айдан наверняка хочет сделать ей приятное. Не для того, чтобы произвести на нее впечатление или следить за ней, а потому, что он хотел быть хорошим. Из того, что она помнила, у него была миленькая квартира, но не в центре города. Вайолет вспомнила, как Айдан говорил ей, будто эта квартира — единственное, что осталось от его прежней жизни, хотя она не помнила, что он тогда имел в виду.

— Хорошо. Мы попробуем. Но если нам придется туго, мы переедем в отель.

— В случае чего я сам помогу вам перебраться в отель. — Широкая улыбка Айдана была для Вайолет лучшей благодарностью. — Но я думаю, вам у меня будет здорово.

Вайолет не была так в этом уверена, но знала, что это будет лучшей альтернативой, чем проживание в затопленной квартире в ближайшие дни.

— Спасибо, Айдан. Ты очень любезен. Надеюсь, мы не заставим тебя пожалеть об этом. У Нокса режутся зубки.

— Не беспокойся. Я так много пропустил, что с радостью побуду с ним, пока у него режутся зубы. И с тобой, — прибавил он, многозначительно посмотрел ей в глаза, а потом быстро переключил внимание на наручные часы. — Я побегу домой и приберусь там до вашего приезда. — Он написал адрес на листе бумаги и протянул его ей вместе с латунным ключом. — Мне надо быть в «Мерфи» около двух часов, поэтому, если вы не приедете к этому времени, вам понадобится ключ.

Вайолет взяла адрес и ключ.

— Спасибо, Айдан.

Он кивнул и быстро вышел за дверь. Вайолет уставилась на ключ в руке. У нее засосало под ложечкой. Судя по всему, она приняла неправильное решение остаться с Айданом. Ей нужно быть с ним очень осторожной и не начинать новые отношения.

Но они проживут у него всего неделю, верно?

Обреченно вздохнув, она поднялась по лестнице в детскую и сообщила Таре о внезапном изменении планов.

Айдан спокойно отпер дверь в свою квартиру и проскользнул внутрь, не зная, что там увидит. Ему пришлось уходить на работу в тот момент, когда Вайолет и Тара распаковывали вещи. Он звонил домой несколько раз, и Вайолет настаивала, что у них все в порядке, но он не был в этом так уверен. В ее голосе слышалась тревога. Хотя у нее был очень тяжелый день, который начался с мокрых лодыжек и закончился в квартире другого человека.

В квартире было темно и тихо. Казалось, ничего не изменилось, если не считать детских бутылочек в сушилке у раковины, детской коляски в фойе и Вайолет на диване с книгой.

При свете лампы она казалась ангелом. Ее длинные темные волосы были уложены в свободный пучок на голове; на ней была темно-синяя шелковая пижама. Она читала книгу. Айдан никогда не видел ее такой красивой, свежей и расслабленной.