Ловушка для чужого жениха - Кейтлин Крюс

– Передайте ему, что вчера он разбил мое сердце вдребезги, – плачущим голосом произнесла очередная дама, когда Валентина сняла трубку.

– Простите, как вас зовут? – вежливо спросила Валентина. – Вы знаете, он очень много работает и у него совсем нет времени на разбивание сердец.

Женщина продолжала скулить в трубку, и Валентина записала ее имя, чтобы передать Ахиллу, когда он спросит о звонках.

– Я сомневаюсь в правдивости ее слов, – пробормотала она, кладя трубку. – Мы работали вчера до двух ночи.

Ахилл засмеялся:

– Вот и я о том же. Понятия не имею, кто эта женщина или любая другая. – Он пожал плечами. – Мои адвокаты по уши увязли в исках об установлении отцовства, но выиграли все до единого.

Валентину страшно удивило это признание. Вероятно, она слишком наивна. У нее тоже было много незнакомых воздыхателей, заявлявших, что знакомы с ней, присылавших письма во дворец из разных стран, а порой даже из мест заключения. Это все издержки публичной жизни и официального протокола, предписывавшего поездки с официальными визитами, приемы, светские рауты и тому подобное. Однако ей никогда не звонили, пытаясь настоять на связи. Даже если и были подобные попытки, ей о них не докладывали. Валентине стало немного не по себе, хотя она сама не знала почему.

– Удивительно, как много расстроенных женщин думают, что если заявят, будто встречались с вами, то вы поверите, – сказала Валентина не подумав.

Взгляд его золотисто-янтарных глаз затронул в ее душе тайные струны. Она почувствовала себя неустойчиво, хотя была в туфлях на низком каблуке, какие обычно носила в офисе Натали. Ей вдруг захотелось оказаться в броне, а не в элегантном жакете и юбке-карандаш, чтобы противостоять его магнетическому взгляду. Или воздвигнуть вокруг себя каменную стену.

– Вокруг много расстроенных женщин, – констатировал Ахилл, – и каждая норовит уверить меня в том, что имела со мной связь. Как вы думаете, мисс Монэт, почему?

Она сказала себе, что невозможно, чтобы он знал, что и она одна из таких женщин, несмотря на то, что его взгляд буквально пригвоздил ее к месту. Несмотря на то, как он выделил голосом ее имя.

Даже если у него и возникли подозрения относительно помощницы, он не может знать наверняка. Потому что никто не знает. Валентина сама не знала о существовании Натали, пока они случайно не встретилась в той туалетной комнате в аэропорту. А это означало, что ей лгали про ее рождение и детство и про мать.

Но Ахилл никак не мог знать об этом.

– Возможно, все дело в вас, – пробормотала она в ответ. Она улыбнулась, увидев, как поползли вверх его брови в высокомерном удивлении, которое всегда ее немного ошеломляло. – Я только хотела сказать, что вы публичный человек и мнение о вас зачастую строится на основании реакции прессы, которую вы не жалуете.

– Я совсем не публичный человек и не заигрываю с прессой, – возразил он.

Валентина подавила вздох:

– Вы очень богатый человек. Хотите вы того или нет, но вы привлекаете к себе внимание. Ахилл так пристально посмотрел на нее, что она едва не отвела взгляд.

– Вы считаете, что повышенный интерес публики к моей персоне заставит меня ему потворствовать? – спокойно спросил он. – Как раз наоборот. Но мне интересно знать, что вы считаете, будто что-то должны безликой массе, которая вами восхищается.

Валентина буквально онемела.

– Никакие массы, ни безликие, ни с лицом, не восторгаются мной, мистер Касилиерис. Они не имеют ни малейшего представления о моем существовании. Я простой помощник руководителя, не более того.

Его лицо оставалось бесстрастным, только глаза сверкали расплавленным золотом так, что у нее под ногами зашатался пол.

– Конечно, конечно, – согласился он. В его голосе ей послышалась угроза. – Это моя ошибка.

Последние несколько дней они работали буквально на износ. Сделка, которую намеревался заключить Ахилл, таила в себе множество подводных камней и требовала очень тщательной проработки. Толпы адвокатов и представителей партнеров по сделке наводняли офис с утра до вечера. В контракты вносились бесконечные поправки. Работали без перерыва. Еду доставляли из лучших ресторанов Нью-Йорка, выпивались литры кофе, который заваривали в современной кофемашине прямо в офисе.

Поздним вечером того же дня Валентина по-прежнему чувствовала себя не в своей тарелке. Она склонилась над контрактом, который подвинул ей Ахилл, чтобы она взглянула свежим глазом, когда вдруг поняла, что они остались в офисе одни. Не было видно ни сотрудников, ни партнеров, ни даже уборщиц. Стояла оглушительная тишина.

Сердце Валентины замерло. Только он и она.

Это не имело никакого значения, пыталась уверить себя она. Они часто оставались наедине – в автомобиле, в пентхаусе, в самолете. Ей подумалось, что ни с одним мужчиной она не проводила столько времени, сколько с Ахиллом, если не считать отца.

Она непроизвольно оторвала взгляд от контракта, который читала. Ахилл сидел за столом напротив нее, сосредоточенно изучая лежащую перед ним груду сопроводительной документации к контракту. Он выглядел, как обычно, по-деловому. На красивом волевом лице никаких следов усталости.

«Хватит есть его глазами, сконцентрируйся на работе», – внутренне приказала она себе.

Но не могла оторвать от него взгляд. Ей вспомнился их первый вечер в Нью-Йорке, как близко они стояли друг к другу у окна в его роскошном пентхаусе, с захватывающим видом на Манхэттен. Она вспомнила их разговор и его пронзительный взгляд, проникающий в самую душу. Более того, она помнила его прикосновение к ее волосам, собранным в конский хвост. Это был очень интимный жест.

Сейчас Ахилл сидел откинувшись на спинку кресла, заложив руки за голову, и о чем-то сосредоточенно думал. На скулах и подбородке пробивалась щетина, делая его похожим на пирата.

Валентина попыталась отвлечься от крамольных мыслей и снова погрузилась в изучение контракта. На столе громоздились кипы документов вперемешку с остатками еды, доставку которой она заказала в ресторане. Для нее это было в новинку. Она была уверена, что обычные люди часто заказывали доставку готовых блюд из ресторана на дом, но Валентина – принцесса и никогда прежде не заказывала еду сама себе. Поэтому сейчас она даже гордилась собой.

– Уже поздно, – сказал Ахилл, потянувшись и взглянув на нее.

Валентина испытала какое-то внутреннее беспокойство от его взгляда и ленивого тона.

– А я думала, вы собираетесь работать до рассвета, – как можно непринужденнее обронила она, надеясь, что ничем себя не выдала.

Ахилл опустил руки на подлокотники кресла, но его взгляд был по-прежнему прикован к ее лицу. Этот магнетический взгляд будоражил Валентину. Сейчас в пустом офисе он был еще более опасен.

У Валентины опыта общения с мужчинами – кот наплакал. Конечно, она читала любовные романы. И в них все именно так и начиналось – от одного взгляда красавца-мужчины героиню охватывает любовное томление, а в животе порхают бабочки.