Вспомни меня!.. - Дана Хадсон

Принимаясь за еду, Джеймс с легким смешком объяснил:

— Просто выбери то, что тебе нравится. Вовсе не обязательно съедать всё это зараз.

Лорен положила себе немного рыбы под нежным сметанным соусом и решила, что этого вполне достаточно. Съев ее и выпив стакан свежеприготовленного сока из смеси тропических фруктов, она осторожно поинтересовалась:

— А где твоя мать с мужем?

Он сделал неопределенный жест рукой.

— Думаю, еще спят. Они наверняка вернулись под утро из какого-нибудь ночного клуба. Мать практически никуда не выходила с отцом — он, если честно, и в самом деле был старой брюзгливой развалиной. Теперь вот наверстывает.

— А когда ты стал графом?

— Ты хочешь спросить, когда умер отец? Мне было десять лет. Но я этого даже и не помню. Я в то время учился в Итоне и его смерть прошла для меня совершенно незаметно. На похороны меня не привозили. Я и прежде его крайне редко видел. Он не терпел, когда нарушали его покой. А от шустрого ребенка столько шуму…

Лорен вспомнила свою дружную семью, любящего ее отца, и с сочувствием посмотрела на Джеймса. Перехватив ее взгляд, он протестующе воскликнул:

— Меня вовсе не надо жалеть! Я был изрядным сорванцом, и строгая дисциплина закрытого учебного заведения да еще с хорошей спортивной подготовкой была мне жизненно необходима. Я ни о чем не сожалею.

Услышав в его голосе предупреждение, Лорен решила сменить тему.

— Ты хороший спортсмен?

Он согласился с чуть насмешливой улыбкой:

— Думаю, да. Немощь нынче не в моде. А ты?

Ей пришлось стыдливо потупиться.

— О нет! Когда мне? Ты же знаешь, что я заканчиваю работу в шесть часов. А потом еще еду домой через весь Лондон. В соседнем квартале есть бассейн, но я выбираюсь туда крайне редко, в лучшем случае пару раз в месяц. Вот и все мои спортивные достижения.

Джеймс вскинул на нее любопытствующий взгляд. Ему чертовски захотелось посмотреть на нее в бикини. А еще лучше без него…

— Я и не знал, что ты любишь плавать.

Чуть пожав плечами, она заметила:

— Ты вовсе не обязан знать обо мне всё.

Он с какой-то непонятной горячностью воскликнул:

— Но мне хочется знать о тебе всё! — она посмотрела на него с некоторым недоумением, и Джеймс снова возвратился к тому небрежно-ироничному тону, что установился между ними с самого начала: — Чем бы ты хотела заняться сегодня? Можно покататься верхом, можно поплавать в нашем весьма неплохом бассейне, можно погулять по парку, а можно просто ничего не делать, валяясь среди густой травы на поляне в лесу.

Лорен с легким укором заметила:

— Но самым привлекательным обстоятельством нашего уик-энда ты считал экскурсию по замку. Неужели передумал?

Откинувшись на высокую спинку кресла, Брукс сумрачно признал:

— Честно говоря, в последнее время эта идея мне уже не кажется заманчивой. Отчаянно не хочется идти, сам не знаю, почему. К тому же ты уже видела часть здания и поняла, что замок построен хаотично, с бесконечными переделками и ничего привлекательного, на мой взгляд, не представляет. Конечно, это наша история, но я боюсь, что она тебе может и не понравиться. А это было бы жаль.

Проигнорировав его странный намек, который он ей всё равно, как ни бейся, не объяснит, Лорен настойчиво попросила:

— Но всё-таки давай пройдем по замку. Если, конечно, у тебя нет никаких важных дел.

Он встал и, подавая ей руку, мрачно признался:

— Нет у меня никаких дел. Я приехал сюда исключительно для того, чтобы побыть с тобой вдвоем. Если тебе так хочется, хорошо, давай побродим по замку. Но переоденься, здесь есть такие места, по которым можно пройти только в спортивной одежде.

С загоревшимися глазами Лорен побежала переодеваться. Натянув привычные джинсы, футболку, обув кроссовки, и завязав узлом волосы, Лорен решила, что вполне готова к экскурсии. Но зашедший за ней хозяин посоветовал надеть еще и куртку, поскольку их маршрут будет проходить по подземелью, а там, несмотря на лето, весьма прохладно.

Послушавшись его совета, Лорен захватила хлопковую ветровку, и они вновь двинулись по нескончаемым коридорам в глубь здания. Пройдя мимо нескольких гостиных и апартаментов для гостей, каждый из которых был оформлен в своем индивидуальном стиле и носил название Сказочных апартаментов, Розовых апартаментов, и прочих в том же духе, они вышли в западное крыло, в котором и в самом деле слышались весьма неприятные заунывные звуки.

От одного из них, отличавшего особенной дикостью, Лорен вздрогнула и невольно прижалась к спутнику. Обхватив ее рукой за плечи, Джеймс невесело рассмеялся.

— Не беспокойся, это просто ветер, а не привидения, я же тебе говорил.

Но Лорен так не считала. Звуки были такие живые, такие тоскливые, что она невольно задрожала от горестного предчувствия. И даже призванный ею на помощь здравый смысл не помогал, полностью деморализованный этими заунывными песнопениями. Казалось, из всех углов на них смотрят души замученных здесь невинных людей, прося сочувствия и защиты.

Но вот они оказались на мрачной галерее с круто ведущей вниз лестницей, которую поддерживали массивные арки из темного дерева. Спустившись по ней гораздо ниже цокольного этажа замка, Джеймс наконец остановился возле старинной, изъеденной временем каменной кладки.

— Вот то самое место, о котором я тебе говорил. Это католический монастырь. Зданию больше семисот лет. В пятнадцатом веке его закрыли, а земли подарили за верную службу моему предку. Но монастырь поставлен на месте старого языческого капища, предположительно друидов. И до сих пор под землей специальные приборы показывают странные пустоты. Но туда никто не спускался, поскольку это может быть очень опасно.

От любопытства у Лорен заблестели глаза и разрумянились щечки, и граф с удовольствием смотрел на нее, гадая, сколько еще сможет выдержать эту пытку. Джеймс отчаянно ее хотел, и прилагал немало усилий для ее завоевания. Проблема была в том, что за последнее время он выяснил, что Лорен вполне заслуживала звания жены, а не любовницы, но преодолевать сопротивление родственников и увещевания знакомых ему отчаянно не хотелось.

Ему должны были завидовать, но никак не сочувствовать, говоря — бедный, бедный граф Филдинг! Такой мезальянс, и из-за кого! Это здорово смущало его, всё-таки он был аристократом до мозга костей и его жена должна была полностью соответствовать этому высочайшему статусу.

Но больше ждать он не будет, это просто не в человеческих силах. Этим же вечером он попросит Лорен стать его любовницей. Ведь недаром так долго готовилась эта поездка. Нелегко было заманить мать именно в этот уик-энд в нелюбимый ею замок, где она провела практически в заточении десять лет, но без респектабельного присутствия матери нечего было и пытаться уломать Лорен. Но теперь ему всё удалось и он надеялся, нет, был абсолютно уверен, что удастся и всё остальное.