Хозяйка чужого дома - Татьяна Тронина

– Как тебе? – гордо спросил Костя.

– Неплохо, только пыли многовато…

– Это не проблема. Идем дальше, – он повел ее в дальнюю комнату, где стояли широкая тахта и пара раскладушек в углу. – Видишь, здесь вполне можно переночевать.

– Костя, я не знаю… – нерешительно начала она. Он стоял перед ней, большой, с блестящими, оживленными глазами, ловя каждое ее слово, готовый выполнить, кажется, любую ее прихоть. – Я очень не люблю ночевать в чужом месте.

– Я тебе так неприятен? – вдруг тихо спросил он.

– Что ты! – удивилась Лара. – Что за странный вопрос, я же говорю…

Повисла пауза – очень недолгая, в пыльной холодной тишине, лишь из-за пожелтевших стекол смутно доносилось птичье щебетанье. Яблоневые ветви, качаясь на ветру, бросали длинные перекрещивающиеся тени на деревянный пол, и Лара почувствовала себя здесь точно в могильном склепе, словно жизнь осталась там, за порогом дома. Он сделал шаг ей навстречу, что-то мелькнуло в его глазах, дрогнули губы – и в ту же секунду Лара поняла, что он хочет ее поцеловать.

– Тихо! – сказала она, подняв палец. – Кажется, нас зовут.

Она сделала вид, что ничего не произошло. А ведь правда, в самом деле ничего не произошло! Как будто и не было того странного мгновения, когда они стояли друг перед другом и что-то холодное, жестокое вдруг дохнуло на них, чуть не заставив их броситься друг другу в объятия.

Игорь во дворе пытался развести огонь в мангале, но у него ничего не получалось.

– Костя, спирт есть? – крикнул он.

– Минуту…

В саду, под солнцем, было так хорошо, такое нежное тепло шло от земли, что Ларе все произошедшее в доме показалось ерундой. Она так и сказала себе, садясь на лавку рядом с Еленой: «Мне показалось…»

– Елена, ты что разглядываешь?

Елена, продолжая лежать на животе, подперев голову ладонями, задумчиво ответила:

– Здесь песок, щепки, трава. Я вот думаю…

– Рисовать ей хочется! – весело крикнул Костя. – Я ее знаю, у нее манера такая – смотрит-смотрит, а потом как начнет рисовать! Лялька, может быть, не здесь и не сейчас?

– Но я только смотрю, – лениво откликнулась та. – Скоро будем есть?

– Шашлык не скоро, но все остальное уже давно на столе.

Лара ничего не сказала, хотя ей показалось очень странным занятие Елены. Ха, разглядывать землю под ногами… Какой смысл рисовать песок и щепки, разве могут они вызывать вдохновение?

Потом они сидели за деревянным столом на веранде и закусывали чем бог послал в ожидании шашлыка. А бог послал очень много всего. Костик ел с таким аппетитом, что Елена тихонько хихикала, глядя на него. Лара выпила бутылку крепкого темного пива, и теперь уже ничто не смущало ее, о странном эпизоде в доме она позабыла.

– Что, Костя, как жизнь творческая, богемная? – заговорил Игорь, разглядывая на свет стакан. Он очень любил пиво.

– Да-а! – махнул рукой Костя. – Какая в нашей редакции богема! Кропаем себе потихоньку статейки для молодежи, кто с большим вдохновением, кто с меньшим, в зависимости от темы. А богема у нас Лялька!

Все посмотрели на Елену, которая в этот момент мизинцем аккуратно вычищала соус из маленькой коробочки. Она почти ничего не ела, лишь соус и удостоился ее благосклонного внимания. Елена колдовала над баночкой так прилежно, с таким наивным детским старанием, таким простодушием светились ее прелестные голубые глаза, что Игорь почувствовал нечто вроде беспокойства за худенькую женщину.

– Господи, человек одним соусом питается! – с нарочитым испугом воскликнул он. – Костя, посмотри, скоро ли мясо…

– Я ненавижу слово «богема». И всю богему тоже ненавижу, – вдруг произнесла Елена. – Я человек простой и занимаюсь делом и всякую напыщенность терпеть не могу.

– Лялька, а как же твои друзья?

– В последний раз ты называешь меня Лялькой, у меня сил больше нет! Кстати, не все мои друзья такие. Знаете, я заметила, – неожиданно сменила она тему, – чем больше человек пьет и выпендривается, тем меньше у него таланта.

– Что значит выпендривается? – спросила Лара. – Нет, я понимаю, что ты, Елена, имеешь в виду, но я почему-то думала раньше, что яркая личность и в жизни будет вести себя неординарно. Перформансы всякие…

– По-моему, Елене надо налить, – предложил Игорь. – Чтобы она не доказывала нам, насколько талантлива. Я и без того ей верю. Останемся, а? – и он выжидающе взглянул на жену.

Костя тоже не отрывал от Лары умоляющего взгляда. Лара вздохнула, но ответить ничего не успела – Елена схватила со стола маленькую фляжку, в которой у Игоря был коньяк, и поднесла к губам.

– Поздно! – с отчаянным весельем воскликнула она, сделав глоток. – Остаемся, Лара. Вы из меня веревки вьете…

– Вот, а говорила, что не любишь выпендриваться, – с удовольствием произнес Костя. – Вот вам, граждане, перформанс в чистом виде!

– Браво! – заорал Игорь.

И с этого момента веселье пошло полным ходом – они уже вчетвером хохотали, шутили. После того как Елена сделала над собой усилие и решила, что называется, слиться с компанией, все пошло очень непринужденно, весело, по-дружески. И Лара перестала думать о том, правильно ли они сделали, оставшись здесь.

– Не пей вина, Гертруда, пьянство не красит дам… – басом пел Игорь, распугивая птиц, засевших в кустарнике.

Ближе к вечеру стало еще теплее. Костя вынес из дома ракетки с воланчиком, и все принялись играть в бадминтон. Сначала сражались парами, друг против друга, потом Елене надоело прыгать, и она куда-то исчезла. Затем Игорь ушел допивать пиво, и на широкой дорожке перед домом остались Лара с Костиком – они прыгали за воланчиком, стараясь играть по-настоящему, а его все сносило ветром в сад.

Лара скинула куртку и осталась в открытой черной майке, но холодно ей не было. Она визжала и смеялась, забыв обо всем на свете, физическое движение приносило ей радость.

А Игорь тем временем решил позагорать. Он лег на ту лавку, на которой до того лежала Елена, прикрыл глаза ладонью и постепенно, осоловев от жары и пива, начал впадать в дрему.

Когда он очнулся, солнце уже клонилось к горизонту, стояла абсолютная, глубокая тишина, которая бывает только на природе, когда на сто верст вокруг никого нет. Игорь вздрогнул, приподнялся на локте – никого. Он обошел дом и там, на заднем дворе, увидел Елену. Она лежала на короткой, нежной, словно подшерсток, траве и что-то увлеченно рисовала.

– А где все? – спросил Игорь, подходя ближе.

– Ушли на речку, – задумчиво ответила Елена, даже не повернув головы. – У нас тут недалеко речка течет. Этот псих решил искупаться.

– И Лара? – испугался Игорь. – По-моему, еще рано купаться.

– Я тоже так сказала, – рассудительно кивнула головой соседка. – Лара-то его останавливала. Не знаю, получится ли у нее…