Жена на одну ночь - Анастасия Князева

И только ОНА имела смысл. Моя Лиана.

И тот мир, который мы построим вместе.

А начнем мы прямо сейчас...

– Добро пожаловать домой, жена, – ловко подхватываю ее на руки, из-за чего длинные юбки свадебного платья взлетают белоснежным облаком.

Ее глаза теперь на уровне моих. И я отчётливо вижу застывшие в них слезы. Они висят на черных ресницах и переливаются под луной ярчайшими бриллиантам. Смотрю на нее, а внутренности стягивает, скручивает узлом желания. Дикого и необузданного, как моя страсть.

Лиана нежно касается моих щек. Проводит по ним дрожащими маленькими ладонями, даже не подозревая, какую бурю пытается укротить.

– Спасибо... Спасибо, – пухлые губки слегка подрагивают. Она улыбается мне сквозь слёзы. Сквозь тонкие борозды боли, что виднеются на дне ее израненной души.

И снова чувство, словно невидимые путы вокруг шеи сплетаются, впиваются острыми шипами. При мысли о том, как жила раньше, через что прошла... Становится мерзко. Гадко от того, что не появился раньше. Не уберёг свою волшебную девочку от разочарований и боли...

Сердце дрогнуло так болезненно и сильно, что показалось оно ударилось о ребра и разлетелось крупными осколками.

Рука тут же взметнулась вверх, зарылась в густые волны волос и надавила, приближая.

– Сирум ем кез... Лиана*.

Выдыхаю шумно и накрываю трепечущие губы своими. Вбираю ее сдавленный стон, проглатываю жадно. С упоением. С голодом, которого и сам невольно пугаюсь.

Чувствую, как она дрожит. Мурашки волнами по ее телу носятся, передаются мне, пробираются под кожу. Глубже. В кровь. В ДНК проникают. А я уже не могу остановиться.

Целую ее, сминаю, поедаю, как изголодавшийся зверь. Меня ведёт от нее. От ее запаха. От страха и робкого интереса, с каким Лиана за меня цепляется. От ее неумелых попыток отвечать на эти дикие ласки...

С трудом заставляю себя оторваться от нее и глотнуть немного воздуха, чтобы насытить иссохшие лёгкие. Вновь почувствовать себя живым. Свободным от ее чар.

Хотя знаю и понимаю наверняка – бессмысленно и глупо. Нет мне спасения. Как бы далеко не бежал, все равно во мне будет. В самом сердце. Всегда...

Прижимаюсь лбом к ее горящей щеке и выдыхаю в изнеможении. Тихо. Очень тихо.

– Ты моя, Цветочек... Полностью моя. Вся. Без остатка... Каждый кусочек твоего тела, каждый миллиметр... Ты принадлежишь мне, девочка. И душой и телом, – жарко шепчу прямо в губы. – Только мне! Я никому тебя не отдам...

– Не отдавай, – тонкие ручки обнимают крепко, ее слабое дыхание обжигает кожу. – Никому не отдавай! Никогда не отпускай меня. Мне никто кроме тебя не нужен. Никто... Я люблю тебя, Арс. Я очень сильно тебя люблю!

И в голове пульсирует ее тихое "Арс". Каждое ее слово, каждый звук в груди отпечатывается, застывают на сердце обожжеными рубцами. Ещё ни одна женщина не произносила моё имя так нежно, с такой любовью и так необычно. Никогда ещё я не испытывал такого трепета при звуках своего имени в чужих устах. И мышцы сжимаются в ответ. Сердце дёргается, умоляет, чтобы сказала ещё. Лишь бы снова услышать, как она зовёт меня, как любит...

Мне казалось, это я ее присвоил. Забрал и стал ее миром. Но нет. Ничего подобного.

Я проиграл, сраженный ее чистотой. Давно и бесповоротно. А она, моя коварная искусительница, даже не поняла этого...

Я перенес Лиану через порог, как того требовал старый обычай и, не выпуская ее из рук, поднялся наверх.

Наша спальня встретила нас чувственным полумраком и лёгким цветочным ароматом. На полу и тумбах на равном расстоянии друг от друга стояли маленькие стеклянные фонарики. Розовые лепестки расстилались под ногами белоснежным ковром и трепетали при каждом дуновении теплого ночного воздуха. Окна и балкон были открыты, и тонкий лавандовый тюль медленно колыхался в такт дыханию ночи.

– Арсееен. Как же здесь красиво!

– Это ты красивая, Цветочек. Мои глаза ничего кроме тебя не видят.

Наши глаза встречаются, время замедляет свой ход, и всё вокруг замирает.

Я аккуратно ставлю ее на пол, словно нежную фарфоровую куклу. Впрочем, для меня она и есть изящная драгоценность. Хрупкая и невесомая, как лунный свет. И я лечу на него, как отчаянный мотылек. Рвусь к ней, опаляя крылья, сгорая под ее холодным сиянием...

Словно прочитав мои мысли, Лиана вдруг изменилась в лице. Качнула головой, отметая грустные сравнения и, привстав на носки, обвила мою шею.

– Я хочу стать твоей, Арс, – протяжный выдох щекочет мои губы, руки на ее талии сжимаются сильнее, сдавливая почти до боли. – Прямо сейчас...

Замираю, всматриваясь в расширенные зрачки. Сначала в один, затем в другой. Вижу в ее глазах гремучую крышесновную смесь. Решимость, страсть и... Страх. Именно в такой последовательности.

Дышет часто. Я вижу, как вздымается ее грудь, обтянутая корсажом свадебного платья. От этой картины внутри всё возгорается бешеным пламенем.

Хочу ее.

До безумия.

До черноты в глазах.

Больше не могу сдерживаться.

Но прежде чем я успеваю что-либо сказать, Лиана подаётся вперёд и целует меня. САМА. Впервые.

И я срываюсь, слетаю с тормозов и обрушиваюсь на нее с высоты птичьего полета.

Мой язык проникает в ее рот. Уверенно. Жёстко. До самых глубин. Сплетается с ее язычком и кружит в безудержном водовороте.

Руками шарю по идеальному телу, нахожу на спине длинные ряды пуговиц и с губ слетает отчаянный рык.

– Кажется, придется испортить твое платье, – выходит хрипло и сдавленно.

Слышу как смеётся Лиана, но уже в следующий миг этот звук перекрывает треск рвущейся ткани.

Ловкими движениями срываю с нее платье, и оно падает к ногам шелковым облаком, открывая моему взору настоящую сказочную нимфу.

От вида идеального, нетронутого ничьими руками девичьего тела дыхание срывается. Белая, как снег, кожа переливается в тусклом свете, отливает расплавленным серебром.

– Необыкновенная... Моя... – шепчу сдавленно, покрывая ее шею лёгкими поцелуями. – Только моя...

Снова поднимаюсь, нахожу ее губы и накрываю своими. Ее дрожащие пальцы впиваются мне в плечи, царапая и дразня.

– Арсееен... – повторяет мое имя как в бреду. Колдунья.

Подхватываю ее на руки и кладу на постель. Даю себе ещё одно мгновение, чтобы насладиться представшей предо мной картиной. Не отводя от нее взгляда, кое-как избавляюсь от одежды и медленно опускаюсь рядом. Притягиваю ближе и выдыхаю прямо в губы:

– Что ты со мной делаешь, Цветочек? Ты свела меня с ума... Душу вынула... Моя девочка... Моё сладкое безумие. Боже, как же я тебя хочу!

Сквозь густое марево слышу ее утробное "Арс" и позволяю бездне заглотить нас. Сожрать без остатка и выплюнуть изуродованными ошметками.