Счастье по Аристотелю - Эдит Холл

4 июля 1776 г. новоиспеченный конгресс Соединенных Штатов одобрил текст Декларации независимости, составленной Томасом Джефферсоном. Первый пункт этого документа гласит: «Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью». Как все мы прекрасно знаем, образцом для подражания отцам-основателям США служила Римская республика, однако, судя по обороту «стремление к счастью», Джефферсон был хорошо знаком и с философией Аристотеля. Четыре года спустя схожая формулировка появилась в конституции Массачусетса (1780): правительственная власть учреждается для общего блага, «для защиты, безопасности, благосостояния и счастья народа».

Аристотель полагал, что образование и воспитание, которое мы дадим будущим гражданам, играет решающую роль в реализации их личного и общественного потенциала. В связи с этим Законоположение о Северо-Западной территории от 1787 г. выглядит как нельзя более аристотелевским в той части, где утверждается, что школы необходимы для «добропорядочного управления и счастья человечества». Любой, кто живет в соответствии с принципами, изложенными на заре американской независимости, оказывается (иногда сам того не подозревая) последователем Аристотеля и приверженцем идеи всеобщего счастья.

В своем самом знаменитом высказывании (настолько знаменитом, что без него – немного искаженного – не обошелся даже обмен мнениями между Дональдом Трампом и папой Франциском в феврале 2016 г.). Аристотель называет человека «политическим животным» (zoon politikon). Аристотель имел в виду, что человека отличает от других животных естественное стремление собираться в крупные оседлые общины – полисы или города-государства. Аристотель всегда выводит определение через серию различий и в «Никомаховой этике» задается принципиальным вопросом: «Каковы отличительные черты человека?» Люди, точно так же как животные и растения, участвуют в базовой жизнедеятельности, получают питательные элементы и растут. Таким образом, ни жизнь, ни питание, ни рост отличительными признаками человека не являются. У животных, как и у человека, имеются органы чувств, с помощью которых они воспринимают окружающий мир и остальных существ. Значит, чувства тоже отличительной характеристикой человека выступать не могут. Зато никто другой, кроме человека, не ведет «деятельную жизнь существа, обладающего суждением». Человек не только действует, но и способен обдумывать свои действия заранее, в процессе и после. Это и есть человеческий raison d’être – смысл существования. И если вы, как представитель человеческого рода, не реализуете свою способность действовать разумно, вы не реализуете заложенный в вас потенциал.

Поступать осмысленно, чтобы жить хорошо в аристотелевском понимании, означает культивировать добродетель и избегать пороков. Добрый человек обязательно будет счастлив. Неслучайно сказка со счастливым концом «Эта замечательная жизнь» (1946) Фрэнка Капры до сих пор остается самым популярным рождественским фильмом – его идея созвучна с общими для большинства людей ценностями взаимопомощи и милосердия. Герой фильма, Джордж Бейли (в исполнении Джеймса Стюарта) – предприниматель-филантроп, загнанный в угол алчным банкиром, решает уйти из жизни в сочельник. Однако прибывший с небес ангел-хранитель Кларенс разворачивает перед Джорджем ретроспективу его бескорыстной и самоотверженной помощи другим. Мы видим, на что он готов ради своих родных; видим, как он дает беднякам займы на покупку домов. Кларенс отговаривает Джорджа от самоубийства, показывая, как развивались бы события, исчезни он с лица земли: родным приходится туго, бедняки ютятся в трущобах. Джордж осознает, что его «замечательная жизнь» – это тесное переплетение судеб его и тех, кому он помог, он связан с другими людьми. Аристотелевский характер этого фильма проявляется и в том, что жизнь в нем представлена как непрерывная последовательность разумных поступков, и насколько она будет замечательной, зависит только от наших решений. Каким бы сиропным ни был этот фильм, он задевает эмоциональную струну.

Фильм 1996 г. «Обещание» (La Promesse) бельгийских режиссеров Жан-Пьера и Люка Дарденнов, напротив, лишен всякой сентиментальности. Мы видим, как юноша, вступающий во взрослую жизнь, в которой ему предстоит самому нести полную ответственность за свои поступки, узнает, как могут быть вознаграждены добрые дела. Игорю всего 15, пока он просто помощник в автомастерской, однако ему удается справиться со сложнейшей нравственной дилеммой и обрести независимость от своего беспринципного отца. Когда тот требует, чтобы Игорь помог ему скрыть наступившую в результате несчастного случая смерть нелегального мигранта, Игорь проходит сложный этап нравственного взросления и достигает душевного спокойствия, помогая обездоленной семье погибшего вопреки угрозам отца, чувству вины, социальной уязвимости и страху перед законом.

Именно здесь, в выраженной взаимосвязи счастья с добродетельными поступками, кроется одно из основополагающих различий между аристотелевским рецептом счастья и другими философскими концепциями, такими как эгоизм, утилитаризм и кантианство. Показывая в «Политике», насколько сложно достичь счастья без добропорядочности, Аристотель рисует предельно карикатурный портрет человека, одолеваемого пороками и потому несчастного: