В суете прошлых дней - Екатерина Риз

– Может быть, – отозвалась я.

Мужчина был высоким, широкоплечим, с неприятным лицом. И когда я прямо не ответила на его вопрос, поморщился напоказ.

– Хватит выделываться. Документы у тебя? – Я молчала, только глаза на него таращила. И тогда он невежливо поторопил: – Садись в машину.

Садиться в машину я не торопилась, наоборот, быстро огляделась по сторонам, высматривая людей. Если вдруг придется звать на помощь.

– Где Паша? – спросила я его.

Он сжал зубы. Я даже видела, как желваки заходили на его скулах. А потом он вдруг схватил меня больно за локоть и буквально потащил через дорогу. Судя по всему, возможные свидетели моего похищения, его не интересовали.

– Детективщица доморощенная, – процедил он сквозь зубы. – Сядь уже в машину, мне некогда с тобой лясы точить.

В какую-то секунду я всерьёз думала о том, чтобы заорать. Взять и заорать посреди улицы, привлекая внимание к тому, что меня пихают в темный автомобиль. Что может быть подозрительнее в наше время? Но в следующий момент побоялась, что меня бросят посреди дороги и уедут. А, скорее всего, ещё и попытаются тут же ограбить, чтобы больше со мной не возиться. И как тогда я доберусь до Паши? И поэтому орать я передумала, и даже сама, без чужой помощи, села в машину.

Мужчина захлопнул за мной дверь, автомобиль обошел и сел на переднее сидение. За рулем сидел молодой парень. Он на меня даже не оглянулся, повернул ключ в замке зажигания, и машина тронулась с места.

– Бумаги где? – снова спросили меня обрывисто.

– А вы кто? – решила поинтересоваться я.

Мужчина ко мне обернулся, присмотрелся внимательнее, его губы пренебрежительно скривились. Я редко вижу на себя такую мужскую реакцию, если честно.

– Ты очень смелая, чтобы вопросы задавать? – поинтересовался он.

Я осторожно пожала плечами.

– Я же должна знать, – осторожно проговорила я. – А, может, вообще, не в вашей компетенции мне такие вопросы задавать? А я вам отвечу и что-нибудь испорчу. Нет уж, я подожду, когда встречусь с Пашей.

– Кто тебе сказал, что ты, вообще, с ним встретишься?

– В смысле? – тут же напряглась я.

Он снова принялся меня разглядывать. А затем молча отвернулся, и всю дорогу молчал, будто потерял ко мне интерес в один момент.

Приехали мы загород. Хотя, я подозревала, что встреча произойдет за пределами города, подальше от лишних глаз. Но чем дальше мы уезжали, тем беспокойнее становилось у меня на душе. Я даже успела задуматься над словами Павла. Что я безрассудна и не осторожна. Вот куда, спрашивается, меня везут? Какие-то мужики на черной машине…

– Отдай мне свой телефон.

– Зачем?

Ко мне снова повернулись, снова посмотрели. В раздражении.

– Отдай, а то сам заберу.

– А вот угрожать мне не надо, – пробормотала я, правда, попыталась добавить в голос суровости. Нашла в сумке свой телефон и вложила его в ладонь мужчины. С тоской подумала, что выбора у меня всё равно нет. Не отдам сама, и, правда, заберут силой.

Мы въехали за ворота, я тут же выглянула в окошко. Уставилась на большой дом, весь в огнях. Окон много, и в каждом горит свет. Не знаю почему, но это обнадёживало и немного успокаивало.

– Выходи, – сказали мне, открыв дверь. И снова потянулись к моему локтю. Я руку свою отдернула, и попросила:

– Можно немного полюбезнее? – Окинула мужчину скептическим взглядом. – У вас, наверное, жены нет.

Он посмотрел на меня, ухмыльнулся.

– Нет. А ты предлагаешь свою кандидатуру?

