Выход есть! Как быть, если не хочется жить - Михаил Хасьминский

В качестве иллюстрации приводим историю от­равления галоперидолом (по данным профессора А. В. Добронравова). «Наблюдение отравления под­ростка галоперидолом. Владимир С, воспитанник спецшколы для малолетних правонарушителей, обра­тился в медсанчасть в 12 часов с жалобами на резкую боль в области шеи, ригидность шейных и затылочных мыши, невозможность сгибания головы. Накануне, в 17 часов принял ** таблеток галоперидола. После этого впал в сонливое состояние. Утром почувствовал значи­тельное недомогание, вялость, резкую головную боль. В 12 часов 30 минут во время осмотра врача у больного развился выраженный судорожный тонический синдром с явлениями опистотонуса (больной выгибается назад от головы до ног). Выраженность синдрома до­стигала такой степени, что больному приходилось са­мому пригибать голову за волосы к груди. Все это со­провождалось значительным болевым синдромом со стонами и болезненным криком. Имело место сильное чувство страха. При осмотре: сознание спутано, неа­декватные двигательные и эмоциональные реакции. Через 5 минут судорожный припадок купирован, боль­ной в состоянии медикаментозного сна был госпита­лизирован с диагнозом "отравление галоперидолом". В стационаре — состояние без ухудшения, судороги не повторялись. В дальнейшем при диспансеризации через 2 месяца судороги не повторялись, но развился умеренный астено-невротический синдром».

Действие больших доз препаратов для лечения сердечно-сосудистой системы является потенциаль­но опасным, а одновременное внутривенное введение комбинации этих препаратов даже может спровоци­ровать перебои в работе сердца. Но все эти препараты не обязательно вызывают перебои в работе и останов­ку сердца (что, кстати, еще не означает наступление смерти), они лишь внесут серьезные коррективы в ра­боту сердечно-сосудистой системы. А вот уже лечение последних — тяжелое занятие, и не факт, что удачное. Остаться инвалидом по заболеванию сердца и сосу­дов — проще простого.

Тех, кто решил уйти из жизни, выпив «200-300 каких-либо таблеток», ждут крайне неприятные про­цедуры детоксикационной терапии. Тела таких людей при их обнаружении располагаются в луже из собствен­ных испражнений и рвотных масс (организм пытается таким образом вывести яд из желудка и кишечника). Для начала бригада скорой медицинской помощи, на месте (в квартире), на глазах у родственников, соседей и зевак производит промывание желудка, засовывая резиновую трубку (зонд) через рот в желудок, заливая туда постепенно десятки литров воды. В стационаре эта процедура может быть неоднократно повторена. Токсическое действие препаратов приводит к тому, что люди напоминают «безумных стариков», которые не могут ничего рассказать о себе, ничего не помнят, ведут себя как животные. Если же человек долго не приходит в сознание, то из-за длительного лежания на спине у него образуются пролежни. В зависимости от срока пребывания в бессознательном состоянии, такие пролежни могут достигать 10—20 см в диаметре и могут доходить до костей.

Прыжок с высоты

Падение с большой высоты (даже с 9-ти или 16-ти этажного дома) далеко не всегда заканчивается смертью на месте. Множественные переломы костей конечно­стей, таза, позвоночника и головы исключают самосто­ятельные движения и возможность позвать на помощь. Такие пострадавшие могут пролежать без движения не­сколько суток перед тем, как умрут, испытав весь спектр болевых ощущений, и за это время много раз обдумав свой поступок. Усугубляется все это тем, что человек на­ходится в полном сознании, видит в нескольких метрах от себя дорогу, людей, но не может позвать на помощь или подползти.

Лечение переломов костей занимает длительный срок, нередко до нескольких месяцев, при этом человек лежит неподвижно, а к его рукам и ногам подвешены грузы ске­летного вытяжения. При тяжелых повреждениях конеч­ностей выполняют их ампутацию. При повреждении вну­тренних органов выполняют сложные операции, удаляют поврежденные органы, что не может не сказаться на даль­нейшей жизни человека. Рубцы от таких операций прак­тически нельзя удалить, и они остаются на всю жизнь.

Переломы позвоночника очень часто встречаются при палении с большой высоты и сопровождаются повреждениями спинного мозга. При этом нарушается чувствительность в конечностях и их способность к движениям, вплоть до полной неподвижности. Так же при повреждении спинного мозга человек не может самосто­ятельно контролировать свои физиологические отправления (мочеиспускание и дефекацию). А так как сшивать поврежденный спинной мозг в настоящее время не могут, то эти нарушения останутся на всю жизнь, сделав из человека инвалида, прикованного к кровати, испраж­няющегося под себя.

Многие суициленты думают, что увеличение высоты падения может гарантировать смерть. Нет, таких гаран­тий не существует. Нельзя предусмотреть ни траекто­рию падения, ни влияние ветра, балконов, деревьев и т. п. В моей практике был случай падения девушки с 13-го этажа, при котором она вообще не получила ни одного перелома. Широко известно, что даже в авиака­тастрофах и при палении с нераскрывшимся парашютом люди выживают. Но, естественно, чаше всего остаются полными инвалидами.

Выстрел в голову

Попадание нули в голову еще не означает поврежде­ния головного мозга и летального исхода. У некоторых лиц, не особо блещущих интеллектом, мозг может такспрятаться в пространствах черепной коробки, что и из пулемета не попадешь. Реанимационные отделения НИИ скорой помощи им. Н. В. Склифосовскогои НИИ нейрохирургии им. Н. Н. Бурденко завалены такими по­страдавшими. И если летальный исход не наступает (что бывает часто), тяжелые поражения головного мозга останутся на всю жизнь. К слову, во время войн таких случаев были тысячи. До сих пор с осколками и пулями в голове доживают свою жизнь некоторые ветераны Великой Оте­чественной войны, многие из которых прожили тяжелы­ми инвалидами всю жизнь. Но им почет и уважение — они потеряли свое здоровье ради нас, ради Родины. А вы ради чего хотите на инвалидность?

Пулевые и ножевые ранения сердца

Попасть в «цель» непросто даже профессионалу. Во-первых, все люди разные, определить на глаз, где распо­лагается сердце, не всегда удается. Потом, сердце — это в некоторой степени подвижный орган, потому что за счет своих систолических сокращений оно не только меняет свою форму и объем, но и пространственную конфигу­рацию. А вот повредить легкое или позвоночник элемен­тарно. Будете потом лежать с парализованными нижни­ми конечностями в интернате.

Пойдем далее. Пусть вы попали в сердце, предпо­ложим 9-миллиметровой пулей. Летального исхода при этом никто не гарантирует. Колоссальный опыт военно-полевой хирургии Великой Отечественной вой­ны опять нам показывает, что такие ранения не всегда заканчивались смертью даже при том уровне развития медицины, да и вообще сложной обстановке военно­го времени. Сейчас такие ранения при своевременной госпитализации достаточно успешно вылечиваются. Остаются только проблемы с сердечно-сосудистой си­стемой (и не только) на всю оставшуюся жизнь. Ноже­вые ранения в область сердца тоже не дают гарантий. Дело в том, что попасть ножом надо не просто в сердце, а пробить им полость желудочков. Сделать это не так просто. Даже на вскрытии, когда мышца сердца рас­слаблена, чтобы разрезать ее, приходится приложить немалые физические усилия.