Обаятельное чудовище - Елена Сокол

Я иду по коридору, сам еще не зная куда.

— Что ты от меня хочешь, Колбаса? Видишь, в какой я оказался заднице из-за Мишани? На черта вообще ввязался во всю эту ерунду с клубом? И что мне не сиделось спокойно?

— Тим, давай серьезно. — Дашка дергает меня за рукав, вынуждая остановиться. — Разве ты не этого хотел? Как показала жизнь, клуб тебе в тягость. Кроме того, что ты принимаешь своих друзей на своей же территории, тебе интереса никакого. Еще и работать тебя заставляю. Может, ну его? — Она хлопает голубыми глазками. — Не будем ссориться с этой Мартой. Она тоже заинтересована в том, чтобы навести здесь порядок. Ты к ней не лезь, просто получай свои деньги, отдыхай в своей удовольствие…

— Ты шутишь? Хочешь, чтобы я отдал свое детище какой-то пигалице?

— А-а-а… — Надувает губки Дашка. — Детище… Левицкий, ты за последние месяцы и пальцем не пошевелил для этого детища! Я как белка в колесе здесь ношусь! Хочешь честно? Я даже обрадовалась, что у меня теперь нормальный руководитель появится!

— Вот как…

Подруга, поняв, что наговорила лишнего, тут же берет себя в руки.

— Прости, Тим. Я просто… Не знаю… Может, и правда, не ругаться с ней? Нормальная вроде девчонка…

Я качаю головой и иду дальше. Потом останавливаюсь и оборачиваюсь к Дашке. Она кусает губы.

— Я, правда, не сделал ничего стоящего для своего клуба?

— Нет. То есть да! — Девушка трет виски, пытаясь подобрать слова. — Все не так! Я не это хотела сказать…

Подхожу к ней ближе, наклоняюсь к самому лицу и шепчу:

— Если ты все еще мой друг, Колбаса, то узнай, кто она такая. Вытяни из нее все, что можешь, прошу.

Марта

Итак. Половина бизнеса принадлежит монстру. Бороться с монстрами с некоторых пор мое кредо.

Я возвращаюсь домой с кучей бумаг, которые изучаю вплоть до полуночи. Цифры, отчеты, закупки, расходы. Пытаюсь вникнуть, осмыслить, проанализировать и сделать выводы. Помечаю интересующие меня статьи.

— Видишь, — говорю, встречаясь глазами с лежащим на кровати обездвиженным мужчиной, — а ты боялся, что из меня ничего не выйдет, папочка. Не домашнее бы обучение, я сейчас могла бы иметь диплом, поступить в университет и быть как все. Но так… тоже ничего. Я же много читала. Очень много. Ты даже не представляешь, какое оружие вложил в мои руки с помощью книг. А еще есть интернет. О, — качаю головой, — я и до него теперь добралась!

Подмигиваю ему и открываю ноутбук.

Нахожу нужный профиль в соцсетях. Тим Левицкий. Вот он, во всей красе. Со своей фирменной ухмылочкой. Маменькин сынок, холеный и избалованный. Девушки разных мастей с удовольствием отмечают его на своих фото. Вечеринки, дорогие тачки, яхты, красивый отдых. Ты мне даже не противник. Так — богатый лентяй без цели в жизни. Избавиться от тебя будет проще простого. Пожалуй, это даже будет весьма увлекательно…

Следующее утро я начинаю с генеральной уборки в кабинете. Прихожу пораньше и вызываю Вадика с Никитой.

— Ребята, нужно передвинуть мебель.

Скинув пиджаки, качки бросаются в бой. К левой стене отправляются вещи Левицкого. Его компьютер, тумбочка, столик, шкаф с одиноко висящей в ней рубашкой и громоздкий кожаный диван. На своей половине я расставлю все так, как мне надо.

— Марта Яковлевна! — Никита краснеет, выуживая из-за дивана что-то красное.

— Что там? — Отрываюсь от изучения бумаг.

Он подходит и кладет мне на стол клочок ткани с кружевами. Я отшатываюсь. Красные стринги!

— Какая мерзость! Фу!

— И куда мне их положить? — Хихикает он.

— Вон, брось туда. — Указываю на столик. — Вдруг понадобятся владельцу.

Понятно, чем он тут занимался вместо работы! Ловелас!

Когда все закончено, я встаю с кресла, подхожу к охранникам и отсчитываю каждому по паре купюр.

— Это вам за помощь, ребята.

— Да мы… — Мычит Вадик.

— Мы не… — вторит ему Никита.

— Берите-берите! Каждый труд должен быть оплачен. — Улыбаюсь, зарабатывая себе дополнительные баллы перед подчиненными.

Они прячут деньги в карманы как раз в тот момент, когда в кабинет входит сонный Левицкий.

— Это что? Это… Какого, мать его, хрена?! — Орет он.

И изумленно останавливает свой взгляд на виновнице происходящего — то есть на мне.

— Ненормальная! С ума сошла?!

— Мальчики, можете идти. — Говорю я охранникам.

— Стоять! — Чертыхнувшись, выпаливает Тим.

— На своей половине будь добр сам навести порядок. — Пожимаю плечами я. — Мне кажется, у тебя слишком много ненужных вещей. Если выкинуть половину, то будет не так кучно.

Парень хватается руками за голову.

— Так. Быстро поставили все, как было! — Указывает Вадику и Никите. — А ну, взяли эту тумбочку и поставили на место — вон туда!

Охранники послушно припадает к тумбочке, и я визжу:

— Стоп!

— Берите! — Раздраженно сплевывает Тим.

— Поставьте! — Требую я.

Вадик-Никита застывают на месте, не убирая рук от предмета злосчастной мебели.

— Берите и несите! — Приказывает парень скорее растерянно, чем сердито.

Охранники косятся на меня.

— Поставьте! Не трогайте! — Гордо топаю ножкой.

— Несите! — Угрожающе цедит сквозь зубы Тим.

Качки испуганно поднимают в воздух тумбу, и я возмущенно развожу руками:

— Парни, разве мы не договаривались? — И едва Левицкий переводит взгляд, показываю жест, на пальцах, означающий «деньги».

Бум! Тумбочка глухо падает на пол.

— Извини, Тим Григорьич… — Прячет глаза Вадик.

— Мы, наверное, пойдем… — Крадется спиной к выходу Никита.

Через пару секунд они скрываются за дверью, и я начинаю об этом жалеть, потому что чудовище приближается ко мне все ближе и ближе. Я вижу, как его пальцы сжимаются в кулаки, как перекошенное от ненависти лицо наливается краснотой.

— Вот, значит, как… — Раздается у самой моей макушки.

Я медленно поднимаю взгляд. И сглатываю.

— Просто… я быстро нахожу общий язык с персоналом. — Говорю срывающимся голосом. — Они сразу почувствовали во мне стержень руководителя. Минус тебе, что ты так и не смог организовать здесь дис-цип-ли-ну…

Последнее слово я произношу прямо ему в лицо. О, Боже… Он что, кусок от меня откусить собрался?

— Быстро ставь все, как было! — Рявкает он, крепко хватая меня за руку и подтягивая на себя. — Кому сказал!