– Упаси Господь. Свяжись с таким хамом…

– Что, Пашка обходительнее меня?

Я отвечать не стала, но отметила для себя небрежные интонации. Стало понятно, что этот субъект с Павлом знаком не понаслышке.

Руку свою я всё равно отдернула. Не дала к себе прикоснуться. Смело сделала пару шагов по направлению к дому, и вдруг в ужасе замерла, когда поняла, что на меня бегут две огромные собаки. Они не лают, не скалятся, только несутся ко мне, с явным намерением сбить с ног. И их никто не останавливает. Когда я поняла, что столкновение неизбежно, я завизжала и зажмурилась от ужаса.

На меня никто не налетел, только за моей спиной послышался зловредный смешок, и командный голос резко одёрнул сторожевых псин:

– Беркут, Исхат, сидеть.

Я не сразу осмелилась приоткрыть глаза. Два ротвейлера сидели в метре от меня, приоткрыв жуткие пасти, с которых капала слюна, и на меня таращились, не мигая. Смотрели, как на отбивную на ножках. Я осторожно перевела дыхание, а к моему уху наклонились и с издевкой проговорили:

– А потому что не надо изображать из себя шибко умную. – Он подтолкнул меня в спину. – Ступай в дом, красота писанная. Не тронут они тебя.

Я нервно сглотнула, не переставала таращиться на замерших копилкой ротвейлеров, аккуратно обошла их, и поспешила к дому.

– Я её привёз, – громогласно сообщил мой сопровождающий, как только мы переступили порог дома. Я замерла посреди просторного холла, обводя глазами интерьер. Мне совсем не было любопытно, я просто пыталась понять, оценить, куда попала. Хотя, судя по интерьеру, по картинам на стенах, красивой мебели и даже живым цветам в вазе, в этом доме должны проживать милые, интеллигентные люди, но, судя по тому, что меня сюда привезли, первое впечатление ошибочно.

Не знаю, кого я ждала увидеть, но навстречу ко мне вышла Татьяна. Деловой походкой, с недовольным выражением на лице, вышла, и, по сути, даже взглядом меня не удостоила. Подошла и нетерпеливо щёлкнула пальцами.

– Бумаги, – проговорила она. – Давай сюда.

– Паша где?

Татьяна всё-таки остановила взгляд на моём лице, затем, не скрываясь, усмехнулась.

– Ты, правда, его спасать приехала?

Я уперла руку в бок.

– Где он?

– Да где и все, – фыркнула она. Весело глянула на моего сопровождающего. – Бухают за домом.

Я невольно нахмурилась.

– В каком смысле, бухают?

– В прямом. Замучили уже, – вроде как пожаловалась Татьяна. И снова напомнила: – Ты бумаги отдашь или нет?

– Нет, – решительно качнула я головой. – Паша скажет – отдам. А ты мне не указ.

– Вот дура, – возмутилась она. Развернулась на каблуках и пошла через гостиную.

– Шагай следом, – подсказали мне порядок действий.

Я пошагала. Мы прошли через гостиную, свернули в коридор, оказались на просторной кухне и вышли через распахнутую на задний двор, дверь. Идеально подстриженный газон, небольшой бассейн с голубой водой, чуть в стороне большой костер в бетонной чаше, а рядом добротная, бревенчатая беседка под черепичной крышей. В ней несколько мужчин за накрытым столом. Сидят и о чем-то разговаривают. Причем, разговаривают негромко и, даже со стороны понятно, что очень обстоятельно. Один из них Паша. Сидит ко мне спиной, с краю, поза вроде бы и расслабленная, но я уже успела выучить его, и напряжённые плечи отметила. Он сидел, вытянув ноги, и постукивал пустой рюмкой по столу. Практически беззвучно. Крутил в рюмку в руке, а затем касался ею столешницы. Раз за разом. А когда услышал шаги, голову повернул, зацепил меня краем глаза.