Роковая недотрога - Джулия Джеймс

– О, в Греции у Баста целый остров. Эта вилла по сравнению с ним просто крошечная.

Ее глаза расширились. Бастиан это заметил. «Спасибо, Филип, очень вовремя». Он хотел увидеть, как Сабина отреагирует на новость о его богатстве. Заставит ли ее это переключиться с Филипа на него. Стоит ли избирать подобный способ отвлечения. Да, это гораздо быстрее. И приятнее.

Он наполнил бокалы, пытаясь преодолеть изначальную реакцию на ее появление на террасе. Реакцию удивления.

Он рассчитывал увидеть ее в каком-нибудь летнем коротком платье без бретелек, открыто демонстрирующем ноги, может быть, с глубоким вырезом, на шее ожерелье из золота, на голове нарочито растрепанная пышная прическа. Наряд в стиле ретро был исполнен стиля, и Бастиан не мог им не любоваться.

«Как интересно». Она решительно изменила своему образу. В ночном клубе такая страстная и соблазнительная, сегодня она пребывала в свингующих шестидесятых.

«С другой стороны, жизнь такой женщины всегда спектакль. Сегодня она томно исполняет песни о любви, а завтра играет с чувствами влюбленного юнца».

«Со мной это не прокатит, мадемуазель». Если кто-то и будет играть, так это он. Он задаст нужный курс, дальше от Филипа.

«И ближе к тебе?» Провокационная и очень соблазнительная мысль.

– Наверное, иметь личный остров обязательно для греческого магната?

– Вы думаете, я магнат, мадемуазель?

– А кто же вы иначе, месье? С вашим личным островом в Эгейском море?

В ее голосе сквозила небрежная ирония, внезапно его темные глаза вспыхнули, губы изогнулись в улыбке, предназначенной будто бы ей одной. Она не хотела этого.

Или хотела?

«Нет и нет. Разве недостаточно того, что мне приходится мириться с телячьим обожанием Филипа?»

Сара задумалась. Вот, значит, как называется странное, непонятное притяжение между ними, эта нелепая, абсурдная реакция на его взгляд. Влюбленность. Нет, она не влюблена. Есть только одно объяснение тому, что она испытывает по отношению к этому человеку.

Влечение.

Сильное, непреодолимое влечение.

Сара чувствовала себя так, будто ее сносит с ног набежавшей волной. Нельзя это допустить. На карту поставлена мечта.

«Не думать о нем, хотя мое сердце и замирает, а тело горит, когда на меня смотрят эти темные-темные глаза».

Этот пожар необходимо погасить, и как можно скорее.

Глоток шампанского поможет вернуть контроль над собой.

– Остров Баста в Ионическом море, а не в Эгейском. У западного берега Греции. Недалеко от Закинфа.

Сара повернулась к Филипу, с облегчением отводя взгляд от волнующего ее чувства кузена.

– Я совсем не знаю Грецию. Никогда там не была.

– Я бы с радостью тебе показал. Тебе бы понравились Афины!

– Город, полный древних руин? Сомневаюсь. Мне кажется, Сабина предпочитает более утонченные города. Скажем, Милан или Париж.

Настоящая Сабина, наверное, действительно предпочла бы эти города. Лучше не спорить.

– Мне нравятся теплые страны.

Сара действительно с трудом переносила зимние холода Йоркшира, предпочитая мягкие зимы родной Нормандии.

– Там, где ты учишься – на Восточном побережье Америки, – такие холодные зимы. Я бы не выдержала!

– Я сам еле выдерживаю! – Филип преувеличенно вздрогнул и засмеялся. – Но в Греции тоже иногда бывает снег, правда, Баст?

– В горах даже катаются на лыжах.

– Баст катается, как настоящий спортсмен!

– Я учился в Швейцарии.

– Поэтому вы так хорошо говорите по-французски?

– О, Баст и по-немецки отлично говорит, да, Баст? И по-английски, конечно. Кстати, мой английский лучше французского.

– Расскажите мне еще о вашем острове. – Сара подумывала, что идея притвориться Сабиной на редкость абсурдная. Может, лучше открыться и покончить с этим.

Не хотелось бы. Образ Сабины защищает от угрозы, исходящей от Бастиана.

– О моем острове? Что вас интересует? Площадь? Расположение? Стоимость?

– А чем вы там занимаетесь?

Он вновь удивился, на этот раз, похоже, искренне, будто ее слова оказались для него неожиданностью.

– Иногда выхожу в море на лодке, плаваю, отдыхаю. Пожалуй, все. Ну, еще читаю. Или просто смотрю на закат, наслаждаясь бокалом пива. Ничего интересного. Вам, мадемуазель, было бы скучно.

Почему она никак не отреагировала на специально упомянутые размеры и стоимость, не постаралась разузнать, что еще ему принадлежит? Вилла на Карибах, дом на Манхэттене, квартира в Лондоне, особняк в Афинах. Не похоже на Сабину. Ведь она спросила об острове, чтобы понять, насколько он в действительности богат.

– Напротив. Звучит очень заманчиво. Я бы с удовольствием так отдохнула.

На несколько секунд их взгляды встретились, в его голове сразу возникло несколько идей того, как можно «отдохнуть» с этой женщиной на острове. По телу будто пробежал разряд тока.

«Надо ли мне ответить на ее страсть? Использовать в собственных целях?»

Ответ он знает, хотя и не признается.

Ход мыслей прервала Полетта. Филип вскочил, чтобы перехватить поднос. Очевидно, он успел стать любимчиком экономки. Они принялись разгружать поднос, Сабина вызвалась помогать.

– Хотите вина или лучше продолжим шампанским? – вежливо осведомился Бастиан.

Сара улыбнулась.

– Какая девушка не любит шампанское?

Она изо всех сил старалась сохранить беззаботность. После обеда нужно найти возможность остаться с Бастианом наедине. Она полна решимости, но боится оставаться с ним один на один.

– Хотя если слишком много выпью, я могу уснуть.

Бастиан засмеялся, сердце Сары бешено забилось.

– Вы вполне можете поспать у нас. – Он указал на шезлонги.

– Не пытайтесь меня соблазнить.

«Это вы соблазняете меня, мадемуазель Сабина, и очень успешно».

«Она так притягательна и, несомненно, хочет меня так же сильно, как и я ее».

Дело не только в ее привлекательности.

«Я добьюсь того, чего хочу. Отвлеку ее от Филипа, освобожу его от этой влюбленности. И вдобавок получу то, что нужно мне».

Многое говорило в пользу этой идеи. Зачем отказываться от столь простого решения проблемы?

Он наблюдал, как Филип суетится вокруг Сабины, предлагая ей то одно, то другое блюдо.

– Да, пожалуйста, немного курицы с сыром и виноградом, – ворковала она, тепло улыбаясь, а тот сиял от этой улыбки.