Королевское искушение - Чарлин Сэндс

Ободряюще.

Он кивнул.

– И тот наш поцелуй, он граничит с чем-то поразительным.

Хуан-Карлос снова кивнул. У нее есть что сказать. И он хотел это услышать.

Или, может, нет.

– Но правда заключается в том, что вы король Алмы Монторо. Для вас это внове, и придется обнаружить, насколько тяжела эта работа. И вы все время будете на виду. Все. Время.

– Вас это тревожит?

– Да. Видите ли, я не желаю участвовать в душераздирающих историях, но в данном случае мне, возможно, придется разделить эту историю с вами, поэтому я…

– Разыгрывала недотрогу?

Он невольно улыбнулся.

– Да. Только я не играла. Я действительно не хочу отношений с человеком, в окружении которого так много блеска.

– Блеска? – рассмеялся он.

– Вы всегда будете сиять, что бы там ни случилось.

Ее улыбка померкла. Она вдруг стала очень серьезна.

– И любая женщина, которая будет с вами близка, обязана пожертвовать собственной личностью, мечтами, сердцем ради того, кто посвятил жизнь своей стране.

– Кем он был, Порция? Кто разбил ваше сердце?

– Да, мое сердце разбито. Я не люблю говорить об этом, но, поскольку это важно для нашей беседы, расскажу о Трэвисе Майлзе. В Америке он кто-то вроде короля. Большая голливудская знаменитость.

Хуан-Карлос кивнул:

– Конечно, я знаю о нем. Хотя не особенно часто смотрю развлекательные передачи, но он весьма известен.

– Трэвис знает в стране всех, кто имеет хоть какое-то значение, от спортсменов и суперзвезд до высокопоставленных политиков. Несколько месяцев между нами горела страсть, а потом мы стали встречаться все реже. Вскоре я обнаружила, что он давно изменяет мне с женщиной из его команды на телешоу. Трэвис выставил меня идиоткой, моя карьера и доверие ко мне пострадали. Чтобы восстановить репутацию, ушло три года. Принцесса или нет, но меня посчитали глупой блондинкой, и теперь я очень осторожна. Именно поэтому ваш королевский титул для меня вовсе не плюс.

Он стоял молча, подбоченившись, впитывая каждое слово. Понимал ее мотивы. Боль в глазах, дрожь в голосе говорили сами за себя, и его сердце заныло от такой исповеди.

Ему следовало уйти и позволить ей продолжить каникулы. Не стоит давить. Но он не двигался. Не мог вынести мысли о том, что больше ее не увидит.

– Будь все иначе, вы бы приняли мое предложение?

– Да, – кивнула Порция, и ее глаза прояснились. – Я даже не колебалась бы. Это слишком волнующе, чтобы отказаться.

– В таком случае давайте притворимся, будто только что встретились. Мы не танцевали. Не проводили время вместе. Это деловая встреча. И я обещаю, что отношения между нами будут строго официальными.

– Почему это так важно для вас?

– Потому что я вижу, насколько сильно ваше желание согласиться и вместе со мной найти спрятанные сокровища.

– Вы обещаете, что мы останемся просто друзьями после того, как найдем их?

Хуан-Карлос помедлил долю секунды. Он человек слова. Если пообещает, клятву не нарушит, невзирая на то, как бы сильно он хотел, чтобы все сложилось по-другому.

– Обещаю, принцесса.

Она кивнула:

– Я знаю, что вы сдержите слово. Так что да, принимаю ваше предложение.

* * *

Наутро Порция уведомила консьержа, что выезжает раньше, чем ожидалось, и поблагодарила за услуги. Тот надеялся, что она не разочарована своим пребыванием на вилле, она заверила, что все в порядке. Просто ее неожиданно вызвали на работу.

Консьерж вскинул брови, словно подозревая, что именно король Монторо имеет какое-то отношение к ее неожиданному отъезду.

Итак, приключение началось. Одетая для поисков в джинсы от Гуччи и красную клетчатую рубашку, туго подпоясанную на талии, Порция сменила туфли от Бруно Магли на высокие кожаные сапоги и ровно в восемь стояла у ворот виллы. Надвинула на глаза очки, поставила рядом чемоданы, последний раз взглянула на линию побережья и чистые лазурные воды, набегавшие на песок. Там, куда она едет, не будет пятизвездочных отелей. Ей сказали, что придется жить в самых суровых условиях, но она на это согласна, поскольку и раньше жила в лагерях и знала, каково там приходится.

Джасмин однажды убедила ее арендовать дом на колесах, и они добрались до Пизмо-Бич в Калифорнии. Припарковали гигантскую штуку возле берега океана и каждый день выходили на ланч и ужин. Побывали в ночных клубах, где танцевали до рассвета. Так что условия не столь суровы.

Правда, пришлось самим готовить завтраки. Зато гуляли каждое утро по пляжу. Это считается?

Один из телохранителей Хуана-Карлоса минута в минуту подъехал на черном микроавтобусе и с каменным лицом открыл перед ней дверь. Загрузил ее вещи в багажный отсек, пока она усаживалась на заднее сиденье.

Когда они отъехали, Порция стала наслаждаться звуками утра. В венах бурлило возбуждение.

Она поймала Хуана-Карлоса на слове. Он будет обращаться с ней как с профессионалом, так что опасаться нечего, остается многого ждать. Похоже, она убедила его, что не жаждет романтических приключений. Удивительно, но ей не стыдно признаваться в собственных ошибках. С ним как-то легко, а это о чем-то говорит, тем более она до сих пор не доверяла свои секреты никому, кроме лучшей подруги.

Они проехали по улицам Плайя-дель-Онда и выбрались на шоссе, ведущее в глубь страны.

– Простите, когда мы заедем за королем Монторо? – спросила она Эдуардо, водителя-телохранителя.

– Его величество встретит вас на месте.

А, какая осмотрительность.

– Долго ехать?

– Не слишком. Менее чем через час будем на месте. Вам что-то понадобилось, принцесса?

– Нет-нет, все прекрасно.

Она выглянула в окно, любуясь пейзажем. Ухоженная растительность по обочинам дороги сменилась полевыми цветами и буйно растущими кустами. Есть в этой стране природная красота, хотя дорога становилась все более ухабистой. Из-под шин летел гравий.

– Простите, принцесса, здесь очень плохая дорога.

– Сколько нам еще осталось?

– Еще миля-другая.

Вскоре они свернули на дорожку и проехали через ворота из кованого железа, увитые мертвыми ветвями и лозами. Заросшая сорняками и растрепанными кустами земля окружала двухэтажный дом, отчаянно нуждавшийся в покраске. На крыльце появился Хуан-Карлос с молотком в руке. Рубашка расстегнута, прекрасная бронзовая грудь блестит от пота. Темные волосы сверкают под октябрьским солнцем.

При виде Порции он широко улыбнулся.

Она сделала глубокий вдох. Если сможет уползти, превратившись в дрожащее желе, так и сделает. Прикажет Эдуардо повернуть машину и ехать, ехать, пока не забудет каштановые глаза Хуана-Карлоса, темное сияние его волос и мощное тело.