Само совершенство. Книга 1 - Джудит Макнот

Джулия неохотно поднялась и проследовала за ним к видеотеке,в которой были собраны сотни фильмов — от классических до самых современных.

— Итак, что бы ты предпочла? — спросил Зак. Джулия быстропросмотрела каталог, каждый раз спотыкаясь о название очередного фильма сучастием Зака. Она понимала, что должна выбрать один из них, хотя бы изэлементарной вежливости, но ничего не могла с собой поделать. Рассматривать напочти полутораметровом экране каждую любовную сцену с его участием было выше еесил.

— Я… я не знаю, — пролепетала она после довольнопродолжительной паузы. — Давай лучше ты выберешь несколько кассет, а я потомбуду выбирать из них.

— Хорошо. Но скажи мне хотя бы, кто из актеров тебе большенравится.

— Из старой плеяды я очень люблю Пола Ньюмена, РобертаРедфорда и Стива Мак-Кина.

Зак делал вид, что сосредоточенно рассматривает ровные рядыкассет. Он не понимал, почему обычный такт Джулии на сей раз изменил ей, и онадаже не подумала о том, чтобы упомянуть его имя Это его сильно задело Хотя врядли он подпадает под определение «старая плеяда». Проигнорировав все фильмы сучастием вышеупомянутых трех актеров, Зак решил продолжить расспросы.

— Боюсь, что здесь только фильмы последних десяти лет, —бессовестно солгал он, — так что тебе придется ограничиться современнымиактерами. Итак, кто? — Он с нетерпением ждал, когда Джулия назовет его имя.

— Ммм… Кевин Костнер, Майкл Дуглас, Том Круз, Ричард Гир,Гаррисон Форд, Патрик Свейзи, Мел Гибсон, — Джулия судорожно перебирала в умевсе имена, которые встречались ей в журналах и на экране за последнее время, —и… Сильвестр Сталлоне!

— Свейзи, Гибсон, Сталлоне, Мак-Кин… — презрительно повторилЗак, задетый до такой степени, что утратил всякий здравый смысл. — С каких этопор тебе так нравятся низкорослые мужчины?

— Низкорослые? — искренне удивилась Джулия — Разве?

— Да они все просто карлики, — ответил Зак, несколькопогрешив против правды.

— Разве Стив Мак-Кин маленького роста? — продолжаланастаивать Джулия, пораженная этим неожиданным открытием. — Никогда бы неподумала. Мне он всегда казался таким… таким мужественным.

— Он действительно был мужественным, — довольно резкооборвал ее Зак, делая вид, что полностью поглощен содержимым полок, — ксожалению, он также совершенно не умел играть.

Все еще озабоченная тем, что Зак ничем не выказываетрешимости найти убийцу своей жены и вернуться к нормальной жизни, Джулия вдругподумала, что воспоминания о том, Прежнем мире, которого он теперь лишен, могутоказать на него стимулирующее воздействие. Она немного склонила голову набок ис улыбкой спросила:

— Ты ведь знаком с Робертом Редфордом, правда?

— Да.

— Каким он был?

— Низкорослым.

— Не правда!

— Я же не сказал, что он был карликом. Просто ондействительно не отличался высоким ростом.

Несмотря на то, что Зак явно не имел никакого желанияобсуждать свою прежнюю жизнь и все, что с ней связано, Джулия продолжала гнутьсвою линию:

— Уверена, что многие знаменитые актеры были твоими близкимидрузьями… например, такие, как Пол Ньюмен, Кевин Костнер, Гаррисон Форд, МайклДуглас. Я права?

Зак упорно молчал.

— Зак, я права?

— Права в чем?

— Они действительно были твоими близкими друзьями?

— Мы не занимались любовью, если это тебя интересует. Джулияпоперхнулась от смеха.

— Зак, прекрати! Ты же прекрасно понимаешь, что меняинтересует совсем не это.

Выбрав несколько кассет с Костнером, Свейзи, Фордом иДугласом, Зак протянул их Джулии.

— Выбирай.

— Та, которая сверху — «Грязные танцы», — с улыбкой сказалаДжулия, хотя ей совершенно не хотелось тратить драгоценное время, которое у нихоставалось, на просмотр фильмов.

— Не могу поверить, что тебе захотелось еще раз посмотретьэту ерунду, — презрительно пробурчал Зак, вставляя кассету с Патриком Свейзи ввидеомагнитофон.

— Но ты же сам выбирал.

— Потому что ты сказала, что хочешь посмотреть фильм соСвейзи, — отпарировал Зак, безуспешно пытаясь изображать свое полноебезразличие к данному вопросу.

В течение двенадцати лет у него вызывали раздражение иотвращение бесчисленные поклонницы, которые вечно роились вокруг, всяческивыражая свое восхищение и утверждая, что он их самый любимый актер. Ониохотились за ним на Приемах, подсаживались в ресторанах, перехватывали науликах, преследовали на машинах и ненавязчиво опускали в его карман ключи отгостиничного номера. И вот теперь, когда он Впервые в жизни действительнохотел, чтобы женщина сказала хотя бы несколько добрых слов о его работе, онапредпочитает ему чуть ли не всех актеров, существующих на свете. Продолжаяхранить угрюмое молчание, он наблюдал за тем, как по экрану бегут титры.

— Хочешь немного попкорна?

— Нет, спасибо.

Исподтишка наблюдая за его лицом, Джулия пыталась Понять,что с ним происходит. Может быть, он тоскует по ? прошлому? В таком случае, этосовсем неплохо. С одной стороны, ей очень не хотелось причинять ему какое бы тони было огорчение, но с другой — начинало все сильнее настораживать то, что онни словом не обмолвился о том, что собирается найти настоящего убийцу. Он ведьмог хотя бы «упомянуть об этом, если уж не хочет делиться с ней болееПодробными планами. В данный же момент он сидел, скрестив руки на груди вожидании начала фильма, и выглядел при атом как человек, который уверен, чтонепременно увидит что-нибудь неприятное.

— Нам совсем не обязательно смотреть этот фильм, — сказалаДжулия.

— Ну что ты! Разве я могу упустить такую возможность?Несколько минут спустя он презрительно фыркнул. Рука Джулии застыла на полпутик миске с попкорном.

— Что-нибудь не так?

— Свет!

— А что со светом?

— Ты только посмотри на эту тень на его лице. Джулия внимательновглядывалась в экран.

— Но мне кажется, что это совершенно естественно. Ведь тамночь.

Зак метнул на нее убийственный взгляд, демонстрируя темсамым, что он думает по поводу ее последних слов.

« Грязные танцы» были одним из любимых фильмов Джулии. Ейнравилось в нем все — и сами танцы, и музыка, и незамысловатая, бесхитростнаялюбовная история, лежащая в основе сюжета. Но на этот раз ни о какомудовлетворении не могло быть и речи, потому что через пару минут раздаласьследующая реплика: