Скандальное обольщение - Шарлотта Физерстоун

— Найтон мертв.

Печальная новость повисла в воздухе, и глаза всех присутствующих устремились к Изабелле, оценивая ее реакцию. Она не желала его смерти. Уэнделл был милым и добрым человеком, пока не позволил жадности и жажде власти возобладать над собой. Что его и погубило. Белла ощутила лишь глубокую грусть и, возможно, жалость к тому мужчине, которым он когда-то был.

— Тело? — спросил Блэк.

— Мы решили, что разумнее всего оставить его там. Власти, несомненно, расследуют обстоятельства смерти, пока ничего не указывает на нас. Так будет лучше для всех.

— Каким, черт возьми, образом Найтон оказался впутанным в это дело? — устало спросил Блэк.

— Думаю, к преступлению причастен кто-то из ложи. Скорее всего, — ответил Элинвик.

— Наш масон-предатель?

— Да.

— А что вам удалось узнать о стрелявшем? — Блэк пытался сесть прямо.

— Заметив его на крыше, я поднялся по черной лестнице, но он давно успел сбежать, оставив после себя кое-что, — произнес Сассекс.

— Даже так?

— Да, и я беру на себя расследование этого дела.

Блэк с трудом открыл глаза и пристально посмотрел на герцога.

— Тебе нужна моя помощь?

— Ага, наш голубок с перебитым крылышком. Какая от тебя польза? — фыркнул Элинвик.

— Уже завтра утром со мной все будет в порядке, — возмущенно проворчал Блэк.

— Вовсе нет, — задохнулась от негодования Изабелла, — Джуд, послушай…

Ее прервала суматоха в коридоре.

— Кого, черт побери, еще сюда принесло? — проворчал Блэк.

Дверь библиотеки едва не слетела с петель, и на пороге появился ее дядя.

— Изабелла! — Белые бакенбарды Стоунбрука вздрогнули, глаза едва не вылезли из орбит от глубокого потрясения, сменившегося столь же сильным гневом.

— Стоунбрук, — поспешно воскликнул Блэк, протягивая вперед руку. — Я все объясню.

— Я выслушаю ваши объяснения, однако произойдет это не раньше, чем мы встретимся, вооружившись парой пистолетов! — прогремел маркиз, вбегая в комнату.

Сассекс бросился к нему, крепко удерживая разъяренного дядюшку.

— Помилуй Бог, вы весь в крови, а моя племянница избита! Изабелла, неужели ты совсем потеряла рассудок?!

Они попытались объясниться, но Стоунбрук не унимался, резко прервав их, не дав произнести ни слова.

— Я пришел сообщить вам, Блэк, о том, что кто-то попытался проникнуть в масонскую ложу, а Уэнделл лежит мертвый на ступеньках здания храма — весьма сожалею, моя дорогая, — обратился он к Изабелле. — И что я вижу? Передо мной открылись печальные обстоятельства вашей измены и свидетельства того, что вы жестоко оскорбили мою любимую племянницу!

— Вся ответственность за это лежит на Найтоне. Я виновен лишь в том, что обольстил ее и вызвал этот скандал.

Изабелла простонала. Блэк только еще более все запутал.

— Проклятье, сэр, немедленно объяснитесь! К барьеру!

— Я бы попытался, — ответил Блэк, и Изабелла обратила внимание, что уголки его губ дрогнули, — но, как справедливо заметил один мой приятель, я всего лишь злосчастный голубок с перебитым крылышком. — Джуд поднял руку. Красное пятно крови уже успело просочиться сквозь белую повязку. — Любезность Уэнделла Найтона. И прежде чем вы успели обвинить меня в убийстве, спешу сообщить, что не я прикончил мерзавца, хотя, глядя на лицо Изабеллы, очень об этом сожалею.

Ее дядюшка смерил троих джентльменов недоуменным взглядом, не в силах понять, что происходит.

— У вас есть две минуты на то, чтобы все мне объяснить, сэр.

— Я влюблен в вашу племянницу, милорд. Очень сильно. И я сделал ей предложение, которое она приняла. К сожалению, у Найтона были иные планы. Похоже, он любой ценой решил ее добиться. Негодяй похитил ее сего дня ночью, я проследовал за ним и, в конце концов, получил предназначавшуюся ей пулю.

— А Найтон? Кто прострелил ему грудь?

— Таинственный третий человек, — пробормотал Блэк. — Исходя из того, что вы мне сообщили о взломе храма, я могу лишь предположить, что это дело его рук.

— Гм… — пробурчал Стоунбрук, взглянув на свою племянницу. — Это правда, Изабелла?

Она ощутила на себе напряженные взгляды Сассекса и Элинвика, Блэк ободряюще сжал ее руку.

— Да, дядя.

Кивнув, он расправил свой сюртук и жилет.

— Очень хорошо. Блэк, вы отправитесь за специальной лицензией на брак, а ты, Изабелла, немедленно вернешься домой. Понятно?

— Абсолютно, дядя.

— И чтобы больше никаких подобных шуточек до тех пор, пока не поженитесь — окончательно и бесповоротно. Вам все ясно?

— Да, милорд.

— Прекрасно. Сассекс, Элинвик, я могу быть уверенным, что обстоятельства дела не выйдут за пределы стен этого кабинета?

— Естественно.

Стоунбрук уже повернулся, чтобы покинуть комнату, когда Элинвик остановил его вопросом:

— А что делали в ложе в полночь вы, Стоунбрук?

Он не смог скрыть очевидный дискомфорт от этого вопроса, равно как и придумать вразумительную причину своего появления в ложе.

— Официальная переписка и тому подобные дела, — высокомерно произнес он. — И я вовсе не обязан отчитываться перед вами, Элинвик. Дерзкий щенок! — воскликнул Стоунбрук и захлопнул за собой дверь.

— Интересный поворот, — задумчиво произнес Элинвик.

— Он страдает от бессонницы. — Изабелла чувствовала себя обязанной объяснить суть происходящего. — Дядюшка часто проводит время в ложе по ночам. Сомневаюсь, что в этом кроется нечто подозрительное.

Пожав плечами, маркиз отвернулся.

— Мы с Элинвиком обо всем договорились, — объявил Сассекс. — Я продолжу расследование обстоятельств, связанных с этим Орфеем, а Элинвик займется ситуацией внутри ложи. Будем надеяться, нам удастся отыскать чашу и узнать, кто за этим всем стоит. Когда ты поправишься, Блэк, то присоединишься к нам.

Изабелла напряглась, однако Блэк успокаивающе погладил ее по руке.

— Конечно.

Именно в этот момент она поняла, что Блэк должен спасти остальных от ужасной судьбы Уэнделла. В медальоне заключено зло, и, кем бы ни был пресловутый Орфей, он тоже воплощение зла.

Теплая, надежная рука Блэка сжимала ее ладонь, Изабелла ощущала, как его уверенность и сила наполняли ее. Столько лет она позволяла страхам управлять своими поступками, теперь же поняла, что они больше над ней не властны. Конечно, она беспокоится о Блэке, будет молиться об его безопасности, но никогда не позволит, чтобы ее опасения изменили ее возлюбленного.

Он — член Братства Хранителей, и всегда останется таковым.