Музыкант и наследница - Мария Чинихина

— Вот и славно, — поблагодарила его Элис. — А тебе точно будет удобно?

— Да, — ответил Эдди.

— Тогда с этого момента мы друзья? — Элис протянула ему руку.

— Друзья, — Эдди принял маленькую розовую ладошку и вдруг услышал рассерженный голос Клариссы. Совсем близко.

— Вот ты где! — кричала няня.

Кларисса бежала к фонтану от Перекрестка, сбивая каблуки черных туфель. Эдди сгорбился. Ему стало стыдно.

— Вы решили, что сбежали и остались незамеченными? — возмущалась на всю улицу няня.

Блондинка жестом велела спутнику сфотографировать и странную девицу в серой юбке. Даже, как она снимает Эдди с бортика и бросается к его ногам, чтобы зашнуровать левый ботинок.

— Охранник видел вас и сказал, в какую сторону вы пошли. Слава Богу, не догадались свернуть в переулок.

— А кто эта женщина? — осторожно спросила Элис у Эдди, пока Кларисса возилась с его шнурками.

— Моя няня, отец приставил. Не у тебя одной папаша с приветом.

— А!.. Понятно.

— Собирайтесь, — строго сказала Кларисса и взяла рюкзак Эдди. — Я отведу вас обратно. — Она схватила воспитанника за руку и потащила на Проспект, а Эдди понял, что сопротивляться бессмысленно.

— Мало мне твоей сестры, — ворчала Кларисса.

Блондинка и ее спутник вернулись к группе туристов. Спутник стал куда-то звонить, а девушка забрала у него фотоаппарат и бросила в черную сумку.

Анри купил стакан кофе в автомате и толкнул плечом дверь своего кабинета. За столом у окна сидела Веста. Она склонилась над бумагами — пыталась разбить участников Фестиваля по сценам — и не заметила, как он вошел. В этом году Анри задался мыслью соорудить десять площадок, по числу лет существования Фестиваля, который ежегодно собирал не только продвинутую молодежь, но и более зрелую публику с развитым музыкальным вкусом. Так окрестил аудиторию Группы в свое время сам Анри. Элизабетта на пару с Эроном Конли пополнили бюджет этого года до предела, и они с Вестой не знали, куда потратить имеющиеся у них деньги.

— Жена не знает, как приостановить бесконечные гастроли Группы? — спросила Веста, выхватив очередной спонсорский чек из руки Анри Смита. — И привязать к Золотому Дворцу? В любом случае денег мистера Конли нам бы хватило.

— Я буду гастролировать, как бы Бетт Андре ни намекала — чеком или должностью в Большом Совете. Если у нас не ограниченный бюджет, что мы можем замутить еще такого новенького? И не обычного?

— Ночь убила, чтобы все обдумать, — пожала плечами Веста. — И вот что я предлагаю. Нам нужен пафос. Дорогой свет, звук, оформление сцен, развлекательные площадки и детские аттракционы, бесплатный бар и фуд-корд в зоне VIР, повышенный гонорар группам новичкам…

Веста щелкнула пультом и на белом экране на дальней стене замелькали разные картинки. Цветные и черно-белые. Веста комментировала каждую, а Анри Смит не всегда успевал уловить ход ее мысли. Но основные идеи ему понравились. Он оценил их.

К тому же фоном гремела музыка. В коридоре кто-то громко спорил и мешал сосредоточиться.

Веста видела, что Анри Смит не все понял, а как объяснить все свои задумки она не знала. К тому же настроение было не очень. Билли утром устроил скандал. Муж требовал, чтобы она ушла из студии, но ради общего ребенка Веста сдержалась и стерпела все упреки, понимая, что Билли только из—за личных неудач вымещает злость на бывшем друге. Кеннет Пен, в отличие от своего отца, не слишком жаловал провокационные идеи, которые работали в прошлом, но не в настоящем, и требовал от главного менеджера стандартного похода. Из офиса муж почти всегда возвращался удрученным, и за ужином терпеливо молчал, если Веста хвасталась успехами Анри Смита, а она все ждала, когда же Билли, разочарованный семейством Пен, попросит ее поговорить с бывшим другом. Но Билли даже намека на возможное примирение не давал.

— Твой сын — душка, — сказала Веста.

Анри молчал. Смотрел в потолок и, казалось, наслаждался посторонними звуками, а не мелькающими на экране картинками.

— На тебя похож. Внешне. Пусть и стеснительный.

— Зато у Альберты количество энергии в организме зашкаливает. Не знаю, как от нее отвязаться. Заупрямилась и хочет ехать со мной на Остров. На фестиваль.

— Так возьми дочь с собой, в чем проблема? — Веста взяла карандаш со стола и ударила им по ноге Анри, который и не думал «возвращаться».

— Что? — переспросил он.

— Говорю, возьми детей на Фестиваль. В этом году там будет детская площадка. С конкурсами, развлечениями и аттракционами. Я же показывала. Твоя женушка на пару с Эроном Конли сделала нам очень своевременный подарок, вот увидишь, по итогам года «Фестиваль на Острове» займет первое место и обгонит Кеннета Пена с его «Пляжной музыкой» и Великого Певца Туртана с «Диско-Эстрадой в Городе».

— Я должен поговорить с Бетт. Эдди и Альберта и ее дети. Я не могу взять и увезти сына и дочку на Остров…

— Подкаблучник! Так и скажи, боишься разозлить жену.

— Нет, — в голосе Анри проскользнуло волнение. — Вноси Эдди и Альберту в список гостей. И Бетт Андре. Бетт запиши под именем Кларисса Санчес, как няню детей. Лишняя пресса на моем празднике, не музыкальная, мне не нужна.

— Готово, — сказала Веста, когда внесла семью Анри Смита в список VIР гостей. — Кстати, ты опаздываешь на запись. У Группы время с трех до шести. Хотя Мон еще не явился…

Веста посмотрела на электронные часы. Анри Смит взял гитару и наиграл несколько аккордов, чтобы убить время и, возможно, сочинить стоящую вещь. Еще одну. Последние десять лет он слушал молодые группы, завидовал им, но себя перебороть не мог, чтобы взяться за написание «настоящих» искренних песен. Когда-то давно он пел, о чем думал. И не боялся реакции тех людей, которые его знали. И мелодическая вставка, придуманная Альбертой, а не им, хоть как-то спасет поклонников от разочарования, когда они купят очередную пластинку Группы.

И сейчас мелодия не шла к нему, как и текст. Анри Смит забыл все, что сочинил до этого дня, и разговор с Вестой забыл. И претензии Бетт Андре. И ее ухмылку в компании Эрона Конли. Анри Смит не знал, О ЧЕМ ДУМАТЬ. Сидел на своем диване и видел белую стену, хотя там все еще светился экран. И на нем застыла последняя картинка — колесо обозрения со стеклянными кабинками и летящие на полной скорости вагонетки. Вздохнув, он спрятал гитару за спинку дивана и подумал, что мог бы провести утро с Бетт Андре — во время завтрака она просила посетить два общественных мероприятия. Анри Смит нагло соврал, что у него срочная запись в студии.

— Я поняла! — воскликнула Веста и с укором посмотрела на Анри. — На месте жены я бы давно выгнала тебя. А что? Дома никогда нет. Не сомневаюсь, она упрашивала провести с ней первую половину дня, но ты приехал на студию побренчать на гитаре и поваляться на диване! Все вы, мужики, одинаковые. Мне вот интересно, почему?