Прятки с женихами - Анетта Политова

— А я все думал, как это происходит…

— Случайные знакомства? — я усмехнулась, и начала пытаться выйти в холл, протискиваясь через сумки. Надо было еще исхитриться это сделать так, чтобы не перетоптать вещи мужчины.

— Нет, как ломаются подъемники.

Я прикусила язык, чтобы не съязвить в ответ. Он меня, можно сказать, спас, не буду ему сообщать, что он вредный тип. Я между прочим, ничего плохого ему не сделала… пока. Вот чего бурчать?

Свобода!

Я направилась вдоль коридора с белоснежными стенами и темными дверьми в номера, отсчитывая цифры и отыскивая свои "апартаменты". Я второй день в этом отеле, еще плохо ориентируюсь.

Москвич тем временем нагрузил на себя со всех сторон кучу сумок и рюкзаков, и пошел проделывать тоже самое, что и я…

Лифт уехал вниз.

От меня не ускользнуло количество вещей у мужчины. Показалось, что их слишком уж много. Интересно, он на месяц приехал отдыхать? Понимаю я — женщина и мне нужно было обязательно взять туфли к платью, платье к жакету, соответствующего цвета белье, украшения, несколько широкополых шляп и так далее. Что может взять мужик на курорт? Трусы, плавки и бритву. Хорошо — рубашка, майка, шорты — ВСЁ! Полотенце выдают в отеле… А, еще презервативы забыла! И то их можно здесь купить. Ума не приложу, чем наполнены сумки этого брюнета. Мне даже любопытно стало.

Наши комнаты оказались рядом. Почему я не удивлена?

Достала пластиковую карту — магнитный ключ.

Щелчок.

Мужчина открыл свой номер первым. А я все стояла и наблюдала за ним, прикидывая в голове, чем заполнены его тюки. Поразмыслив пришла к единственному выводу, что он приехал сюда не один, скоро возможно поднимутся на этаж жена и пятеро детей.

Снова звук открывающихся дверей подъемника и на этаже появилось не многочисленное семейство новоприбывшего москвича, а непонятливое чудо по фамилии Грибов. Похоже администраторша отеля сдала меня с потрохами. Вполне ожидаемо, нужно было ей заплатить и дать четкие указания на мой счет, но кто знал, что меня будут искать? Я вообще-то в другую страну улетела!

Придется сдаваться, Леха меня нашел.

Сейчас начнутся беседы долгие и нудные заверения меня, что я таки не права, пытаясь его избегать и не желая возобновить наши отношения.

Надоело!

Ах, да! Как же я могла забыть, тут еще и Ванька в ближайшее время нарисуется. Найдет… к сожалению, раз уж приехал.

Секунды мне хватило на то, чтобы понять: ну не готова я к встрече со своими женихами. Пока нет. Одного еще не разлюбила до конца, мое многострадальное сердце может не выдержать и я сдамся, а не хотелось бы. А с Давыдовым ситуация еще хуже — перед ним чувствую себя виноватой.

Ничего в голову более путного в тот момент не пришло, как юркнуть в закрывающуюся дверь соседнего номера того самого всем недовольного брюнета.

— Э, гражданочка! — опешил мужчина.

Он уже успел сгрузить вещи на пол и стянуть футболку. Стоит такой весь идеальный и удивленно на меня смотрит. И я невольно зависла, любуясь идеальным торсом в моем понимании. Не перекаченный, а такой как надо — рельефный с плавными линиями и гладкий.

— Прошу прощения, выручи, а? Как земляк земляка. Если постучится сейчас к тебе парень — я твоя жена.

— Что?! — ко мне тут же подлетели с единственным желанием открыть дверь и выставить в коридор, — нет у меня ни какой жены. Вчера, наконец-то от нее избавился. Это неудачная шутка.

Слушаю его и глазами моргаю. Что значит "избавился"? У него в сумках расчлененное тело, что ли?

Мама!

Я попятилась назад, уже и сама понимая, что опрометчивая это была мысль ворваться к постороннему, абсолютно не знакомому мужчине, пусть и с привлекательной наружностью.

— Чего так испугалась, красавица? — усмехнулся черноволосый и голубоглазый незнакомец.

— Вы маньяк? — глупый вопрос, конечно. А разве под страхом смерти может прийти на ум что-то стоящее и заумное, сомневаюсь.

— Нет, я Дмитрий. И с женой я развелся, поэтому увольте, заводить ее снова не собираюсь.

— Заводят механическую игрушку и зверушку, — заметила я.

— Мы друг друга поняли, я думаю. Жениться я в ближайшее пять лет не планирую. Всего хорошего! — он достал магнитный ключ…

— Полностью разделяю ваше мнение. Я на счет брака. Вот тот качек как раз хочет, чтобы я стала его женой, спасите меня! Считаю, что мне рановато.

— С чего вдруг мне тебя спасать? Сама наломала дров, вертихвостка, я мне в конфликт вступать? Я приехал отдыхать, — мужская рука с карточкой потянулась к замку.

Я зажмурилась. Еще чуть — чуть и я нос к носу столкнусь с Грибовым.

Что же еще придумать, как заставить этого женоненавистника мне помочь?

Думай, думай!

Нет, он дал понять, что с удовольствием насладится моим разоблачением.

О, придумала!

— Дима, стой!

— Ну, что еще?

— Не хочешь помогать мне, помоги моему жениху не свершить ошибку всей его жизни, женившись на мне.

— Пожалуй, это можно. Он еще и спасибо скажет.

— Несомненно! — обрадовалась я.

Брюнет спрятал ключ, а я расслабилась.

— Если не хочешь называть меня своей женой, — озвучила я новую мысль. Он напрягся и одарил меня грозным взглядом, — я могу быть твоей, ну… скажем, любовницей?

Сказав поняла, что только что ляпнула и покраснела до корней волос.

Что он обо мне подумает?

Осмотрев стоящую перед ним девушку в весьма откровенном купальнике с распущенными белокурыми волосами с ног до головы, Дмитрий усмехнулся, подошел ближе, взял меня за руку и заставил покрутиться вокруг своей оси:

— Ладно, согласен. Но только в этот раз.

Если я скажу, что у меня пропал дар речи, я ничего не скажу о том состоянии шока в которое я впала, после этого наглого осмотра.

— Ты не слишком буквально воспринимай мою просьбу. Преследователь уйдет и ты меня больше не увидишь.

— Надеюсь…

Он потянулся и принялся за разбор сумок.

В номер постучали, заставив побледневшую меня затаить дыхание и замереть у двери не моргая.

Я беззвучно, одними губами проговорила Диме:

— Пожалуйста!

— Только ради счастья этого мужчины.

Да ради бога!

Москвич открыл дверь и вышел в коридор. До меня донеслась беседа двух мужчин:

— Да?

— О, свои! Здоров! Девчонку такую видел на этаже?

— Привет, привет, я ток заехал. Эту не видел… Но все свое вожу с собой. Моя стервоза на других заглядываться не даст. Прости, тут я тебе не помощник.